Обаятельный гарем желает познакомиться - Наталья Филимонова

Таргус — небольшой городок, почти прилепившийся к столице. Достаточно близко, чтобы наша легенда совсем уж не трещала по швам и чтобы местные жители не падали в обморок при виде неизвестно откуда взявшегося дворца-из-ларца. И достаточно далеко, чтобы обитателей одного конкретного дворца никто не узнавал с первого взгляда.

Вообще-то я предпочла бы вовсе не разворачивать здесь дом, чтобы не наводить никого на ненужные мысли. Но увы — полет на ковре-самолете принц, в каком бы ни был состоянии, уж точно бы запомнил, а нам надо, чтобы его воспоминания были обрывочными, но не вызывающими никаких подозрений и ассоциаций с беглым гаремом Ирмаина ай-Мируза. Так что перемещаться ему лучше в ларце.

Поэтому ближе к вечеру к Таргусу подошел верблюд с всадником, чья голова была накрыта куфией, а лицо укутано от солнца. Немного не доехав до окраинных домов, всадник осмотрелся, спешился и извлек что-то из своей поклажи.

А несколько минут спустя перед ним уже стоял дворец — совсем небольшой и очень скромный, если сравнивать с роскошным дворцом Ирмаина ай-Мируза. Всего-то пара башенок и пять куполов. И даже сада нет. Буквально походная палатка! Зато с небольшим загоном, куда пришлый первым делом завел своего верблюда.

На самом деле этот дом и в самом деле был более чем скромным — в нем и мебелью-то была обставлена только пара комнат. Это был один из первых опытных образцов Ирмаина, и внутри находился почти случайный набор предметов — просто чтобы проверить, как реагируют на сворачивание пространства разные материалы. Он и построен-то был кое-как и на скорую руку — мастер-изобретатель был вполне готов к тому, что этот дворец, как его предшественник, превратится в груду камней и мусора. Но образец оказался удачным, и уже следующие дворцы после него строились специально для самых богатых людей Зенаила.

Часть населения нашего дома даже не стала временно переезжать — например, садовник и кухарка с помощницей, Азат, Айсылу и Ники остались в свернутом дворце. А вот спящего принца мы со всеми предосторожностями перенесли в новый дом — в его главный зал, куда специально натаскали оттоманок и подушек.

Верблюда добывал Демьен, а роль путешественника с дворцом в багаже досталась мне — благо свободная одежда и куфия позволяли скрывать свой пол.

Сам господин посол был чрезвычайно занят. Они с принцем Фаридом ай-Суримом сидели сейчас в том самом зале, наспех превращенном в якобы жилой, и неистово уважали друг друга, чему изрядно способствовало превосходное красное вино с легкими закусками.

Спаивать принца пришлось в рекордные сроки. Для начала его привели в чувство. Пока Фарид хлопал глазами, пытаясь сообразить, где он и что здесь делает — поднесли для бодрости бокал вина. А потом… потом что-то покатилось по полу, и принцу, как и послу рядом с ним, стало вдруг очень смешно. Просто невыносимо смешно. Но если ле Раден просто от души хохотал, наблюдая за гримасами принца, то наследник халифата еще и на глазах пьянел.

Алкоголь — зло, скажу я вам. Особенно в сочетании с “хохотунчиком”. В общем, не пытайтесь повторить это дома. Когда полностью дезориентированный принц наконец отсмеялся, глаза его уже смотрели в разные стороны.

Вот в этот-то момент я свернула дом, погрузила его на верблюда — и доставила к окраине Таргуса. Сейчас где-то там принц, у которого вдруг ни с того ни с сего закружилась голова на минуту — о сворачивании дома его, конечно, никто не предупреждал — возьмет новый бокал, поднесенный ему одной из “прекрасных пери”.

Сафиры в моем плане вообще-то не было. Но совершенно неожиданно выяснилось, что у нас острый дефицит кадров. Айсылу пришлось оставить в жилом дворце, потому что Ники отказывался сидеть в комнате один и упорно куда-то пробирался — я попросту побоялась, что в итоге он останется где-то в пустыне или просочится в бутафорский дом, где его присутствие будет совершенно лишним.

Тария, увидев опухшую ногу Джарис, сначала рассвирепела. Она всегда впадала в ярость, когда пациенты уклонялись от лечения и усугубляли свое состояние. Но увидев, что вопли на упрямую наемницу ничуть не действуют, наша лекарка неожиданно смягчилась и угостила ее “обезболивающим отваром”. Который, как выяснилось спустя десять минут, действовал ничуть не хуже артефакта, оставленного в кладовке — так что Джарис заснула чуть ли не на ходу, едва успев пристроиться на каком-то диванчике. Когда мы выходили из дворца, Тария как раз осматривала ногу спящей пациентки.

Что касается Мариам, та, конечно, и вовсе не выходила из библиотеки.

В общем… из наложниц оставалась одна Зарема. И Сафира неожиданно сама вызвалась сыграть непривычную для себя роль, облачилась в легкие шальвары и даже голову оставила непокрытой — немыслимое дело для приличной свободной женщины! — и теперь наравне с Заремой вилась вокруг принца, уверенного, что он то ли в раю, то ли в доме удовольствий. В целом в его представлении, кажется, эти варианты не противоречили друг другу.

Я на цыпочках подошла к арочному проему, ведущему в зал. Принц Фарид, совершенно, кажется, не вяжущий лыка, развалился полулежа на диване с бокалом вина. За портьерой Рами негромко наигрывал томную тягучую мелодию.

— П-признаться, друг мой, — язык у наследника халифата изрядно заплетался, — я с-совершенно не помню, как мы з-здесь оказались. Н-но мне н-нравится!

— Еще бы! Вы ведь сами его выбрали, драгоценный принц! — посол, тоже уже слегка захмелевший, приобнял Зарему.

— А д-девушки, девушки какие! Гурии! Нет — пери! Волшебные, у-удивительные… — продолжал Фарид, влюбленным взглядом окидывая Сафиру, которая совершенно беззастенчиво уселась на подлокотник его дивана — того и гляди на колени принцу сползет.

— М-мне кажется, я даже видел тебя во сне, о прекрасная…

Нет, надо прекращать этот балаган.

Вообще-то в руке у меня была заготовлена еще одна бусина-хохотунчик — для верности. Но, оценив состояние принца, я решила не усугублять. Пожалуй, клиент вполне дошел до нужной кондиции и так.

Теперь сверить часы. Принц с послом заседают уже куда больше получаса. Прекрасно. Темнота за окнами уже сгустилась — тоже замечательно. Ковер-самолет заранее разложен у заднего выхода из дома — обращенного в сторону от города.

Использование ковра-самолета — самое тонкое место в плане, но без него не обойтись. Если кто-то заметит наш нестандартный транспорт, весь план насмарку. Однако ночь безлунная, а небо темное, так что вряд ли из освещенных окон домов или с улиц нас можно будет так уж легко разглядеть.

Я, стараясь не привлекать внимания, прокралась в зал. Конечно, я не умею, как Джарис, ходить совершенно бесшумно, но, к счастью, Сафира оказалась отличным отвлекающим фактором. Так что принц не заметил ни как я оказалась за его спиной,  ни как щелкнула его по затылку кольцом, снова красовавшимся на моем пальце.