Цветок змеиного дома - Галина Нигматулина

– Лена, ты о чем? Какие игрушки?! – голос наридки, полный сомнения – «А правильно ли ашша перевела ей значение моих слов» – отвлек меня от мыслей о тех несчастных, кому не повезло. Тех, у кого был последний срок и последние дни. Ведь несмотря на то, что появилось спасение, у этих женщин просто не осталось для него времени. Да и не все ньеры захотят привить своих со-рин. Некоторым уродам было проще завести новую. Потому что все равно. Как Сианну, которого пока еще так и не поймали, так же, как и его папашку.

– Самые настоящие! – качнула я головой, сосредотачиваясь на зеленых глазах своей названной сестры, смотревших на меня с любопытством, теплом и радостью, несмотря на ее довольно плачевный вид. За тот период, что мы с наридкой не виделись, девушка совсем исхудала: кожа, кости и огромный живот, прикрытый халатиком и легким одеялом. Впалые щеки. Заострившееся лицо… Ненормально заострившееся…

Заставила себя улыбнуться: аинни не нужна моя жалость.

– Я тебе сейчас все покажу! Не знаю, что принято у тебя на родине, но я захватила побольше. Ан, подержи Аналлин. – Передала в сильные руки, обнимающего меня и ни на шаг не отходящего иссаэра малышку. Александра держала Инда. – Смотри! Только не смейся. У твоего лорда чуть истерика не случилась, когда я попросила у него разрешения принести тебе это в дар. И когда показала ему «целесообразность» использования игрушек и как моим малышам они нравятся. Хотя, должна признать, Александр не сразу правильно среагировал на предложенную забаву. Представляешь, полтора месяца от роду, а такой умненький, словно ему уже полгодика! Несколько часов погремушку в руках сосредоточенно крутил, да еще и принюхивался, пока не понял, что это безопасно. Зато потом. Шуршал без перерыва. И что интересно, теперь все новые и новые подавай. Так быстро изучает. Как и Аналлин. Той вообще, чем громче, тем лучше, а еще чтобы в рот потянуть. Смотри, вон до сих пор любимое колечко в руках держит, и попробуй отбери. Дэй в шутку попытался, но она нам такой концерт закатила! Никогда так еще не капризничала. А что дальше будет? Совсем разбаловалась. Лаита, ну не смейся, я правду говорю. Ох, ты еще не видела, как она с зайчиком спит. Что это? Животное из моего мира. А для тебя у меня вот что есть. Смотри, какой красивый! Это Ошши с планеты Архиддов, Шэйтассс говорит – очень редкий зверь…

Вот так, неся всякий вздор, стараясь вызвать улыбку на изможденном лице ассиэри бронзовых, я следующие минут десять, под наблюдением ее смеющихся, изумительно красивых кошачьих глаз и под пристальным вниманием ее раянок, думающих: «А все ли у со-рин дома зеленых нитхов и черных ниидов в порядке с головой?», вытаскивала из коробок пушистых зверят, модели машинок, всякую мелочевку и, конечно же, прославившие меня на всю нааганитскую империю погремушки. По их поводу Анаишшш теперь частенько подкалывал меня. Хорошо, что я ему про пустышки не рассказала: совсем бы засмеял.

– Лена, – Лаита уже задыхалась от смеха, – ты где все это взяла? Да сколько я живу среди нааганитов, но мне бы даже и в голову не пришло такое попросить у Манарра! Их детеныши в этом не нуждаются: не то восприятие мира и реальности. Нет абстрактного воображения, только логика. Что?! Ньеры подарили? Сами?! Хотела бы я на это посмотреть. Хотя после того, что ты устроила тем высокомерным уб. лордам на Совете, я уже ничему не удивляюсь… Я три раза просмотрела на повторе. Особенно твое возвращение с ниидом… Молодец!

Внезапно наридка закашлялась, согнувшись от боли и схватившись за живот, принимая от рядом стоящей раянки стакан с напитком, который ей расторопно подали. И судя по реакции воительницы и приготовленному на столике питью, такой приступ был не впервые.

– Лаита?! – вмиг растеряв свою «веселость», я приблизилась к кровати. Заметив, что девушка отдышалась, осторожно присела рядом, взяв хрупкое запястье и удивленно отметив, с какой силой мою руку сжали в ответ.

– Все хорошо, аинни, не переживай. Сейчас уже реже. И с каждым днем мне становится все лучше и лучше. Спасибо, что навестила, – мою ладонь в знак доверия приложили к своему животу. – Рассказывай, девочка. Ты просто светишься.

Мы с наридкой проговорили несколько часов. Успев за это время и пообедать, и накормить малышей, и предложить внимательно за нами наблюдающему, но и близко не вмешивающемуся в женский разговор иссаэру пойти и заняться своими делами. Вернее, это я предложила. Вежливый отказ: надин с наследниками да оставят одну, без присмотра в покоях бронзовых? Наивная. Спасибо хоть, понимающе хмыкнув, уселся в дальнем уголке спальни в кресло с консолью в руках, делая вид, что очень занят изучением дел своего дома, дав мне возможность пошушукаться с Лаитой «наедине». Хотя… Иногда доносившееся до моих ушей фырканье, когда мы тихонечко «перемывали кости» лордам с Совета, и я делилась с подругой своими впечатлениями об этих холоднокровных гадах, а особенно об одной рыжеволосой мурене и жуткой парочке в лице райхха и аллида, указывало на то, что нас все-таки подслушивали.

Поговорили о детях. Бесконечная тема.

Поверхностно – потому что табу – поделились о жизни со своими лордами.

Рассказала Лаите о моей просьбе к Шэйтасссу помочь найти ее дочь. О его согласии. Только пусть аинни уговорит Манарра предоставить четвертому лорду отчеты о расследованиях по поиску девочки и даст возможность моему темному ньеру изучить протоколы допроса того капитана, который совершил захватнический рейд на ее колонию, и которого впоследствии подвергли казни.

Как пояснил мне Шэйтассс, мрачно блеснув глазами: «Под пытками, наверняка, выяснили имя заказчика. И если, как Лаита утверждает, тот покупатель через три года после нападения на ее мир отправился к праотцам, следы сделки все равно остались».

– Неважно, что ведут в темный сектор.

Ес-с-сть там у меня каналы по контрабанде редкого живого товара… – задумчиво и жутко оскалившись, но заметив, как я напряглась, спохватившись, увел разговор в сторону. – Скажи наридке, что нииды и нитхи помогут в ее поиске. С Дэем и Манарром я сам все согласую.

– Так что, Аинни, мой лорд, наверняка, уже обсудил этот вопрос с твоим, – погладила подругу по теплому животу, с умилением прислушиваясь к движению жизни ее малыша, доверчиво откликнувшегося на мою ласку, – и не переживай по поводу обязательств нашему дому. Это подарок в честь рождения третьего наследника бронзовых леддов. – Я ободряюще улыбнулась девушке, стараясь не замечать проскользнувшей тени на ее лице, потому что невольно напомнила Лаите, что она является не первой со-рин своего ньера: и от той, другой, у девятого лорда двое взрослых сыновей. – Все будет хорошо. Мы ее обязательно найдем! Вместе.

– Лена, ну и вот откуда ты такая теплая? – в глазах моей сестры стояли слезы. – Спасибо!!! Спасибо тебе, маленькая со-рин.

– Тише. Тебе нельзя волноваться. Такая взрослая, а плачешь. Ну, успокойся. Все. Все. Давай-ка я тебя обниму…

Мы прощались. Но в нашем расставании с наридкой не было грусти. Потому что я обменялась с девушкой кодом связи, договорившись «созваниваться» по нуарру каждый день, пока Лаита гостит в доме зеленых нитхов. И даже потом, после Бала двенадцати, когда бронзовые покинут наш сектор, мы с аинни, надеюсь, не потеряем связь. Мне по этому случаю Дэйрашшш даже специальный поток по сети в личное пользование со своего закрытого канала выделил, правда, с контролем ньера, но это так, мелочи. Все равно ведь все прослушивается. Вон, одна из пластинок на браслете едва заметно светится. Перестраховщики… Причем, у Лаиты тоже. Но это уже Манарр…