Ночной поезд на Ригель - Тимоти Зан

– Как именно не удалось нас одурачить? – снова спросил я, когда лед начал превращаться в клубы пара.

– Я уже говорил вам, что далеко не все утверждения Эпплгейта соответствуют действительности. – Фейр бросал взгляд то на тающий лед за кормой, то на истребители. Пока что он был прав – казалось, их вовсе не беспокоило то, чем мы занимались. – Главное заключается в самой сущности угрозы, которой нам приходится противостоять, – продолжал он. – Модхри – не просто группа наркоторговцев. Это сам коралл.

Я нахмурился.

– Это… что? Кто?

– Модхранские кораллы состоят из множества крошечных полипов внутри оболочки, – пояснил он. – В отличие от других кораллов, эти полипы в больших количествах образуют нечто вроде коллективного разума. Чуть левее.

Я развернул челнок на несколько градусов в указанном направлении.

– Что значит – коллективный разум?

– Полипы функционируют подобно клеткам обычного мозга, за исключением того, что вместо нейронных связей используется телепатическая. В количестве нескольких тысяч они могут создать рудиментарное самосознание, и любая достаточно большая группа может связываться с другими на расстоянии в сотни километров, формируя намного более развитой разум. – Беллидо посмотрел на меня. – Вы, конечно, мне не верите.

– Я этого не говорил, – осторожно произнес я. В любом случае, есть ли смысл высказывать свои сомнения тому, по чьему мановению руки могла быть приведена в действие пара пулеметов. – Откуда вы все это знаете?

– Смотрите! – Он показал на дисплей. – Видите? Я посмотрел на экран, ожидая увидеть аморфную массу кораллов, поднимающуюся среди клубов пара и струй воды, словно граф Дракула в классическом фильме ужасов. Однако сначала я вообще ничего не увидел и лишь потом понял, что он показывает на пару серых металлических колонн – подъемные балки, прикрепленные к похищенной лодке. Мы были уже почти у цели.

– Значит, вывезенные с планеты куски кораллов шпионят для основной колонии или что-то вроде этого?

– Вывезенные кораллы – мы называем их «форпостом» – находятся слишком далеко от своих сородичей, чтобы связываться с ними напрямую, – ответил Фейр. – Опасность заключается в мобильных колониях, или носителях, которые они создали внутри большинства общественных и политических лидеров Галактики.

Я почувствовал, как у меня зашевелились волосы на затылке.

– Что значит – создали? Каким образом?

– Контактным путем. Полип может внедриться под кожу и в кровь через маленькую царапину после прикосновения к кораллу. Оказавшись там, он разрастается в полный организм, затем делится, растет и создает свою собственную колонию.

– А потом?

– Колония формирует скрытую вторую личность. Обычно она остается в подсознании носителя, оказывая лишь незначительное влияние на его поведение и принимаемые решения. Обычно эти решения весьма разумны, и носитель даже не догадывается, что их ему подсказал кто-то еще.

«Давайте же, – подталкивал меня Мааф тогда в казино. – Потрогайте коралл».

А на следующий день, в состоянии странной и необъяснимой прострации, я едва не решил именно так и поступить.

– Для этого действительно необходимо, чтобы кто-то сидел внутри? – спросил я, не будучи вполне уверен, что хочу услышать ответ. Если они сумели подсадить мне эту дрянь без моего ведома…

– Нет, достаточно большая колония может оказывать воздействие и на расстоянии.

Я облегченно перевел дух. Корале между тем продолжал:

– Мы называем их мыслевирусами. Они могут задерживаться в чужом разуме в течение нескольких минут, а иногда часов.

– Что дает жертве достаточно времени, чтобы убедить себя отдаться на их милость, – мрачно пробормотал я.

– Именно так… Смотрите!

В облаке пара была теперь видна верхняя часть лодки, и по мере того, как таял лед, показывались ее борта.

– В таком случае, если вы пытаетесь уничтожить кораллы, то зачем поднимать лодку? – спросил я.

– Выключите двигатели, чтобы грузовик мог ее зацепить, – сказал он. – После этого мы сможем расплавить остальной лед.

На кормовом экране произошло какое-то движение. Тяжелый грузовик, сбросивший автобус на военно-транспортный корабль, появился из южного туннеля и, осторожно маневрируя, приближался сквозь ледяную бурю к лодке.

– Внимание, – предупредил беллидо. – Истребители скоро нанесут ответный удар.

Я посмотрел на «чафты». Ни один из них не двинулся с места, но неожиданно я ощутил, будто они собираются с силами перед боем.

– По нам или по подлодке?

– По подлодке. Но…

Договорить он не успел. Врубив маневровые двигатели на полную мощность, я неуклюже развернул челнок кругом и направил его прямо между «чафтами» и подлодкой.

– Вы ведь говорили, что они не станут в нас стрелять, верно? – прокричал я сквозь рев двигателей.

Едва я успел произнести эту фразу, как истребители атаковали.

Они разделились – один поднялся, другой опустился, и оба попытались облететь кругом челнок, который теперь оказался на линии огня, не давая им выстрелить в лодку и грузовик. Я повторил маневр, опустившись почти до самого льда и блокируя нижнего атакующего. Он тоже опустился ниже, видимо решив, что в этой игре его маневренность превзойдет мою. Его партнер, которому я любезно уступил дорогу, устремился вниз для решающего удара.

Его встретил огонь из пулемета беллидо, стоявшего в левом шлюзе. «Чафта» резко развернулась, пытаясь уберечь левый двигатель.

Первый истребитель все еще пытался проскользнуть подо мной. Сжав зубы, я начал опускаться еще ниже…

И удивленно вздрогнул, когда Фейр потянулся к своей панели второго пилота и включил двигатели на полную мощность.

– Что вы делаете? – огрызнулся я, когда челнок взмыл вверх, словно слегка пьяная пробка.

– Расчищаю дорогу! – крикнул он в ответ. – Держитесь!

Я уже набрал было в грудь воздуха, когда под нами пронесся гладкий черный цилиндр, за которым тянулся хвост желтого пламени. Он угодил прямо в кабину нижнего истребителя, и тот исчез в яркой вспышке огня и дыма.

Я посмотрел в другую сторону. У входа в южный туннель стояли бок о бок двое беллидо, держа на плечах ракетометы. У меня на глазах второй ракетомет изрыгнул желтое пламя, послав снаряд над челноком в оставшуюся «чафту». Еще один взрыв, и бой завершился.

Я с трудом обрел дар речи.

– Что ж, – сказал я как можно более небрежно. – Неплохо получилось.

– Пока – да, – согласился Фейр. – Вопрос в том, какие сюрпризы могут еще нас ждать.

– Мне хватило и этого сюрприза, – заверил я его.