Лорд Системы 4 - Яростный Мики

—А кто ж спорит?— возвращает мне жест старик,— Но вот те, кто стоят за ним, этого так просто не оставят. Опасные люди. Наглые люди.

—Спасибо, что предупредил,— после недолгой паузы киваю я.Знать о том, что его слова были не простым бахвальством, определённо не будет лишним.

—Конечно-конечно, товарищи мы понашему ремеслу или нет?— трёт большой и указательный пальцы друг о друга старик.

Я несдерживаю тихого смешка. После чего бросаю чёрную монетку старику. Торгаш её ловко хватает и довольно прикрывает веки.

Ничто в этом мире не бесплатно.

* * *

Уже под вечер, когда рыночный день клонится к своему закрытию, у нашего ларька появляется четверо вооружённых людей.

Ничего серьёзного. Лёгкие кожаные доспехи, топоры на поясе, и короткие кинжалы. Вооружение на них, скорее показатель статуса, чем рассчитано на битву.

Среди них я, к своему удивлению, узнаю того самого ведущего, что продавал рабов на аукционе.

Выходит, того парня, которого я послал, крышевали работорговцы?

Нагло нарушив очередь, один из них опирается на прилавок с сидром и находит меня взглядом.

—Ты послал нашего человека куда подальше?— спрашивает он.

—Вашего человека?— прищуриваюсь,— это какого?

—Который предлагал тебе товар выкупить,— настаивает он.

—Так он ваш?— наигранно удивляюсь,— я думал дурачок какой-то. Что же выбедолагу без присмотра отпускаете?

—Он тебе предложение сделал…

—Он сделал, я отказался, ещё вопросы есть?

—Нехорошо так поступать с теми, кто желают тебе только хорошего,— качает головой мужчина,— И затакое пренебрежение придётся заплатить.

—О, дай угадаю, мне придётся отдать вам весь сидр бесплатно?— скалюсь ему в лицо.

Чистый рэкет какой-то, в самом деле. И средь бела дня, совершенно не стесняясь невольных зрителей.

Похоже, для Вавилона это норма.

Быки херовы. Привыкли гнуть местных торгашей. После Джо-Джо, Хищника или оборотней, какие-то они… нестрашные.

—Зачем же так грубо?— расплывается в улыбке наглец,— Всего-то наш налог теперь будет в полтора раза больше, чем раньше.

—Иди нахер,— говорю.

—Что⁈— глаза у него лезут на лоб.

—Ты ещё и глухой?— ухмыляюсь,— такой же убогий, как твой приятель⁈

Нарочно провоцирую его, и этот придурок ведётся.

Он хватает один из кувшинов с сидром. После чего прилюдно его распечатывает и делает насколько глотков.

После чего, скривив лицо, выливает содержимое на землю.

—Ну икислятина,— комментирует он.

—С тебя 15Е-баллов,— равнодушно говорю я.

—С хрена ли?— демонстративно плюёт мужчина себе под ноги. Троица за ним гнусаво гогочет,— Твой дерьмовый сидр стоит только десятку.

—Так, десять за испорченный продукт,— поясняю ему,— а пятёрка сверху за то, что взял без очереди.

—Чёрта с два мы тебе заплатим. Сам выставил дрянной товар, а ещё и цену себе набиваешь. Да такое фуфло никто в здравом уме не купит, стоит только нам всем рассказать правду о нём!— и тут он переходит на полушёпот. Так, чтобы только я мог его расслышать,— Только если кое-кто не принесёт публичные извинения и неотдаст нам «бракованную» партию, как и договаривались.

—У меня есть идея получше,— хмыкаю я,— Парни, окружите этих полудурков!

Фаланга моментально, только и ожидая моего приказа, срываются со своих позиций и оттесняют толпу игроков на безопасное расстояние, вместе с тем беря напрягшуюся четвёрку в плотное кольцо.

Двенадцать вооружённых солдат это вам не хухры-мухры.

—Вы вообще знаете, с кем связались⁈— наглец хватается за топор, но его голос от волнения даёт «петуха».

—Я уже сказал твоему дружку до тебя. Скажу и тебе. Спарта не склоняет голову перед такой швалью, как ты итвои «уважаемые люди». А засвои действия следует отвечать! Третий, Пирра, свяжите этого идиота.

Кивнув дуэту, я наблюдаю, как нарушителя спокойствия легко кладут на лопатки и прижимают к пыльной дороге, даже не дав и шанса выдернуть своё оружие и оказать сопротивление.

Троицу, что была вместе с ним, фаланга оттесняет щитами. Те исами не особо-то сопротивляются. Понимают, что против втрое превосходящей по численности группы им невыстоять.

Особенно, когда эта группа не какие-то гражданские и безоружные жители Вавилона.

—Ведём этого идиота кАббасу,— командую,— он взял товар и незаплатил. Следовательно — вор.

Приказав половине фалангистов продолжить охрану прилавка, с остальными отправляюсь к начальнику стражи на рынке. И раз его подчинённые до сих пор не вмешались в происходящее, значит, они либо в доле, либо предпочитают не связываться с отдельными товарищами.

Но, думаю, мне удастся поправить эту ситуацию. Тех, кто хотел скупить сидр, крышуют работорговцы. Они вВавилоне, судя по всему, имеют значительное влияние.

Видимо, их крышует уже кто-то из местных властей. Вот и поглядим, чья «крыша» крепче. Зря я, что ли, вчера подарки дарил и комплименты отвешивал?

* * *

Всю дорогу пленник сыплет проклятиями вроде: «Вы незнаете, с кем связались», «Вы заплатите за это!», «Меня выпустят сразу, стоит только дойти до начальника стражи» и многое-многое другое.

Мы жеего просто игнорируем. И вот, пройдя мимо двоих стражников на входе, косящихся на орущего мужика, я снова встречаюсь сАббасом.

—О, Великая Система,— увидев пленника, он моментально прячет лицо в руках,— И кого вы мне привели, уважаемый господин Шурик?

—Привет, Аббас. Да вот, вор и нарушитель спокойствия. Испортил товар и незаплатил,— обращаюсь я кмужчине.— За такое ведь положено наказание?

Тот тяжело вздыхает и кивает.

—Да, заключение под стражу и штраф в пользу потерпевшего.

—Тогда, надеюсь, вопрос решённый?— спрашиваю я унего.

—Эй, Аббас!— нагло заявляет задержанный,— эти жулики торгуют ослиной мочой под видом вина. Когда я попытался предупредить честных жителей Вавилона, то они схватили меня и связали. Это их надо сажать под стражу и штрафовать!

Он усмехается и подмигивает главе стражи, отчего тот темнеет лицом.

Аббас кладёт мне руку на плечо и кивком предлагает выйти в соседнее помещение.

—Уважаемый господин, я понимаю ваше желание наказать этого игрока. Однако, и выпоймите меня. Люди, что стоят за этим ничтожеством, могущественные и опасные,— он вздыхает,— они раздуют обвинение в мошенничестве, и действительно могут выставить вас виноватым. Будет лучше, если вы решите проблему полюбовно…

—Это как?— уточняю, без особого удивления.