Марргаст. Первое семя тьмы - Анна Чайка

Вслед за ними из ближайшего озера вывезли Хозяина вод. Несколько странных существ с рыбьими мордами тащили по главной дороге огромную хрустальную чашу, оставляя позади след из бесчисленных луж. Внутри нее ворочалось нечто склизкое, зубастое, с горящими янтарем глазами. Зеваки, которые слишком долго в них пялились, ощущали резкое желание нырнуть в чашу или хотя бы окунуть туда руку.

Когда водные уже почти добрались до дворца, раздалась песнь горна. Низкий насмешливый звук. Из-за леса, темнеющего вдали, показались две человеческие фигуры и около дюжины бурых медведей, идущих по обе стороны от милующейся парочки.

− Логи и Варрейна, Логи и Варрейна, – над толпой пролетел торжествующий гул. Люди их узнали.

− Логи и Варрейна, − повторила София в благоговейном трепете.

Супруги были редкими гостями в стольном граде. Много лет от них не было вестей, и многие посчитали, что Логи утратил власть над племенем перевертышей. Но вот они здесь, ступали мимо ошарашенных жителей Белого города рука об руку. Гордые вожаки своего племени. Босая рыжая красавица Варрейна в грубой накидке на голое тело и полураздетый Логи, мужчина с грубым заросшим, но подвижным лицом. Лиса-огневка и олень.

Они улыбались, а народ Славии бросал им под ноги цветы. Столь сильная любовь была вполне заслужена. Оборотни – единственные из всех правителей – приказали своему народу защищать людей, оказавшихся в Кумельганах.

Когда маленькая девочка бросилась наперерез, желая подарить им подсолнух, Варрейна подхватила ее на руки. И звонко хохоча, вскочила на одного из диких медведей. Верхом они сделали круг мимо ошалевшей от восторга и страха толпы, затем малютка была возвращена матери.

Нагнав процессию Хозяина вод, вожак перевертышей остановился и громко спросил, обращаясь к тому, кто был в чаше:

− Давненько же мы не виделись. Лет, пожалуй, сорок?.. Тебе не тесно там, старая гнилушка? Встань и пройдись! Тут так хорошо, на суше, которую ты вечно избегаешь!

Из воды вместе с пузырями воздуха поднялись глухие слова:

− Лучше нырни ко мне − и сам узнаешь, тесно здесь иль нет.

Логии внезапно широко оскалился. Проигнорировав приветственную речь князя, он растолкал слуг правителя водяного народа. Жена лениво пыталась вмешаться, но оборотень уже сунул ладонь в мутную воду и за что-то там схватился.

Мы стали зрителями удивительного зрелища. Хозяин вод бил по краям чаши хвостом, пытаясь затянуть наглого перевертыша к себе. В свою очередь Логи тянул его наружу, упершись ногами в край хрустального обиталища. Во все стороны лилась вода с запахом тины. Пока никто не решался лезть в потасовку двух древнейших существ Славии.

− Ну, давай же, давай, − прошептала позади меня Лиса.

− Ты чего?

− А вдруг они друг друга поубивают? Все нам легче, − ответила она, раскрасневшись. Глядя, как Фес пытается успокоить окаменевшего Лучезара, я не мог промолчать:

– Тебе с такими мыслями за княжича идти надо. Ай, да не щиплись, ведьмачка…

Эта возня продолжалась бы еще долго, если б на свободное пространство, отодвинув пару крестьян, не вышел богатырь.

Я почему-то думал, что сегодняшнее событие обойдется без них. Ан нет. Один из воинов, оказывается, явился прямо на праздник. Крепкий, как вековой дуб, в простой рубахе и с чистым, даже детским лицом. Никакого оружия при нем не было, да и не нужно оно с такими-то руками.

Богатырь положил ладонь на плечо увлекшегося борьбой оборотня и ласково сказал:

− Светлый князь рад видеть вас и жену вашу на великом празднестве. Только негоже драку затевать до того, как трапезничать пойдем. Изволите позже забаву закончить?

Логи выпрямился, отпуская хвост Хозяина вод. Веселый настрой сменился настороженной дерзостью.

− А иначе что?

− Весна моя, − напомнила Варрейна, мягко касаясь плеча мужа. Тот насупился, но тотчас расцвел добродушной ухмылкой:

− Твоя правда, здоровяк. Мы просто пошутили. Верно, щученька моя? − Он пнул хрустальную чашу, из которой донеслось утробное ругательство. − Видишь? Мы рады быть среди людей. Особенно в этот день. И особенно увидев тебя, дитя нарек-хими, − Перевертыш обратил свой взор на юную Софию, и та застыла наряженной статуей. − Приятно знать, что священная нить не была оборвана!

Терпению Борислава можно было только позавидовать. Нарек-хими − на старом языке всех народов значило божественный свет. Похоже, остальные правители и не собирались воспринимать его всерьез. Все они шли увидеть последнего живого потомка Гороха.

Надо отдать князю должное, он и бровью не повел, вежливо поприветствовав дорогих гостей в Солнечной долине. Между тем неугомонный вожак оборотней уже пытался ощипать лиственные волосы младшей из вилл, пока та не стеганула его корнем дерева, внезапно выросшим из земли.

Хранители-медведи расселись по бокам от супругов, не собираясь принимать человеческое обличие. Хватало того, что Логи даже не старался запахнуть свою накидку.

В скором времени с песнями и плясками подъехал князь восточных земель, средний брат − Дарн. Он подарил Бориславу шлем из песка, опаленного дыханием змея. Сине-черное вещество не сможет пробить ни один существующий клинок.

Последними под звуки невидимых флейт явился Горный царь Бребий с дочерьми-шепчуньями, чьи тела состояли из прозрачного дымчатого вещества. В окружении многочисленной свиты они вышли из-под земли, сверкая в свете полуденного солнца, как редчайшие драгоценные камни.

С явным облегчением князь Арасании объявил о начале празднования.

Ворота в усыпальницу двенадцати месяцев открыли, и на пригорок, обросший редкими березами, потянулась цепочка людей и нежити.

− А как же отец всех амбаров и домов? − оглядываясь, спросила Лиса. Она не понижала голос, чем раздражала и волхва и топающего впереди Лучезара, которого обилие всевозможных диковинных существ нервировало до колик. − А младший брат?

− Все тут, глупая девчонка, − прошипел Хийна. − Погляди глазами, а не тем, чем ты привыкла видеть свет! Владыка домовников среди нас!

И верно, многочисленные серые точки, мельтешащие под ногами собравшихся, свидетельствовали о том, что домовые и амбарники вышли на зов своего правителя.

− А Милован? Он будет?

Волхв попытался игнорировать ее невинные вопросы, но Лиса продолжала наступать на его церемониальное одеяние, пока тот не выдержал:

− Не приехал Милован, недужится князю Запада! Вместо него вчера прибыл благородный Гнут, сводный брат покойного главы Рода! Ты довольна, девка?

Тут я вспомнил, что Радогоста и многих других отправили как раз в сторону западных границ. И это было немного странно.