Лейтенант третьего флота - Антон Рябиченко

— Твой заместитель на время командировки и отпуска. Введи его в курс дела! — Он обернулся к Аури. — Курсант Формиго! Вы свободны!

Когда Аури покинул кабинет, адмирал коварно улыбнулся и сказал своему секретарю:

— Ты ему сильно не разжевывай! Пусть думает сам!

* * *

Работа адъютанта начальника военного училища и вправду была наказанием! Через Аури проходила вся корреспонденция адмирала, кроме секретных документов. В его обязанности входило ознакомление с письмами. Подготовка справочной информации для принятия решений по заданным вопросам. Написание проектов ответов. И предоставление этого вороха информации на рассмотрение Годзи, что само по себе было испытанием.

Учитывая то, что в сутки на почтовый ящик адмирала приходило до сотни писем, это отнимало уйму времени. А тематика вопросов была столь обширна, что Аури хватался за голову. Училище располагало пятью учебными базами, десятью учебными кораблями, огромным штатом преподавателей и ещё большим штатом обслуживающих работников. И управление всем этим было замкнуто на Годзи. Конечно, у адмирала были заместители, но лето — сезон отпусков, и каждый месяц кто-то из заместителей уходил на отдых, оставляя свои проблемы молодому секретарю.

Поначалу парень едва справлялся с этим потоком, даже выделяя на сон всего четыре часа в сутки. А Годзи ежедневно задавал один и тот-же провокационный вопрос:

— Я смотрю, ты устал! Может заменить тебя?

И получал ежедневный ответ, подслушанный Аури десять лет назад:

— Нагрузка чуть меньше моего предела! Я гарантировано не сдохну, а значит справлюсь!

Но, со временем, Аури овладел наиболее распространенными темами и мог ответить на большинство вопросов, не прибегая к дополнительным источникам информации.

Кроме корреспонденции адъютант был задействован в организации встреч адмирала и различных мероприятий. Больше всего Годзи любил внезапные проверки. Причём внезапными они были именно для проверяемых. Каждой такой проверке предшествовала кропотливая подготовка, в течении которой адъютант перерабатывал всю возможную информацию по исследуемому объекту, находя потенциальные проблемы и недоработки. А потом сопровождал адмирала в инспекционной поездке, причём Годзи заставлял его первым высказывать мнение на совещании, вскрывая найденные недочёты. Популярности въедливому курсанту это не добавило, но вот опыт давало бесценный. Взглянуть на проблему с высоты адмирала не дано даже многим офицерам!

Отдельной статьей шли культурные мероприятия, ведь начальника очень престижного военного училища часто приглашали на различные открытия галерей и выставок, концерты и инсталляции, перформенсы и просто тематические вечера. Адмирал был настолько колоритен, настолько независим и интересен в оценке произведений искусства, и безжалостен к произведениям безыскусности, что за короткий срок приобрёл огромный вес среди столичной богемы. Ради приличия надо отметить и то, что Годзи это очень нравилось и он готовился к какой-нибудь выставке не менее серьёзно, чем к инспекции. Поэтому вскоре и Аури изучил современные веяния в музыке и живописи, архитектуре и поэзии.

Для Аури рабочий день начинался в пять утра. Годзи приходил в свой кабинет к шести и утреннего часа обычно хватало для того, чтобы разобрать утреннюю часть корреспонденции. Космография объектов, принадлежащих училищу была обширна, а остров Рома вообще был на другой стороне планеты, так что из-за разницы во времени поток писем был одинаково плотным и днем и ночью.

— Какой у нас график на этой неделе? — На утренней планерке в понедельник задал традиционный адмирал.

— Завтра инспекция учебного корвета «Крокос».

— Нарыл что-то?

— Не много! За последние пять месяцев на корвете трижды ремонтировали магистральные энергопроводы щитов. Все три раза ремонт выполнялся на частной верфи «Нибелис», принадлежащей сенатору Гулгру, хотя в последний раз было удобнее ремонтироваться на верфи центрального флота. Корабль совершил поход через две системы без кормовых щитов!

— Хороший вопрос капитану! — Удовлетворенно кивнул Годзи. — Еще что-то?

— Меня смущают два факта. Во первых, частые поломки одних и тех же магистралей. На кораблях того-же класса подобные инциденты случаются достаточно часто, но три раза за полгода — это абсолютный рекорд! А второе — акты приема работ все три раза подписывались младшим инженером, которые на учебном корвете меняются каждый месяц. Я понимаю — один два акта, но не все! Как будто старший инженер устраняется от ответственности!

— Интересно! — Задумчиво пожевал губу адмирал. — Ну, и что ты думаешь? Некачественный ремонт? Откат?

— Трудно сказать! Нужно разбираться на месте. Смотреть архивы поломок.

— Хорошо, разберемся! Подготовь ведомости деффектовки и акты приемки работ всех трех ремонтов! По инспекции все? — Аури кивнул. — Что у нас следующее?

— В четверг совещание в штабе флота.

— Подготовил данные для отчета?

— Да! Только что отправил Вам!

Годзи просмотрел сообщения личного коммуникатора и кивнул.

— Пришло! Я проверю!

— Что-нибудь веселенькое намечается?

— Вам пришло приглашение на прием у госпожи Бонивуар, посвященный открытию галереи изящной пантомимы. В пятницу вечером.

— Галерея изящной пантомимы! — Посмаковал название адмирал и скривился. — Ну и выдумала! Эта надутая дура утомила меня. Светская львица недоделанная! Третье приглашение за две недели! Не пойдем!

— Но там будет командующий центральным флотом и глава СБФ сектора. Их жёны в списке гостей!

— Хм! Пожалуй потерпим! — Годзи улыбнулся. — Адмиралу Джонсону будет так же скучно, как и мне. Чем не повод выпить вместе? А заодно и поговорить о новом учебном крейсере! Да и с главой СБФ сектора следует дружить! Никогда не знаешь наперед, из какой задницы тебя вытаскивать придется!

* * *

— Адмирал в рубке!

Хотя офицеры не вскакивали из своих ложементов в приветствии, предупреждение о появлении старшего офицера в рубке было традиционным. Исторических фактов о том когда и почему зародилась эта традиция не сохранилось, но поговаривали, что ее ввел император Карл-112 после трагического случая с самым титулованным адмиралом того времени. Старому адмиралу не спалось и он решил посетить рубку управления в ночное время. А зайдя в рубку, он тихонечко забрался в свой ложемент. Вахтенные офицеры были заняты, а дежурный о появлении адмирала не предупредил, так как по уставу делать это тогда не полагалось. Поэтому адмирал получил уникальную возможность послушать: о чем же болтают его офицеры. А болтали они не больше, не меньше, а о женщинах. Точнее даже о женщине! О белокурой красавице ненасытного темперамента, которая попробовала чуть ли не каждого в рубке. И сейчас тройка друзей увлеченно делилась впечатлениями. Адмирал усмехался, вспоминая молодые годы и собственные подвиги, но заключительная фраза отправила его в нокдаун!