Каменный век. Книга 6. Люди Быка - Сергей Щепетов

В свое время эти зернотерки умилили Семена до глубины души. Специального материала в округе для них не имелось, поэтому в ход шло все, что удавалось найти плоского и каменного. В том числе обломки песчаниковых плит. Они даже выше ценились, чем гранитные, поскольку легче притирались друг к другу. То, что при этом в помол попадает изрядное количество песка, который потом хрустит на зубах, никого не волновало.

В первой же, после Пендюрино, большой деревне Семен решил произвести «пробу пера». Как оказалось, никакой особой разведки и сбора агентурных данных для этого не требуется – Филя, Миля и Киля много раз здесь бывали и прекрасно все про всех знали. Семену пришлось лишь поднапрячься, чтобы запомнить «имена – фамилии – явки». Из предыдущих рассказов, да и собственных наблюдений, он знал, что каждая община представляет собой, по сути, разросшуюся семью. Семьи же моногамны, наследование ведется по мужской линии. Обычно имеется центральная деревня и несколько «хуторов», расположенных не далее пешего дневного перехода. Руководит общиной старейшина, но нередко случается, что «дедов» несколько и они вечно спорят из-за власти.

Чем община больше, тем шире раскидываются ее «хутора» и тем чаще главной деревне приходится переезжать с места на место. «Судьбоносные» решения объявляются на всеобщем сходе общины. На нем же творится суд и расправа. Центральная власть, как правило, слаба и держится на моральном авторитете деда да на его ближайших родственниках-прихлебателях. Это положение Семен решил исправить и через своих помощников пустил по хуторам слух, что, когда все соберутся, будет произведена раздача соли – бесплатно! Бросив все дела, народ собрался в назначенный день. Прибыло и немалое количество родственников из соседних общин. К первому выступлению Семен готовился тщательно, он даже немного волновался. Мероприятие прошло примерно так:

Семен:

– Низкий поклон вам люди добрые! Зерна да детишек побольше!

Народ (со смехом):

– Ну, ты сказал! Спиногрызов и так девать некуда! Соль давай – зря, что ль, в такую даль шли?! Обещал!

Семен (сокрушенно):

– Да, обещал! Хотел я и правда соль вам раздать, но передумал.

Народ (возмущенно):

– А в рыло?! А на рогатину?! Почему передумал-то?

Семен (грустно):

– Потому что не по справедливости живете! Старину не чтите, дедов не уважаете. У одних всего навалом, а у других, кроме вшей да детей, и нет ничего! Разве правильно это? Справедливо разве?

Народ:

– Га-а! Ты чо-о?! Да я!! Да мы!! – начинает разноголосо спорить между собой. Среди толпы мелькают Филя, Миля и Киля. Никакого сочувствия к поселянам они не испытывают и развлекаются от души, подзуживая спорящих. В конце концов в дело вступает третья сила.

Дедовы ближние (кричат):

– А ну, тихо! Хватит орать!! Ща по мордам огребете – вот ты и ты! И ты с ними до кучи – как в тот раз! Слушайте, что Семхон говорит!

Семен:

– Особо мне хуторяне ваши не нравятся. Живут, понимаешь, на отшибе – себе на уме, значит. Зерна у них навалом – на новых делянах, поди, сам-сто собирают, а…

Народ разделяется: примерно половина молчит, а другая ревет возмущенно:

– Врешь, гургул проклятый!

Дедовы ближние (кричат дружно):

– Верно говорит Семхон!!!

Семен (дождавшись относительной тишины):

– Сам-сто они там, значит, собирают, а деду что приносят? Это ж птицам на смех! Это ж лешему на закуску!

Народ разражается криками – в том числе и одобрительными.

Дедовы ближние (хором):

– Верно говорит Семхон!!!

Семен:

– А теперь ваши хуторяне что удумали?! Они там – по норам своим – самогон гнать приладились! Им теперь и дедова пива не нужно! У них и посуды глиняной полно!

Народ – взрывается гневными воплями. Против оратора направлены далеко не все.

Дедовы ближние (перекрывая щум):

– Верно говорит Семхон!!!

Семен (дождавшись затишья):

– Они, значит, самогон там попивают, да в зерне купаются, а, скажем, Мурдыкины? Детей полон дом, а собрали полмешка, да и то с мусором!

Голос из народа:

– Они ж по пятому разу старую деляну засеяли! Им новую готовить лень!

Народ (кричит):

– Врешь! Верно!! Врешь!!!

Дедовы ближние (вместе с Мурдыкиными):

– Верно говорит Семхон!!!

Семен:

– Долго я думал, люди добрые, почему живете вы так. И понял: не любите вы руку отеческую, догляд мудрый не терпите. Неслухи вы!

Народ:

– Верна-а!! Врешь!! Говори, да не заговаривайся! Верна-а!! Врешь!! Бей гада!!!

Семен (с надрывом):

– А потому решил я соль не вам, а деду отдать! Пускай он и делит ее – по справедливости!

Дед (злобно):

– Уж я разделю!

Дедовы ближние (перекрывая шум):

– Верно говорит Семхон!!!

Народ:

– Бей гургулов!! Верна!!! Кровопивцы!! Верна!! Деда не трожь!!! Бей!!!

Дедовы ближние (еще громче):

– Верно говорит Семхон!!! Кто зерно от общины прячет – тому фиг в нос!!! А кто честно ссыпает – тому от пуза! И соли! И пива!! И самогона!!!

Голос из народа (ревет, заглушая всех):

– Кто ж проверять-то будет? Ты, что ли?!

Семен (воспользовавшись паузой в криках):

– Зачем же мне этим заниматься? Разве мало среди вас людей честных, нежадных? Которые под себя все не гребут? Вот, скажем, Мурдыкины…

Народ разделяется. Одни кричат:

– Верно!!

Другие орут:

– Пьянь! Лентяи!! Гнать их в шею!!!

Дед (пристукнув клюкой):

– Цыц, окаянные!

Дедовы ближние и Мурдыкины:

– Верно говорит Семхон!!!

Семен (передавая мешок с солью):

– Вот тебе, дедушка, – владей! Хорошим людям не жалей, а плохим… сам знаешь. А чтоб не обманули тебя, пошли ребятишек верных – пусть посмотрят, у кого деляны какие, сколько взрослых в дому. Не поленись, зарубочки сделай: у кого работников сколько, да сколько притом зерна ссыпали. А то, может, сам и укажешь, где кому жить, да какие деляны готовить – чтоб на виду все, чтоб без обману!

Дед (радостно):

– Благодарствуем! За людишками-то сыны мои присмотрят, да и племяш вот толковый вырос – уважает дедушку. А которые от своих отделяются, которые по ямам зерно прячут, попляшут у нас теперь! Трундыкины особенно! Со своей же родней делиться не хотят! Ни чо, теперь поделятся – вот она, сольца-то!