Комнаты страха - Антон Орлов

– Все в порядке, – бормотал он, одной рукой удерживая ее, другой гладя вьющиеся пепельные волосы. – Ничего больше не говори. Потом об этом, ладно? Все будет в порядке…

– Да что там такое страшное? – таинственно понизив голос, поинтересовалась Дигна.

– Ничего, – Генри выхватил у Бланки тетрадку, бросил в общую кучу. – Ей показалось, что по стене ползет паук, но Анджела ведь сказала, что в Комнатах не бывает насекомых. Просто клочок пыли. Знаете, у меня есть предложение: давайте прогуляемся? Дверь оставим открытой, чтобы сразу вернуться сюда, когда придет Анджела. Одеты мы по сезону, так что не замерзнем. Пошли, погуляем на свежем воздухе, а то у некоторых уже глюки начинаются.

Говорил он громко и бодро, но с тревожным прищуром, и Бланку из объятий не выпускал, хотя та пыталась вырваться. Так и потащил ее к двери, продолжая прижимать к себе. Плечи девушки тряслись, как будто она плакала.

У Мориса не было возражений против прогулки: лучше куда угодно, чем сидеть в этих Комнатах!

– Ладно, пошли, – согласилась Дигна, задумалась на секунду, потом подскочила к куче тетрадей и схватила ту, блекло-розовую в желтоватых пятнах, которая побывала в руках у Бланки и Генри. – Вот классно, здесь написано: «Рабочая тетрадь по природолюбию ученицы муниципальной начальной школы Риммы Кирч»…

– Обязательно было вслух? – простонал Генри. – Все наружу!

Последние слова были произнесены тоном приказа, и Морис охотно подчинился. Наружу так наружу. Давно пора. На Дигну тоже подействовало, она бросила рабочую тетрадь по природолюбию и присоединилась к остальным. Генри пинком отшвырнул оранжевую вазу, с силой захлопнул дверь.

Снега по щиколотку. Оглянувшись, Морис увидел, откуда они вышли: из бревенчатого домика под низко нахлобученной двускатной крышей, с приколоченной над дверью эмблемой какого-то спортивного клуба: две скрещенные лыжные палки, венок из звезд, кубок – краска облезла, и все эти символы, золотые на синем фоне, еле просматривались.

– Мои родители… – всхлипнула Бланка. – Мы… там… были…

Генри наконец отпустил ее.

– А в чем дело-то? – нерешительно растягивая губы в улыбке – видимо, она сомневалась, надо ли сейчас улыбаться, а подсказок со стороны не было, – спросила Дигна.

– Потом, – Генри огляделся и показал на пристройку с широкой двустворчатой дверью. – Вроде гараж. Сейчас главное – ноги унести.

Дверь гаража была заперта на замок, с которым простенькая электронная отмычка не справилась, зато Дигна заметила с другой стороны, под дощатым навесом, прислоненную к стене гравиплатформу.

– Может быть, полетим на ней? Правда, она же на одного, а нас четверо, еще не выдержит…

– Летим, – решил Генри. – Хотя бы до гор доберемся. Морис, помоги.

Вдвоем они вытащили тяжелую платформу из-под навеса, положили на снег. Морис не протестовал и не раздумывал: смыться подальше от Комнат – идея хорошая.

– Нет, ну мы же на ней вчетвером навернемся! – поплотнее заматывая вокруг горла свой полосатый шарф, жалобно пробормотала Дигна.

– Постараемся не навернуться, – киллер был бледен и смертельно серьезен. – Если останемся здесь, Анджела нас убьет. Садимся, живо!

– Почему – убьет? – Дигна недоуменно нахмурилась.

– Чтобы мы не сдали ее Космополу. У нее нет выбора. Бланка, иди сюда!

Та помотала головой, на бледных щеках блестели дорожки слез.

– Я не полечу. Я должна убить Римму Кирч. За маму с папой…

– Идем, ты нас задерживаешь! Из-за тебя все пропадем…

Генри схватил ее за руку и потянул к платформе. Она всхлипывала, но не сопротивлялась.

На сиденье перед пультом они втиснулись вдвоем, Дигна устроилась у них на коленях, а Морис примостился в багажном отделении позади пилотского кресла, кое-как захлестнув вокруг себя страховочные ремни для груза.

Бревенчатая избушка с облезлой вывеской над плотно закрытой дверью выглядела необитаемой. Морис обливался потом, ожидая, что дверь того и гляди начнет медленно, со скрипом, открываться, и оттуда… Выскочит Шоколадная Анджела? Или вылезет что-нибудь пострашнее? Он не собирался донимать киллера расспросами. Такой человек знает, что делает. Надо поскорее убраться туда, где нет дверей, через которые можно попасть в Комнаты – в этом Морис был с ним солидарен.

Платформа взмыла к пухлым облачным небесам, потом, словно спохватившись, рухнула вниз, но в полутора метрах над сугробами Генри исхитрился ее выровнять.

– Ты чего прыгаешь?! – возмущенно крикнула Дигна. – Не умеешь?!

– Она раздолбанная, – процедил киллер. – Комп барахлит. Попробуем дотянуть до гор, там можно спрятаться.

– Морис, между прочим, наладчик! – сообщила Дигна оптимистическим тоном. – Он все починит. А что там с этой Риммой Кирч и Анджелой, а то я не поняла?

– Анджела сказала, что это вещи из ее детства, – глухо отозвалась Бланка. – И тетрадки тоже. Значит, она и есть Римма Кирч! Она террористка, ее Космопол ищет.

– Классно! – обрадовалась Дигна. – Вот если бы сейчас связаться с Мегареалом, они бы прилетели сюда снимать, и нам бы дали премию за сюжет, это было бы просто суперски!

– Лучше молчи, а то горло простудишь, – посоветовал Генри.

– Ничего, у меня шарф теплый.

Она обернула шарф еще на раз, конец с мягкими кистями мазнул Мориса по лицу.

– Дигна, не надо ему мешать, – шмыгнув носом, попросила Бланка. – А то упадем.

Это возымело действие, Дигна замолчала.

Снежные складки внизу напоминали то белые барханы, то плавно искривленные ступени лестницы для великанов. Из сугробов торчали ветви кустарника, попадались и низкорослые хвойные перелески. Нельзя сказать, что все это тихо проплывало под днищем гравиплатформы – она скакала над охваченным зимним оцепенением ландшафтом, как спятившая лягушка.

Вверх-вниз, вправо-влево. Пассажиров удерживали ремни с застежками-карабинами, и, хотя они-то казались надежными, Морис для верности вцепился побелевшими пальцами в спинку кресла. Мертвой хваткой – если платформа разобьется, спинка останется у него в руках! Пальцы замерзли, но не лезть же в такой момент в карманы за перчатками… Он надеялся, что серьезного обморожения не будет. Двигатель негромко гудел, хотя должен был работать бесшумно.

Зато горный кряж приближался. Он был светлее облачного небосвода, одного цвета с сугробами, и казался призрачным.

– Если это Моржовый хребет, он внутри весь изрезанный, там можно спрятаться! – перекрикивая свист ветра, выпалила Дигна.

Когда нырнули в ущелье, сразу стало сумрачнее, как будто на небо надвинули затемненный фильтр. Пьяный полет от стенки к стенке. Заснеженный кустарник растопыривал одетые в рыжеватую хвою ветки, пытаясь поймать проносящуюся мимо платформу. Совсем близко мелькали отвесные скалы, покрытые застарелой наледью.