Желтые небеса - Антон Орлов

– Что случилось, Паад? – наклонился над ним Сотимара. – Вы нашли ту женщину?

– Нет.

– У меня сотрясение мозга, – пожаловался Эш. – Когда вы ушли, он без предупреждения огрел меня по голове чем-то тяжелым и связал. Развяжите меня, наконец!

– Вы знали, что творится в чертовой деревне? – проигнорировав требование, спросил Мартин.

– Откуда я знаю, что там творится… – Эш воровато отвел взгляд.

Встав с диванчика, Мартин приподнял его за шиворот и встряхнул.

– Вы рассчитывали, что я оттуда не выберусь?

– Нет… – запротестовал Вениамин, но вдруг осекся. – Да. Да, я хотел вас убить! Вы заставили меня нарушить слово, а я не мог предать доверие Мадины! Представьте себе маленькую девочку, заблудившуюся в огромном мире… Она живет в Ширане, это очень далеко отсюда, я не могу сказать, где. Я даже точно не помню. Не тревожьте ее, она сама так хочет. Я слыхал, что в Раюсаны происходит что-то непонятное, исчезают люди, и поэтому направил вас туда, чтобы вы не преследовали Мадину. Если у вас есть хоть немного человечности, вы это поймете! Я не хочу быть предателем. Разрежьте эти веревки, пока у меня кровообращение не остановилось! Все перетянуто. Ваш трахнутый переводчик даже связать меня нормально не мог…

– Я постарался связать его крепко, чтобы не сбежал, – скромно объяснил фаяниец. – Он хотел пойти следом за вами, это показалось мне подозрительным.

– Это правда? – не выпуская воротник Эша, осведомился Мартин.

– Да, – беспомощно сознался тот. – Я должен был убедиться, что вы не вернетесь. Кроме того, я ведь тоже исследователь, я хотел выяснить, почему Раюсаны пользуется дурной славой. Паад, я знаю, что вы незнакомы с амбивалентностью и сложными душевными противоречиями, но постарайтесь меня понять…

Мартин с отвращением бросил его на пол, достал нож из пристегнутых к голени ножен и разрезал веревки. Эш издал стон облегчения. На его запястьях и лодыжках остались глубокие темные рубцы.

– Сотимара, так недолго и покалечить человека, – заметил Мартин. – Учтите на будущее.

– Это не человек, а черный маг, – фаяниец смотрел на Вениамина жестко, без тени раскаяния. – Я опасался, что он порвет веревки колдовским способом. Он ведь уже заманил вас в колдовскую ловушку! Разве вы не столкнулись в зачарованной деревне с мистическими явлениями?

– Я столкнулся с необъяснимыми на данный момент явлениями, – поправил Мартин. – Утром разберемся.

– Вы хотите еще раз туда спуститься? Что там было?

– В двух словах не расскажешь. Сейчас рано делать выводы, утром поглядим.

– Лучше, если мы уедем отсюда, как только рассветет, – обеспокоенно сказал Сотимара. – Вокруг Раюсаны пять древних магических памятников, все вместе они образуют пентаграмму, это неспроста…

– Теперь ни одного не осталось, – Мартин не удержался от ухмылки.

– Куда они делись? – слабым голосом спросил Эш.

Руки и ноги его не слушались, он неловко извивался на полу, пытаясь сесть.

– Рассыпались.

– Как?.. – Эш приподнял голову.

– Одной гранаты хватило.

Некоторое время оба собеседника оторопело смотрели на Мартина, потом Сотимара в раздумьи произнес:

– Тогда, возможно, и не опасно…

А Вениамин с горечью прошептал:

– Ну да, это ваш фирменный стиль! Чего еще от вас ждать…

Пристально глядя на него, Сотимара положил руку на рукоятку меча. Жест немного театральный, зато эффектный.

– Паад, придержите этого дикаря! – Эш беспокойно дернулся. – Я лидонский гражданин! ЛОСУ прислало вас сюда для защиты и эвакуации лидонских граждан, не подпускайте его ко мне! Он совсем свихнулся, все время что-то бормочет насчет колдовства, вы же не верите в такую ерунду!

– Я – дикарь? – высокомерно спросил Сотимара. – Сто двадцать поколений моих предков были перлорожденными! А что касается колдовства, Эш, почему вас так расстроило уничтожение проклятых древних памятников, если вы не колдун? Это вы насылали на нас магические сны!

– Паад, как я мог бы это сделать без гипноизлучателя?!

Мартин равнодушно пожал плечами, но все-таки бросил:

– Сотимара, оставьте его в покое. Он не колдун.

– Я дважды предупреждал вас и дважды оказывался прав, – отпустив рукоятку меча, вздохнул Сотимара. – Насчет шлема и насчет деревни. Надо его убить.

– Жители Драгоценных Холмов тоже обвиняли вас в колдовстве и хотели убить. Помните?

– Это совсем другое. Я всего лишь хотел внести в их быт немного комфорта. Но я не связывался с черной магией и не служил проклятым древним богам Валвэни.

– Паад, вы современный образованный лидонец, вы же не верите в черную магию! – опять воззвал Эш.

– Не орите так, – поморщился Мартин. – Я устал.

Он поднял антропоэтнолога и усадил на диванчик. Глядя на него сверху вниз, сказал:

– Итак, вернемся к интересующему меня вопросу. Где Мадина Милаус?

– В Элимидисе, – осторожно разминая занемевшие пальцы, признался Вениамин. – Такой небольшой поселок на юге Шираны. Она там счастлива, не надо ее тревожить.

– Ага, – кивнул Мартин. – Так я и поверил. Сотимара, присмотрите за ним, но не прикасайтесь к нему, ясно?

Отперев дверь своей каюты, он вытащил из футляра лампу, набрал код на дверце небольшого сейфа, утопленного в стене. Хорошо, что замок механический, а то пришлось бы резать автогеном… Взяв то, что нужно, Мартин вернулся в салон.

– Вы зачем это принесли?! – со страхом спросил Эш, увидав инъектор.

– Я не верю вам на слово, – пожал плечами Мартин. – Согласитесь, у меня для этого есть основания. Сейчас я введу вам дозу веритола и задам два вопроса. Только два в присутствии свидетеля. – Он кивнул на Сотимару. – Если хотите, можете потом на меня пожаловаться.

– Вы не имеете права… – затравленно прошептал Эш. – Не надо! Вы разрушаете мою личность…

Мартин прижал к его запястью инъектор, и Вениамин другой рукой испуганно прикрыл себе рот.

– Первый вопрос. Мадина Милаус жива?

– Да… – Антропоэтнолог смотрел на Мартина с ужасом, его губы дрожали. – Она была жива и здорова, когда я видел ее в последний раз.

– Второй вопрос. Где она?

– В келмацкой деревне Хоромали.

Мартин удовлетворенно кивнул:

– Спасибо. Это все.

– Спросите, давно ли он занимается черной магией, – с любопытством глядя на инъектор у него в руке, посоветовал Сотимара.

– Я узнал то, что хотел. Этого достаточно.

– Можно, я пойду к себе? – тихо спросил Эш. Его трясло, он часто моргал. – Веритол – это преступление… Да, я на вас пожалуюсь! Вы ответите… Это хуже смерти.