Рейдеры - Михаил Алексеев

На обратном пути, неподалеку от устья Угры пришла радиограмма от нефтяников. В ней сообщалось, что в район разведки нефтяного месторождения вышла орда одного из кочевых племен. Кофликта с кочевниками удалось избежать. Во-первых, потому, что орда понесла серьезные потери от набега соседей – крупной булгарской орды, подошедшей в этот район из междуречья Волги и Дона. И хотя воинов в орде оставалось еще около трех сотен, при встрече с сотней легкой конницы экспедиции, оценив доспех и слаженность действий чужаков и опасаясь понести в стычке серьезные потери, хан орды предпочел личную встречу с сотником. Рисковать более он уже не мог – на кону стояла судьба племени. И тут удача улыбнулась экспедиции во второй раз – сотник оказался родичем этому племени. Далеким, но тем не менее. Кровное родство в эти времена значило многое и не было пустым звуком. В итоге хан орды согласился принять вассалитет князя вяземского при условии, что он так и останется ханом. Глава экспедиции в радиограмме желание кочевника ставил вопросом князю.

Фомичев, ознакомившись с текстом, вздохнул. Ритуал личной присяги имел и отрицательные стороны. И сделал зарубку в памяти о необходимости проконсультироваться с историками, как данная проблема решалась в былые времена. Предположения у него имелись, но лучше было воспользоваться опытом далеких предшественников.

К этому моменту княжеский караван подошел к устью Угры. Приказав, остановиться, князь вызвал всех руководителей на совещание по поводу необходимости посетить Поволжье. Однако определило его решение вовсе не мнение ближников, а капитана княжеского парохода, заявившего о необходимости пополнения запасов топлива для этого похода. Одновременно жены князя и ближников, узнав о том, что пароходы могут пойти в Поволжье, не заходя в Вязьму, заявили, что уже достаточно отдохнули и желают вернуться домой. Таким образом, выбор был сделан, и Фомичеву оставалось лишь определиться со списком тех, кто будет его сопровождать.

Решено было идти самому князю с конвоем, группе Васильева и аграрникам. Последним на всякий случай. Серьезно рассчитывать на использование сельхозугодий в районе нефтепромысла ввиду отдаленности этих мест не имело смысла. Ресурс новоприобретенной орды по мясу решено было использовать для обеспечения нефтяников, города, порта, которые начали строиться, и гарнизона.

В путешествие отправились после двухдневной стоянки в Вязьме. По пути решено было зайти в Муром, куда и прибыли к вечеру четвертого дня похода.

Глава города и Леон, извещенные о визите по связи, во главе торжественной делегации встречали Фомичева и его сопровождавших на берегу Оки. Еще с борта парохода князь оценил изменения на берегу, произошедшие с относительно недавнего его визита в этот город. Первое, что бросилось в глаза – пристань. Деревянная, но выстроенная с учетом возможности приема барж и удобства их разгрузки. Пассажирского причала еще не было, поэтому пришлось воспользоваться трапом для подъема на пристань с низкой палубы парохода. Уже на пристани, стоя перед горожанами и принимая здравицы в свой адрес, Фомичев через головы встречающих осмотрел начавшуюся стройку у стен города.

Ввиду уже подступившего вечера, решено было остановиться на ночевку в Муроме. После торжественного ужина, прошедшего в детинце, Фомичев подозвал к себе Леона.

–Пойдем, прогуляемся. Посмотрю, что успели тут сделать. А то из-за толпы ничего и не увидел.

Они вышли на крыльцо. Солнце уже садилось, скрываясь за темнеющий лес. Из-за городских стен тянуло ветерком с запахом свежескошенной травы.

–Эх, хорошо!– Князь с удовольствием потянулся, оглядывая двор.– Веди. Хочу посмотреть, что инженеры намудрили и какой объем работ предстоит сделать. Цифры я в основном знаю, но, если есть возможность – лучше самому посмотреть.

Они спустились с крыльца. Леон окликнул своих телохранителей, приказав идти впереди и указав куда. Позади, в шагах в пяти, пристроилась четверка личников князя. Вышли за ворота детинца. Князь остановился, оглядывая торговую площадь и отходящие улицы.

–Ничего! Город стоит удачно, на торговой дороге. Разбогатеете – и домишки побогаче поставите, и грязь с дороги уберете.

И тут же поинтересовался:

–Ну, как ты? Обжился? С местными как?

Леон, идя сзади-слева от князя и внимательно оглядывая окружающее пространство, начал отвечать с последнего вопроса:

–С местными? С местными отношения нормальные, рабочие. Купцы поначалу расстраивались – на стройке городской крепости княжеская казна платит деньги бо́льшие, нежели они платить привыкли. А люди, естественно, от них ушли на стройку. И чтобы хоть кого удержать, пришлось им свою мошну потрясти. Но потом, после того как беспошлинно сходили на торг в Вязьму, успокоились. С Глебом тоже особых проблем нет. Возможно, были бы, но гарнизон княжеский, а значит, в любом случае будет на моей стороне. То есть на твоей, князь. С дружинниками, которые от города мне достались, проблемы были. Не понравилась необходимость регулярных тренировок и занятий. Доспех и оружие понравились, а боевая подготовка – нет. Двое отлынивали от занятий. Два раза предупреждал, на третий – наказал.

–И как?– Князь остановился и с интересом посмотрел на Леона.