Неисправная система. Том III Благие Намерения - Станислав Коробов

На заметку: устраивать взрыв в ограниченном пространстве не самая лучшая из моих идей.

Сработавшая, но не лучшая.

Ибо сейчас ни вид предрассветного неба; ни прохладный утренний воздух; ни приятная теплота камней, заменяющих мне лежак; ни даже чувство победы не могли принести в мою душу чувство спокойствия и умиротворения. Только нарастающую тревогу, что пробуждается лишь открою глаза.

И за причинами этого ходить далеко не надо. Достаточно лишь взглянуть на окружающий меня массив горной гряды, у подножия которого расположено небольшое укрепленное поселение. Даже в такую рань его жители трудятся в поте лица, спешно вооружаясь и возводя баррикады. Пусть с такого расстояния видны лишь неточные силуэты, но энергичность и рвение, пропитывающие этих людей поражают. И каждое смазанное пятно предстает как самостоятельная часть цельного механизма по защите родного поселения.

Удивительные люди. А ведь не прошло и часу, как мы разворотили пещерный грот до состояния кратера, а они уже успели подготовиться к обороне. Уверен, скоро из поселения выйдут первые отряды разведки, а следом начнется полноценное наступление.

Словно подтверждая мои слова, отворились створки ворот, выпуская из поселения несколько всадников на ездовых ящерах. Но не было при них ни брони не оружия...

Вот оно как.

Едва отряд тронулся с места, как для меня стало ясно его назначение. Это были вовсе не разведчики и не воины, а всего лишь гонцы. И потому мчатся они не к кратеру, а прочь от него. Загоняя до полусмерти своих скакунов лишь бы успеть добраться до Грейстоуна и запросить подмоги, прежде чем устроившее переполох нечто решит спуститься с горы...

Похоже, у меня уже попаданчество головного мозга, раз я действительно ожидал, что из небольшого поселения выйдет отряд воинов, и направится проверять, что же за тварь такая смогла за ночь разворотить гору до состояния кратера.

Кто вообще в своем уме рискнет туда сунуться?

Ведь очевидно, что в таком месте нет и быть не может награды. Здесь храбранутых и смелоумных героев будут дожидаться лишь пепелище. А в худшем случае еще и люля.

Потому люди из поселения и предпочли окопаться за каменными стенами и не отсвечивать, выжидая пока гонцы не приведут подмогу.

Впрочем, шестое чувство, груда разбросанных по округе камней и висящий дебафф оглушения мне подсказывают, что в Грейстоуне уже давно обо всем знают и вскоре сюда примчится бравый отряд, дабы покарать нарушителей спокойствия.

На этот раз я говорю без сарказма.

Ибо даже сравнивать боевую мощь города-крепости и небольшого поселения будет нелепо. Тем более что там находятся резиденции сразу пяти крупных кланов. Пусть не все они специализируются на боевых действиях, это нисколько не приуменьшает их статуса. Не говоря уже о наличии персональной гвардии заклинателей, способных использовать силу молитвы.

И чтобы они, фактические правители этого городка, стерпели подобные разрушения у себя под носом? Да еще и накануне прибытия торгового каравана, от которого зависит, будут они питаться нормальной едой или плесневелыми запасами...

Сильно в этом сомневаюсь.

А если вспомнить отвагу и смелость, с которой эти самые стражники предпочли не соваться в серый квартал...

... примчится сюда гребаный легион, укомплектованный артефактами по самое-самое. Да настолько, что даже следы отсвечивать будут.

И вот пока я раздумывал о подобных радужных перспективах, Беня истекал кислотой, жадно облизываясь на потенциальную закуску. Уже и лоз дебелых распустил по всему кратеру, в ожидании скорой добычи...

Жаль я не разделял его энтузиазма.

Потому как усталость, постепенно копившаяся во мне последние несколько суток, уже дает о себе знать. И теплый, поразительно удобный камень, на котором я вынужден торчать, лишь способствует ее распространению утомленному телу. Пусть короткий сон в крысиных лапках позволил мне немного перевести дух, его невозможно считать за полноценный отдых. Даже от тремора избавиться не получилось, что редкими приступами пробегается по всему моему телу, отдавая в не перестающую трястись руку. Словно конечность уже и не моя вовсе. Пробовал лечить и отращивать заново, но никаких изменений так и не произошло. И это подталкивает меня к не самым приятным мыслям.

Особенно после слов того чертова эльфа про душу.

Пусть большинство выданной им информации оказалось не более чем уткой, наживкой, что за мишурой заумных словечек скрывала свою практическую бесполезность. Но душа...

Слишком уверенно он говорил о ее плачевном состоянии как у меня, так и у Миры; о пожирании чужих душ ради спасения собственной; о растрате ее на использование способностей...

Невольно я посмотрел на свою руку. Место оторванного пальца сейчас окутывало слабое, зеленоватое сияние, не позволяющее ране кровоточить, но и не возвращающее конечность. И что же это получается, я на вот этот мелкий трюк расходую собственную душу? Или все еще духовную силу? А в какой момент вместо одного начинает расходоваться другое? И самое главное — чем это грозит?

Вопросы, вопросы, вопросы, на обдумывание которых у меня совершенно нет времени. Однако фокус в том, что больше мне и нечем заняться. И все из-за одного погребенного под 98-мью метрами сплавленной породы эльфа.

Откуда такие точные цифры?

От одной гребаной руны, начинающей выжигать мое нутро за каждые пару шагов в сторону от текущего положения.

Уже представляю, как прибывший разбираться в случившемся легион поднимается на остатки горы в ожидании столкнуть с неописуемым ужасом, а тут я — в нарды с кисой играю загораю на солнышке да фрукты жую...

— И ведь была у меня возможность тактического отступления, верно, Беня? — пытался я докричаться до совести безответственного и крайне прожорливого цветка.

В ответ на мое возмущение тот начал активнее наращивать лозы, готовясь к встрече с закуской.

— Кислоты подбавь, любитель жрать драконьи рога! Враг должен поплатиться даже за саму попытку подобраться ко мне!

Я с горечью вспомнил отколотый драконий рог, что только чудом выбросило на поверхность; вспомнил, как близ него меня не мучило жжение рун; и, разумеется, вспомнил, как проглотский цветок в один присест приголубил столь ценную вещь, стоило мне отвернуться на пару секунд...

Непростительное расточительство, за которое ему теперь приходится отвечать, покрывая все еще теплый камень километрами прочных, укрепленных толстой корой лоз и заливать кислотой кратер. Чтобы ни одна тварь не смогла прорваться.