Будущее 2 - Алекс Каменев

Так оно и оказалось. Туристы. Американские. Брошенные в охваченном мятеже небольшом городке где-то на западе необъятной Бразилии, недалеко от какого-то знаменитого пляжа, длинной в пару сотен километров.

— «… они забрали русских туристов, но не взяли нас, сказали, что в автобусе нет места, и что за нами непременно пришлют. Но прошло уже два дня, и за нами так никто и не приехал», — жаловалась какая-то дебелая тетка просто необъятных размеров.

Хрена себе толстуха. Правду говорят, что все амеры жиртресы еще те. И какой нафиг туризм? В мире непойми что творится, а кто-то еще ездит в другие страны отдыхать?

С другой стороны, самолеты продолжают летать, корабли тоже никуда не делись. Наверное, богатеи даже в условиях конца света не отказывают себе в привычке съездить куда-нибудь в жаркие страны. Что у нас, что у пиндосов.

А история оказалась банальна. В одной из провинции в Бразилии вспыхнул бунт, быстро переросший в полноценный мятеж. Начались беспорядки и хаос. Русский посол подсуетился и дал на лапу одному из местных боссов полиции жирную взятку. Тот организовал спасательный рейд под прикрытием спецназа. Всех русских туристов вывезли. Полицейский начальник засветился на экранах, радостно лыбясь и говоря, что для них нет ничего важнее, чем обеспечение безопасности иностранных гостей.

Единственные кто остался недоволен, так это группа американских туристов и еще несколько человек из других стран, которых эвакуировать не стали. Правильно, ведь за них не платили. Что вызвало ожидаемое возмущение.

— Жадные ублюдки, — я взмахом руки переключил канал убирая с экрана трясущую тройным подбородком жирную американку. Она в этот момент как раз что-то вопила, что на спасение ее туши бразильское правительство обязано отправить эскадрилью вертолетов и десять тысяч десантников. Совсем с катушек съехала тетка.

По другому каналу шла аналитическая передача с обсуждением многоженства и введение института гаремов в США на фоне катастрофического падения численности населения. В качестве примеров приводили традиции мусульман и мормонов из штата Юта. Нечто подобное предлагали обустроить на всей территории страны.

Забавно. Было бы любопытно потом посмотреть, во что выльется эксперимент, если его все-таки примут.

— Пять жен на одного мужика, по одной на каждый день недели, а в выходные отдых, круто — я покачал головой и снова движением руки переключил канал.

Здесь обсуждали появление «странных» в США и формах контроля за их популяцией. Сыпались предложения начиная от чипизации и заканчивая постановкой клейма прямо на лоб, чтобы каждый видел с кем имеет дело.

— Совсем охренели, — буркнул я и наконец выключил телек.

Осмотрел салон, все занятые своим делом. Рука небрежно нырнула под ближайшую подушку и нащупала рукоять оружия. Потянул на себя. Черный автоматический пистолет оттянул ладонь приятной тяжестью.

Я медленно оттянул затвор, загоняя патрон в патронник. Разжал пальцы, отпуская. Затвор с щелчком встал обратно.

Глаза нашли часы, отметив время. Вроде нормально, самолет уже где-то далеко в нейтральном воздушном пространстве на высоте десяти тысяч метров.

Заметив мои телодвижения, Шуша кивнул, из-под бежевых подушек показался его автомат. Мы встали одновременно, я плавно поднимаясь на обе ноги, Шуша вскакивая резким прыжком.

Я повел рукой, дверь-створка, отделяющая переднюю часть салона от кабины пилотов, сама мягко поехала в бок, закрываясь. Щелкнула защелка, переходя в режим блокировки. Словно кто-то невидимый закрыл дверь.

Изумрудно-зеленый луч лазерного целеуказателя с автомата Шуши скользнул по салону привлекая к себе внимание. Все резко замолкли. Телохранители девчонки-якудза дернулись, но не стали вставать, заметив, что зеленый лучик четко указывает в их направлении.

Анастасия пришла в себя первой, нахмурилась. Наша поза с оружием наизготовку выглядела угрожающей.

— Может объясните, что происходит?

Я кивнул, растягивая губы в мертвой улыбке.

— Непременно. Но перед этим, вы наконец-то расскажете что за дерьмо здесь происходит. В противном случае, — я выразительно повел стволом пистолета. — Думаю не надо объяснять, на что мы готовы пойти чтобы услышать ответы.