Спящие карты - Виктор Мурич

Мотоциклисты встречают меня радостным гулом и крепкими рукопожатиями.

– Заводи! – скомандовал ватаг и повернулся ко мне. – Едем домой. Наш дом – твой дом. Никто не может сказать, что Орлы не помнят сделанного им добра. Теперь ты под нашим крылом, и любая сволочь посмевшая поднять на тебя хвост будет иметь делом со всем кланом.

– А много вас?

– Около двух сотен боевых единиц, – с гордостью ответил ватаг. – Мы одни из самых сильных в городе. Садись, поехали.

– Погоди, Гильза. Есть еще одно незавершенное дело.

Оставив сидеть длинноволосого ватага с недоумением на урчащем мотоцикле, быстро иду к распятой паре.

– Это ты его? – повернулись на звук шагов пустые глазницы.

– Я, – отвечаю, стараясь не поднимать взгляд.

– Хорошо, – прошептала растрескавшимися губами женщина. – Жаль, что не убил.

– Иногда позор страшнее смерти, – замечаю я.

Ей не больше сорока. Стройное тело покрыто множеством надрезов, вокруг которых роятся мухи. Даже не смотря на отсутствие глаз и гримасу боли, лицо все еще хранит бледную тень красоты.

Я начал дергать, пытаясь вытянуть, гвоздь из ее руки, но ржавый металл прочно засел в дереве оконной рамы.

– Как тебя зовут? – зашептала женщина.

– Дима.

– Не надо Дима, – попросил мужчина. – Не надо. Город не любит калек.

– Как я могу вам помочь? – испытывая неловкость от его слов, спрашиваю у женщины.

– Быстро и безболезнено…

– Хорошо, – говорю скрепя сердце.

– Спасибо Дима, – улыбнулась женщина, а мужчина просто кивнул.

Не оглядываясь, иду к мотоциклистам. Они уже в полной готовности и ждут лишь меня.

– Дай пистолет, – требую у Гильзы.

Он, помедлив, вытаскивает из кобуры тяжелый пистолет и хмуро говорит:

– Осторожно, отдача сильная.

– Разберемся.

Выстрел. Еще выстрел и ожидание на слепых лицах сменилось покоем.

– Поехали, – возвращаю пистолет хозяину. Он молча кивает на заднее сидение.

Наполняя воздух гулом и копотью, колона мотоциклов железной змеей проскальзывает в узкую щель между лежащим поперек дороги столбом и стеной дома и, набирая скорость, устремляется к центру города.

Глава 16.

– Ум-м-м, – выражаю свое мнение по поводу качества супа.

Горячий мясной бульон разливается по телу благодатным теплом.

Мальчик на мгновение отрывается от своей миски и согласно кивает. И снова тишину нарушает лишь цокание ложек о миски и жадное присербывание.

Нам на время выделили небольшую, но уютную комнатку на втором этаже угрюмой кирпичной пятиэтажки выгнувшейся буквой «г». В углу круглая печка-буржуйка на зимний период, в центре большой полированный стол и пара стульев, вдоль стен друг напротив друга две кровати. На удивление в окнах присутствуют стекла, и даже занавески.

Этот дом своего рода база Орлов. Одна из нескольких. В просторном дворе, утыканном железными коробками гаражей, шеренгами выстроились мотоциклы. Высокое ограждение из железобетонных плит и натянутой поверх колючей проволокой обрамляет изрядную территорию, на которой кроме пятиэтажки находятся еще несколько зданий поменьше. На крыше нашего дома и по углам прямоугольного ограждения расположены огневые точки. Мешки с песком образуют некоторые подобия маленьких крепостей. Больше похоже на размещение боевого подразделения, чем банды, или как говорит Гильза – клана. На самом деле это и не банда и не клан. Скорее объединенная с целью выживания группа людей. Костяком Орлов является одноименный байкерский клуб. Его члены так до сих пор и не потеряли приверженности к своим двухколесным лошадям.

Тряся длинной шевелюрой, в комнату ввалился Гильза.

– Ну и как тебе у нас? – поинтересовался он.

– Круто, – отвечаю, облизав ложку. – Прямо маленькая крепость. И еда отменная.

– Знал бы ты, чего эта крепость нам стоила. Без лишней скромности могу сказать, что именно с моим приходом к власти Орлы стали тем, кем они есть сейчас, а не вечно кочующей бандой. Стабильность и оседлый образ жизни оказались намного лучше, чем кочевая жизнь в бетонных джунглях города.

– А пища откуда?

– Кое-что выращиваем. Вон там за деревьями, – он указал на ряд приземистых строений, скрытых зеленью, – маленькая ферма. Естественно она не может прокормить весь клан. По большей части пища синтетическая. Мы восстановили подземный завод и тем самым решили продуктовый вопрос. С водой немного сложнее, та, что есть, имеет слишком неприятный привкус, но в ближайшее время эта проблема решится путем потеснения соседей. Мы заключили соглашения с несколькими бандами и планируем заняться переделом территорий.

– И тут политика? – насмешливо хмыкаю в ответ на его последнее предложение.

– А как же, – улыбнулся он. – Хочешь жить – умей вертеться. На одних кулаках далеко не уедешь. Часто дипломатия оказывается более эффективной, чем силовое воздействие. Пойдем, познакомлю тебя с интересным человеком. Он мой союзник и друг. Второй день гостит. В свое время я помог стать ему во главе банды и до сих пор не жалею об этом. Однажды оказав услугу, я взамен получил надежного союзника. Железяка, так его зовут, хочет увидеть того, кто смог опустить святош на грешную землю. – Он хохотнул довольный шуткой.

– У вас тут всегда так?

– Как так? – не понял Гильза.

– Ну, было же время, когда город жил нормальной мирной жизнью?

– Было, – нахмурился он. – Но сейчас это не более чем воспоминания. Время идет, и потихоньку картинки благополучного прошлого блекнут под натиском суровой действительности. Сейчас мы можем лишь рассказывать о мирной, счастливой жизни нашим детям. Они часто не верят, говорят, что все это сказки. Не думаю, что прежние деньки вернуться. С каждым годом становится все хуже и хуже. Появились новые болезни. Люди становятся больше похожими на зверей. Ненависть и злоба поглощают умы. Жизнь стоит меньше брикета синтетического белка или глотка чистой воды.

– С чего все началось?

– Сейчас трудно сказать. Идиллия медленно разбавлялась злобой. Не знаю, что ее породило. Наше общество было построено на взаимном уважении и понимании. Мы даже не заметили, как окружающий нас мир начал меняться. Вначале заголовки газет, повествующие об убийствах и грабежах. Это было дикостью и вызывало страх. В городе никто никого и никогда не убивал. Полиция была лишь данью традиции и в основном занималась сниманием кошек с деревьев и переводом старушек через улицы. Потом появились банды. Первые стычки. Поджоги. Злость рождала ненависть. Дальше цепная реакция. В результате медленное вымирание от рук бывших друзей и соседей.

– У нас всегда так. Было, есть и будет. Беспрестанные войны, эпидемии, катаклизмы, банды, вандалы, хулиганы. Наши газеты заполнены статьями об убийствах и ограблениях. Во многих странах от голода гибнут дети. На улице среди бела дня тебе могут набить морду и опустошить карманы, и при этом прохожие будут отворачиваться и делать вид, что ничего не замечают. Подобное положение дел у нас уже несколько тысяч лет, и все равно с каждым годом население растет…