Упавшие в Зону. В поисках выхода - Андрей Буторин

Когда через день после завтрака от принесенного Илоной «пайка» остался лишь небольшой – на один прием пищи – кусок мяса и четверть кочана капусты, девушка пристально посмотрела на ученых и спросила:

– Ну как, господа, идти можете?

Сысоев и Тетерин устремили взгляды на Тавказакова.

– Да могу я, могу, – махнул он рукой на коллег. – Что вы так смотрите, словно я инвалид какой? Все, я в норме.

В подтверждение своих слов он вскочил на ноги и исполнил нечто вроде гопака с приседаниями.

– Вот, собственно, это и есть наш ответ, – улыбнулся Забияке профессор. – Вы считаете, уже пора?

– Погоди, – не дал ответить девушке Плюх. – У нас же еще осталась еда. Может, стоит еще день провести здесь, чтобы наши друзья больше сил поднабрались?

– И чтобы мы двинулись в путь совсем без припасов, не имея понятия, когда нам удастся что-либо добыть? – с сарказмом ответила на это Илона. – Нет уж. Лучше почаще делать привалы, но выступать нужно сейчас.

Разведчик понимал, что Забияка права, но все равно он продолжал беспокоиться за ученых. Полностью они, к сожалению, не восстановились, а с учетом того, что на всех у них был всего один автомат и одна винтовка, да и те с весьма малым запасом патронов, их группа представляла легкую добычу хоть для хищников, хоть для враждебно настроенных сталкеров, если тех будет хотя бы трое. Впрочем, сидеть без еды даже неделю – это снова потерять силы.

– Ну что ж, – сказал он. – Сейчас – значит, сейчас. Только ведь мы так и не решили, куда пойдем сначала – к объекту чужаков или проверять проницаемость барьера?

– До барьера дальше, чем до объекта, – посмотрела на профессора девушка, посчитав, видимо, именно его более благоразумным для принятия решения.

Юлий Алексеевич задумчиво покачал головой.

– Я много размышлял о барьере после нашего последнего разговора, – сказал он. – Мы все как-то уж очень обнадежились тогда. Это и понятно, ведь появился шанс выбраться отсюда. Но мы, как мне кажется, сильно переоценили этот шанс. К тому же, даже если барьер нас и правда пропустит, то в каком именно мире мы окажемся?

– Все равно в каком, – насупился разведчик. – Мы ведь уже и это обсуждали. В Зоне так или иначе погибнем, а снаружи, если это будет схожая с нашими родными мирами Земля, как-нибудь да устроимся. Вот только Блямс… Если мы не встретим его по пути к барьеру, я не стану даже пытаться выходить наружу.

– А силы на переход уже будут потрачены, – кивнул Сысоев. – И если вы с госпожой Со… простите, с Забиякой еще сумеете вернуться к объекту, то мы, несмотря на то что сейчас и хорохоримся, можем вас подвести. Если не все, то хотя бы один из нас. Не хотелось бы становиться обузой. Поэтому, раз уж объект отсюда ближе, давайте пойдем к нему. А там уже будет видно.

– Тогда хватит разговоров, – снова взяла командование в свои руки Забияка. – Поднимаемся – и шагом марш к «норе».

– Подожди! – затряс головой Плюх. – Ты извини, но я думаю, что сначала стоит выбраться мне. Нужно посмотреть, что там, снаружи, творится.

– Резонно, – не стала спорить девушка. – Не по думала, виновата. Только пойду я.

– Ты опять не подумала, – улыбнулся разведчик. – Ты – командир. Командиры в разведку не ходят.

– А какие-то там космические разведчики ходят! – вскинулась Забияка.

Плюх не смог сдержать смеха. Заулыбались и ученые.

– Что смешного я сказала? – обвела девушка всех угрюмым взглядом.

– Извините, Забияка, – сказал на это профессор Сысоев, – но профессия разведчика как бы и предполагает разведку.

– Он космический разведчик, а тут у нас не безвоздушное пространство. И опасности следует ждать не от свалившегося на голову метеора, а от зубов и когтей различных тварей да от пули местных «космонавтов».

– Вот видишь, – подмигнул Плюх. – Здесь я практически бесполезен. Значит, меня будет не так жалко. – Он поднялся и закинул за спину «Печенгу». – Все, я пошел. Я быстро, туда и обратно.