Искра Вселенной - Федосеев Владислав

На главной улице Майами, очень людной, где множество различных салонов и магазинов, я посетил парикмахерскую, а потом быстро сделал покупки: летний костюм, рубашку и носки. Заплатил я за все около сотни долларов, поэтому мой новый гардероб не особо повлиял на тугие пачки денег, что были у меня с собой. Разгуливать пешком я не решился в целях экономии времени. Я взял такси до аэропорта. После того как я купил билет первого класса на рейс до Нью-Йорка, у меня еще оставалось куча времени. До посадки оставалось полтора часа. Когда я, стараясь убить время, бесцельно фланировал по залу ожидания, мне на глаза попалась пиццерия. При мысли о тертом плавленом сыре, ветчине и помидорах тело затрепетало. За пятнадцать долларов я заказал огромную чикагскую пиццу, самого большого размера с пепперони, пармезаном и цукини и с удовольствием все это съел. Чикагская пицца – лучшая награда для смертного тела!

Я зашел в туалет и принялся переодеваться в новую одежду. Мой летний костюм, хоть и недорогой, выглядел вполне прилично. Какое-то время я красовался перед зеркалом: энергия во мне так и бурлила. Спортивный костюм, кроссовки и кепку я запихнул в мешок из-под одежды и решил оставить его в камере хранения. Когда я защелкнул дверцу, по громкоговорителям объявили мой рейс.

Вскоре я уже летел над облаками, похожими на гигантский ватный ковер, окутавший собою небеса. Глазея в иллюминатор, я задумался о тех, кто находится выше, в системе Сириуса или Глинзо. Древние регулы, хранители священной реликвии, неуклонно следящие за вселенским порядком. А я, как избранник искры, был вхож на эти небеса.

Надо сказать, что в силу последних событий я совершенно отвык от полетов в самолете. Люди здесь показались мне гораздо спокойнее, чем на земле. Они отрешенно сидели в своих креслах да посматривали журналы от авиакомпании «Пан Американ». Когда разносили еду, мой организм решил, что сухие обеды вовсе не ровня чикагской пицце, поэтому я ограничился стаканчиком содовой со льдом, точнее двойной ее порцией.

Рейсы первого класса не совсем экономны по стоимости, но зато они экономят время. Вас доставляют в Нью-Йорк так быстро, что вы даже заметить не успеете. Без всяких задержек, поскольку рейсам первого класса право вылета назначается в первую очередь, как и право первоочередной посадки на любую свободную взлетно-посадочную полосу. Поэтому со взлетом в Майами и посадкой в аэропорту Джона Кеннеди у меня не возникло вообще никаких проблем.

Трое серьезных сотрудников службы безопасности аэропорта взглянули на меня мельком, без особого интереса, видимо, их больше интересовал багаж, а его у меня не было.

Вот ты и в Нью-Йорке, Майкл, сказал я себе. Посмотрим, повезет тебе на этот раз или нет. Я вышел из здания аэропорта и направился к стоянке такси. Шофером первой по счету машины оказался пухлый малый с лицом, больше похожим на высушенный чернослив. Он постно улыбнулся, когда я погрузился в недра его такси, и спросил:

– Куда едем?

Я назвал ему адрес приемного покоя той самой больницы, в которую я привез раненую девушку.

Не спеша мы выехали из аэропорта и помчались по автостраде. Ветер через открытое окно теплым мягким бархатом теребил мои волосы. Судя по указателям, мы ехали по трассе номер 14. Двигались мы довольно быстро. Я глядел в окно, справа проплывали деревья и придорожные столбы с рекламными плакатами. В городе машина свернула к Бруклинскому мосту, повертелась по закоулкам и нырнула в поворот на 52-ю авеню. Неподалеку от входа в приемный покой водитель тормознул. Я огляделся. Над дверью висела уже знакомая вывеска «Пункт медицинской помощи». Я расплатился и неспешно выбрался из машины.

В просторном холле с сиденьями, обитыми дерматином, было пусто и безлюдно. Дверь в кабинет дежурного врача была открыта. За столом сидела женщина в зеленом халате. Она что-то писала, уткнувшись носом в журнал.

– Мисс, – сказал я, – не могли бы вы помочь мне.

Она подняла голову. Тут я ее узнал. Это была та самая девушка, которая дежурила в тот день, когда я привез сюда Рэйчел Браун.

– Недавно, пару месяцев назад, я привез сюда раненую девушку, вы еще тогда сказали, чтобы я немного подождал в коридоре, а потом привезли носилки.

– Да, я вас помню, – сказала она. – После вас здесь началась настоящая суматоха. К ней понаехало журналистов из разных газет, а вас искала полиция.

– Не могли бы вы помочь мне найти эту девушку, – прервал я ее. – Я обещал навестить ее, а потом забегался. Журналисты, полиция, ну, сами понимаете. Потом в газетах писали, что ее забрали родственники, и я так и не смог попасть к ней на прием.

– Минуту, – сказала она, – мне нужно свериться с записью в журнале. – Она пролистала несколько страниц. – Ага, вот она, Рэйчел Нэйтон Браун. Но, к сожалению, здесь не указан ее адрес, только имя и номер страховки, – с сочувствием произнесла она.

Она сделала запись на листке бумаги и подала его мне.

– Мне очень жаль, молодой человек, но больше я ничем не могу вам помочь.

– Благодарю вас, мисс, – уныло ответил я. – Вы на самом деле мне здорово помогли.

– У меня работа такая, – сказала она с иронией, – людям помогать.

Я поблагодарил ее еще раз, затем встал и направился к двери. Прямо перед тем, как я успел шагнуть за порог ее кабинета, она спросила:

– Молодой человек, а вы действительно передвинули этот лайнер?

Я остановился, обернулся и ответил:

– Правда это то, что для вас является правдой. Если вы считаете, что это правда, значит, это правда. А если вы считаете, что это не правда, значит, это не правда.

Выйдя на улицу, я уныло побрел куда глаза глядят. Мисс Рэйчел Браун отдалилась от меня на целую милю. Я спустился на станцию метро и решил, пока жду поезда, посмотреть ее номер в телефонной книге. Я подумал, что глупым не будет поискать ее таким способом, кто знает, вдруг мне повезет.

Лихорадочно перебирая страницы телефонной книги, я обнаружил порядка семидесяти женщин с подобным именем и тщательно записал все телефоны.

Наконец пришел поезд. В Нью-Йорке выдался жаркий день, и в вагоне царила духота. Люди вокруг маялись от жары и выглядели как тряпичные куклы, безжизненные и помятые. Мое настроение в сравнении с их покрытыми потом лицами было просто разительным. Поезд остановился на станции «Юнион-сквер». Несколько пассажиров уныло покинули вагон, двери закрылись, и я помчался к центру города в сторону Ленгсинтон-авеню, навстречу своей прозаической реальности.

В детективном агентстве «Беркут» на Ленгсингтон-авеню сидел какой-то парень в сером пиджаке, изрядно потрепанном временем. На мой вопрос о поиске Рэйчел Браун он ответил так:

– Если она в Нью-Йорке, мы ее найдем, но за срочность – специальная такса. Пятьсот долларов в день плюс страховой полис на две недели вперед, и мы начинаем поиски прямо сейчас.

– Вы можете мне гарантировать результат? – спросил я.

Парень неопределенно раскинул руками.