Тяготению вопреки - Гэри Гибсон

Она вздохнула:

- Ладно, все равно здесь вам от них было бы толку мало. - Она полезла в сумку и вытащила несколько смятых банкнот. - Пока вы в этом городе, наличные надо носить с собой. И только иностранную валюту, лучше всего иены.

Каким бы старым и обшарпанным ни казалось здание снаружи, внутри было совсем другое дело. Первоначальные интерьеры здания давно сняли, а теперешняя внутренняя архитектура была куда более современной.

- Послушайте, я хочу вас отблагодарить, - обратился Кендрик к Хелен, пройдя регистрацию. Оказалось, что ему нелегко отвести глаза от выпуклостей под ее футболкой. Еще у нее были лучистые голубые глаза и прекрасная улыбка:

- Тогда можете меня угостить в баре.

* * *

Первым делом Кендрик прошел к себе в номер и забросил барахло. При себе он оставил только пиджак и мобил, который не собирался выпускать из виду. Он снова думал избавиться от него, но напомнил себе, насколько труднее тогда будет Тодду или кому бы то ни было ему помочь.

В сотый раз проверив прибор, он посмотрел в простое окно и впервые увидел на горизонте Нью-Йорк. Поставленный Тоддом трекер GPS подсказал ему, что Харденбрук уже где-то в городе. Это значит, есть шанс, что и Кэролайн тоже близко.

Кендрик подавил желание бежать искать ее немедленно. Надо действовать осторожно, если он не хочет оказаться с ней в одной лодке. «Отдохни», - велел он себе. Еще сказывалась усталость и смена часовых поясов. И вряд ли он сейчас сможет выдержать давление такого бурного потока событий.

Он принял душ, потом несколько секунд рассматривал себя в зеркале. Уже одевшись и направляясь в бар, он с удивлением поймал себя на каком-то чувстве вины.

Некоторое время спустя.

Он наклонился, гладя рукой затянутое в джинсы бедро Хелен, чувствуя ее ладошки, они гладили ему затылок, потом опустились, потянули за рубашку. Она привлекла его к себе, закрыв рот страстным поцелуем. Пальцы Кендрика скользнули ей под футболку, ощутили твердую округлость груди.

Кэролайн - любит ли он ее до сих пор? Может быть, он никак не сможет смириться с тем, что у них все кончено. Но она все-таки была права: он ее обманул.

Хелен сползла вниз, лежа под ним на кровати, и стала освобождаться от собственных джинсов.

У Кендрика ныла каждая мышца. Месяцы - нет, годы - он был сжат, как стальная пружина, не зная, будет ли он жить, будет ли ему позволено жить. И сейчас он отстранение отметил, как это просто - пусть всего лишь на время - выбросить из головы все, что с ним было.

Хелен стащила с себя футболку, а джинсы ее уже лежали на полу. И Кендрик вдруг оказался в ней, внутри, ощущая, как ее бедра поднимаются ему навстречу - не Кэролайн, чье лицо, незваное, все еще маячило у него перед глазами, а она, Хелен.

Сколько же уже прошло времени? Много - ничего такого не было после разрыва с Кэролайн. В мозгу шумел алкоголь.

Хелен изменила лозу, тело ее задвигалось в быстром, животном ритме, и стало проще совсем не думать о Кэролайн.

24 октября 2096 года. Отель «Челси», Нью-Йорк

Проснувшись через несколько часов, он знал, что совершил ужасную ошибку.

Хелен кашлянула - тихий звук, на грани слышимости, но достаточный, чтобы Кендрик впочти полной темноте проснулся. Номер освещали только желтые лучи уличных фонарей за шторами.

Ему даже не надо было двигаться - он и так знал, что Хелен уже не лежит рядом с ним. Наверное, решил он, выбрала этот момент, чтобы одеться и уйти к себе в номер.

Звук ее кашля отразился от твердых стен номера и попал в уши Кендрика. Его усиления обработали звук и эхо разными таинственными алгоритмами, составив приблизительную карту помещения.

Так что Кендрик не «видел» Хелен в углу номера в буквальном смысле слова, но знал, что она там.

Новый звук - тихий с крип, и Кендрик понял, что это открыла его бумажник.

Встревожившись, он поднял голову от подушки. Теперь ему был виден силуэт Хелен.

Она остановилась и обернулась к нему. Непонятно было, видит ли она, что он на нее смотрит.

- Хелен? - тихо позвал он.

Она снова отвернулась, и его глаза, уже привычные к такому освещению, увидели, что она изучает содержимое его бумажника. Рассерженный и не понимающий, в чем дело, он голым соскочил с кровати и направился к женщине. Протянул руку - отобрать у нее бумажник, думая, как же его легко провела простая воровка.

Хелен дернулась, руки и торс мелькнули размытой полосой - и Кендриксо страшной силой влетел в противоположную стену. Свалился на кровать, ее пружины скрипнули. Дешевый пейзаж в рамке сорвался со стены и упал на пол.

Она бросилась на него через всю комнату, и он понял сразу, что она тоже усиленная. Основанием ладони она ударила Кендрика в подбородок, прижала к матрасу так, что пружины впились в спину.

Но преимущеетва внезапности у нее уже не было. Кендрик поджал ноги, сползая вниз по матрасу, сдвигая ее на себе. Схватив Хелен за волосы, он притянул ее вниз, прижал лицом к себе, пальцами свободной руки надавил ей на глаза и с ощущением удовлетворения, близкого к садизму, услышал, как она заорала.

Она вывернулась из его хватки, но он воспользовался мгновением и сумел встать с мровати. Хелен снова налетела на него, колотя вслепую кулаками иногами.

Кендрик едва успевал отбивать ее удары. Каковы бы ни были усиления у Хелен, реакцию они ей сообщили более быструю, чем у него.

Но все же в Лабиринте он многому научился, и часть ударов, если не все, сыплющиеся на него градом, он сумел отбить. Хелен глядела на него свирепо, вокруг правого глаза кожа у нее была местами содрана, местами наливался синяк. Одним боковым в голову она все-таки Кендрика достала, он почувствовал, как ударился затылком о доски пола, и они треснули.

Перед глазами помутилось, а Хелен, толкнув его на пол, навалилась сверху, схватила за волосы двумя руками и стала колотить головой об пол.

Первые удары оглушили его, рот наполнился кровью. И почти сразу же он потерял сознание.

Слышно было, как кто-то затягивается сигаретой. Потом молчание на несколько секунд. - Очухался?

Послышались приближающиеся шаги. Гулкий щелчок, как предохранитель на пистолете. Кендрик напрягся и почувствовал, что крепко связан - веревки больно врезались в кожу.

Повязку с глаз сорвали, ударило солнце, такое яркое, что Кендрику пришлось крепко зажмуриться. Он попытался что-то сказать, но во рту торчал кляп.

Над ним неясным силуэтом на фоне жгучего полуденного солнца нависло чье-то лицо. Непонятно, где он сейчас, но где-то там, где жарко.

Темные контуры на краю поля зрения сообщили ему, что его сунули в багажник автомобиля. Неудобно изогнутое в ограниченном пространстве тело сводило судорогой.