Страна призраков - Уильям Гибсон

– Говорят, и у клинических параноиков могут быть настоящие враги.

– Так что же вы выяснили?

– Бобби, как мне известно, в последнее время выполняет по меньшей мере два поручения.

– Чьих?

– Не знаю. Итак, поговорим о заданиях Чомбо. Первое, как я уже говорил, заключается в том, чтобы время от времени принимать сигналы некоего «Летучего Голландца», вылавливать их среди огромного множества других согласно определенному набору параметров, которые ему сообщили. Вот чем занимался наш Бобби. До сих пор занимается. Периодически контейнер испускает сигнал, оповещая о своем местонахождении, а возможно, и неповрежденности. Сигнал прерывистый, он зашифрован и меняет частоту, но Чомбо, видимо, в курсе, где и когда нужно слушать.

– А какая выгода тем, кто за это платит?

– Не знаю. Могу предположить, что контейнер – не их, и сигнал тоже. В конце концов, Бобби ведь получает свои деньги. Не исключено, что и первоначальные сведения для него были тоже где-то куплены. Или наоборот, если ящик с самого начала принадлежал им, от этой возможности я тоже не отказываюсь.

– Почему?

– Вообще-то я агностик. Во всех вопросах.

– Ладно, в чем заключается вторая работа Бобби?

– Это-то я и выяснил утром. Помните, в «Синем муравье» я сказал про айподы, которые он отсылает в Коста-Рику?

– Точно, говорили. С музыкой.

– Что вам известно о стеганографии[119]?

– Я даже не представляю, как это слово пишется.

– Второе задание Чомбо состоит в компилировании детально разработанных системных журналов, посвященных фиктивным поискам сигналов контейнера. Это объемные, наукообразные отчеты о непрерывных, но, к сожалению, пока безуспешных попытках попасть на нужную волну. – Бигенд склонил голову набок. – Вы успеваете за моей мыслью?

– То есть он подделывает доказательства, что якобы до сих пор не нашел сигнала?

– Совершенно верно. На сегодняшний день Бобби скомпилировал целых три подобных опуса. Он их стеганографически шифрует и записывает на айподы... – Бигенд умолк, потому что принесли напиток для Холлис.

– Можно еще раз повторить это слово? – спросила она, когда официант удалился.

– Стеганографически. Он очень тонко прячет свои записи среди большого объема музыки. Чтобы их выудить, нужно либо иметь ключ, либо гигантские, сверхмощные ресурсы для дешифровки.

– А ведь айподы почти не проверяются по сравнению с лэптопами?

Бигенд пожал плечами.

– Смотря кто проверяет.

– И как же вы об этом узнали?

– Не могу вам сказать. Извините, но это напрямую связано с моей вовлеченностью в историю с Бобби, а мы условились не касаться этой темы.

– Хорошо.

А что хорошего? Теперь он будет пользоваться этой отговоркой, когда пожелает. Ну да ладно, всему свое время.

– Зато я упоминал, что послания приходили на poste restante[120]в Коста-Рике...

– Верно.

– И там следы терялись, но лишь до того дня, когда я наконец почуял близость сотрудников американской разведки. Отчетливый, скажу вам, запах. Разумеется, все имена хранятся в строжайшем секрете. Однако теперь до меня доходят слухи, будто айподы Бобби переправляются морем из Сан-Хуана.

– И куда же?

– В Нью-Йорк. Если, конечно, мой источник не врет. Похоже, получатель из Сан-Хуана очень ленив. Или нервничает. Подлинный адресат ни разу не забирал послания. Их отсылают на том же корабле обратно. Экспресс-почтой. На Канал-стрит. Китайский импортер.

– Значит, Бобби следит за блужданиями контейнера, – начала Холлис, – но измышляет поддельные доказательства, будто бы ничего не нашел. Он шлет их в Коста-Рику, откуда послания возвращаются по морю в Нью-Йорк...

– Вы пропустили одну ступень. Согласно намерениям тех, кто нанял Бобби, получатель из Коста-Рики, судя по всему, должен расписаться за бандероль и передать ее кому-то еще – предполагаемому адресату. Под получателем я имею в виду самый обычный полулегальный почтовый ящик. Однако предполагаемый адресат ни разу не объявился, не отыграл свою роль до конца. Вместо этого он заключает сделку с почтой, попросту веля переслать айпод обратно. Как видите, за́мок выстроен затейливо, но с изъяном.

– Чей замок?

– Понятия не имею.

– Можете рассказать, как вы узнали, что груз возвращается в Нью-Йорк?

– Я кое-кого подослал туда с охапкой налички и сделал кое-кому очень приятное неожиданное предложение. Тот еще городок.

– И это все, что вы получили за свои деньги?

– Прибавьте стойкое подозрение, что мистера Почтовый Ящик давно угнетает давление престарелых резидентов ЦРУ в отставке и он не прочь податься от них куда-нибудь подальше, на юга.

Холлис поразмыслила над его словами, болтая в стакане с виски единственный ледяной кубик.

– И что вы теперь думаете?

– Кого-то явно водят за нос. Заставляют верить, что кому-то другому известно про ящик, но пока неясно его местоположение. По-вашему, для чего это нужно?

– Чтобы убедить владельца, будто контейнер еще не выследили. Тогда как это не так.

– Похоже на правду, а?

– И?

– Пора заполнить пробел. Мы знаем, что кто-то в Сан-Хуане уклоняется от своих обязанностей, нарушая букву плана. Думаю, получатель просто боится.

– Кого?

– Возможно, владельца контейнера. А что, интересная версия. И тут нас поджидает второй пробел.

– Какой?

– Памела нацепила на тот грузовик устройство слежения GPS примерно за час до вашего появления.

– Бог мой, – произнесла Холлис. – Серьезно? Она у вас что, Джеймс Бонд?

– Отнюдь. Просто она такая придумщица, эта Памела. – Он улыбнулся.

– И где грузовик?

Бигенд достал из пиджака свой «Treo»[121]и пробежался пальцами по клавишам.

– В данную минуту он едет к северу от Сан-Франциско.