По черепам - Макс Крынов

Ясделал всё, что хотел: спомощью големов проверил оставшиеся пять тоннелей, нообнаружил вних лишь пыль, кости, открытые гробы исаркофаги. Куча комнат, множество кладовых, где сгнило все, что могло сгнить. Ответа навопрос, кто был этот лич, почему его здесь заперли, икчему вообще было запирать здесь могущественного мертвеца, яненашел. Предположу, что люди несмогли найти филактерию, вкоторой хранилась душа лича, апотому просто решили запереть нежить.

Теперь желич сможет ожить вдругом теле. Ослабленный, потерявший большую часть своей мощи, ностеми жесамыми навыками, которыми обладал при жизни. Тем неменее, обубийстве опасной нежити янежалел. Если ихнеуничтожать, рано или поздно они находят способ либо освободиться, либо воздействовать налюдей. Настоятель недаст соврать.

Два изшести тоннелей заканчивались обвалом, иразгребать ихянестал. После проверки всех катакомб ясобрал водном месте монстров, облил ихгорючей смесью иподжег. Неуверен, что это все сгорит, нотем, кто придёт вкатакомбы после меня, будет легче доделать начатое. Аоставлять тела разбросанными— неуважение, что ли. Они итак достаточно настрадались, так пусть хоть после смерти получат подобие покоя.

Единственное, что язабрал— череп лича, откоторого несло остатками нехорошей силы. Изпредмета можно сделать артефакт, ноэто точно немой путь: явидел, вочто можно превратиться, если окружить себя артефактами, сделанными измертвых. Сперва меняется твое поведение: пропадают эмоции, чувства, появляется излишняя жестокость. Потом— бледнеет кожа, итвоим спутником становится усиливающийся скаждым месяцем холод, итыпропускаешь момент, когда сердце, струдом качающее стылую кровь, останавливается. Апотом тынаходишь, чем этот холод утолять, ипытаешься прятать гастрономические пристрастия отлюдей. Получается невсегда.

Уменя был соблазн взять артефакты, новозникла дилемма. Тот изменённый посох лекаря ябрать нежелал, как иприкасаться ковсему, что было обезображено мертвым скульптором, потому посох отправился вкостер. Янашел три поломанных лука, которые нестал даже трогать, шесть кинжалов, пару мечей. Это— забрал.

Авот огромные топоры предпочёл оставить вкатакомбах. Вес ихоставлял желать меньшего, апосле повторной починки големов уменя осталось семь, включая железного, иостальных двадцать четыре нужно дотащить догорода, чтобы там продать. Потому артефакты яспрятал среди завала.

Когда мыуходили откатакомб, заспиной валил вверх столб дыма. Вближайшее время отгорода выдвинутся отряды стражников, вот они-то изакончат то, что недоделал я.Уберут идожгут недогоревшее. Либо закопают— наихвыбор.

Вочереди стоять нехотелось, даинепришлось. Несмотря нато, что сейчас был вечер, ивгород спешили люди изподземелья, меня все пропускали без очереди. Незнаю, что тому виной: облик мрачного старика, семь жутко воняющих, забрызганных слизью икровью големов, которые волокут повозку, куда сложены поломанные големы. Аможет, череп лича, насаженный напалку, что яиспользовал вместо посоха.

Вобщем, толпа сама расступалась. Люди замолкали, сходили наобочины. Тех, кто неспешил посторониться или просто незаметил нас, погружённый вразговоры иразмышления, толкали более наблюдательные.

Ядошел достола, закоторым сидел стражник: поиронии судьбы, тот самый, которого янедавно ткнул вгорло пальцем. Страж сосредоточенно записывал что-то вжурнале, иподнял голову, лишь когда закончил. Иувидел пустые глазницы черепа, который ярасположил напротив его головы.

Потелу человека прошла крупная дрожь. Оннеуклюже вскочил состула, едва неопрокинув мебель. Осознав, что нежить нападать непланирует, стражник огляделся идрожащим голосом рявкнул:

—Что зашутки⁈

—Никаких шуток. Янедавно уничтожил крупный отряд нежити воглаве сличем, инужно, чтобы выскорее запустили вгород меня имоих железных ребят,— чуть посторонившись, кивнул янаповозку ивзявшихся заоглобли големов.

—Зачем вынапугали меня? Можно было просто…

—Записывай!— скомандовал я.Ивыбитый изколеи человек подчинился.

Уменя небыло желания мять коту причиндалы ирастягивать разговор состражником. Нетогда, когда жутко ноет недолеченный перелом, аотсамого разит мертвечиной.

Правда, когда меня запустили вгород, клекарю янеотправился: нужно было зайти ещё водно место. Вгородскую ратушу.

Если авантюристы возле ворот расступались, пропуская нашу повозку вперёд, тонекоторые горожане наулицах шарахались всторону, едва увидев процессию. Итак было навсем пути доратуши.

Лич— одно изсамых опасных существ. После встречи сним большинство авантюристов несмогли быостаться вживых. Игород обязан был щедро заплатить затакой подвиг, как убийство этого чудовища, пусть яинеуничтожил его окончательно.

Наподходе кратуше явыбрал улочку потише изавёл повозку туда. Железный отпустил оглоблю ипошагал замной. Остальные остались стоять, перегородив телегой узкую улочку. Если меня начнут искать после представления, что яустрою, лучше пусть как можно позже свяжут сэтими големами.