Тени и химеры - Тифен Сиовель

Менг бросил взгляд на Энея, который сидел молча.

– Фу Цзи сказал мне, что ци можно увидеть в полете роя бабочек, точно так же, как я видела его в пагоде! А Ло Шэнь может быть и находчивая девочка, но она не берет идеи из пустоты! Она показала мне, как заметить пролетающего дракона в стае птиц!

При этих словах Лиз захихикала, как будто никогда не слышала ничего настолько смешного.

– Извините, – сказала она, взяв себя в руки и посмотрев на серьезное выражение лица Менга. С болью в сердце Брисеида настаивала:

– Я думаю… Я знаю, что ци и химеры – это одно и то же.

– Я сказал тебе оставить Ло Шэнь в покое, – ледяным тоном ответил Менг. – Чтобы я больше не видел, как ты пристаешь к членам моей семьи.

– Фу Цзи сказал, что может научить меня основам фэн-шуй, если ты…

– В том числе Фу Цзи!

Стоящая у входа в библиотеку женщина кашлянула, чтобы привлечь внимание. Это была Мин Юэ, жена Менга. Она почтительно поприветствовала их и обратилась к генералу:

– Менг, посланник от министра Сяо ждет тебя в приемной. Сообщник перса, напавшего на вас, найден.

Менг бросил на своих спутников свирепый взгляд и ушел, не сказав ни слова.

– Такое впечатление, что он не хочет искать решение, – возмутилась Брисеида. – Кажется, он забыл, что наше время ограничено!

– Мы прибыли в Среднее королевство семь дней назад, – сказал Энндал. – Сегодня – день нападения на армию Менга на северо-востоке. Его старший сын, Девэй, может умереть сегодня. И он ничего не может сделать, чтобы помешать этому. Поверь, я видел это в его глазах весь день: он ничего не забыл.

Брисеида опустила голову, на сердце у нее было тяжело.

– В этоб и есть проблеба, – сказал Леонель. – Если он не готов переосбыслить свои глупые убеждения, когда его сыну грозит сберть, ничто не заставит его передубать.

– Значит, то облако бабочек, за которым ты последовала в пагоду, было доказательством присутствия дракона? – спросил Эней через некоторое время.

– Думаю, да. Бабочки, должно быть, летели по следам дракона, который все еще находился на уровне вибраций Мира Снов, как в параллельной вселенной… Элита, должно быть, заманила его в пагоду, чтобы заставить спуститься на самый низкий уровень реальности, которого могут достичь химеры, то есть на второй уровень. Слово «спуститься» – не понимайте его буквально, поскольку этажи Мира Снов расположены не один над другим, как показывают пагода и статуя Нила Кубы-младшего, а один внутри другого, – сказала Брисеида, вспоминая интервью с изобретателем. – Пагода и статуя являются лишь материальными, а потому несовершенными иллюстрациями нематериальной Вселенной. Уровни вибрации девяти этажей неба невозможно представить точно, потому что в действительности они переплетаются и их трудно различить.

Лиз нахмурилась:

– Это Фу Цзи тебе сказал?

– Да. Дело в том, что мастера фэн-шуй используют архитектуру для управления ци. Физический мир способен влиять на то, что происходит на этажах Мира Снов. Это подтверждает идею Энндала о том, что пагода имеет девять этажей, потому что она воссоздает девять этажей небес, через которые на самом деле проходят химеры, чтобы искусственно переходить из одного мира в другой.

– Брисеида, не можешь ли ты перерисовать эту диаграмму фэн-шуй? – спросила Лиз. – Я бы хотела представить ее лучше…

– Рисунок Фу Цзи был в виде круга, но достаточно немного растянуть триграммы, чтобы представить, что каждая из них заполняет клетку магического квадрата, – сказала Брисеида, после того как символы были прорисованы на листе пергамента. – В центре – идеальный баланс, а вокруг него – восемь возможных направлений.

– Так я и думала, – размышляла Лиз, – я уже где-то видела этот рисунок. Только где, черт возьми?

– На моем компасе, – воскликнул Оанко.

Он побежал за ним в свою комнату. Компас, подаренный ему очень старой леди из пустыни, был покрыт почти неразборчивыми надписями, набитыми друг на друга. Казалось, что надписи и символы взяты из двадцати различных культурных кодов. Но в центре этого беспорядка находились восемь триграмм фэн-шуй, обозначающие восемь направлений вокруг небольшого круга. На краю компаса шестьдесят четыре комбинации триграмм образовали второй круг.

– Поэтому бастера фэн-шуй используют те же инструбенты, что и бы, – заключил Леонель. – Как вы дубаете, они пользуются невидибыби лестницаби?

– Вот оно! – воскликнул Эней, поразив всех. – Ткачиха проводит своего возлюбленного через девять этажей небес, но чтобы найти ее, ему придется пересечь сорочий мост! Сорочий мост, стая птиц, которые следят за передвижениями химер! Что если бы у Цитадели была своя лестница, по которой химеры попадали бы в реальный мир? Невидимые лестницы, невидимые химеры, но стая сорок следит за их передвижениями. Если птицы – единственный видимый элемент, то разве не логично, что легенда описывает сорок как мост между двумя мирами?

– И где же эта лестница? – спросил Леонель.

– На вершине пагоды, в конце девяти этажей, соединяющих землю с небом.

– Эней, ты гений, – прошептала Лиз.

– Я думал, что ты не веришь в химер? – сказал он, польщенный, но в то же время защищаясь.

– Люди, придумавшие эту легенду, верят в нее, и это главное. И мне трудно не поверить в лестницу. Если Элита получает свою силу от связи с Цитаделью через эту лестницу, то она должна быть уничтожена.

– Как?

– Топором, – предложил Оанко.

– Я не думаю, что получится, – сказала Лиз.

– Ты же точно не знаешь. Нужно попытаться выяснить.

– Я искал вход на верхние этажи пагоды в течение трех дней, – сказал Энндал. – Мы не можем взобраться на стены снаружи: слишком высоко, пришлось бы перекидывать веревки, потом время на то, чтобы взобраться, да и не быть замеченными патрулями…

– Может быть, это потому, что вход не там, где должен быть, – предположила Брисеида. – Что, если между павильоном и пагодой есть подземный проход? В круглой стене может быть спрятана лестница, выводящая на второй этаж.

– В этом случае вход может быть в любом месте.

– Если невидимая лестница ведет в туннель, мой компас и твои палочки могут помочь нам найти ее, – высказался Оанко.

Энндал взял свои палочки. Чтобы найти лестницу, Лир, древнегреческий участник сопротивления, велел им установить компас на текущую дату, а затем поднести изогнутые палочки к циферблату. Они знали, что это был двенадцатый день седьмого месяца тридцать четвертого года правления императора Сюань-цзуна, где-то в восьмом веке. Но они понятия не имели, как отобразить дату на компасе.

– Давайте спросим Фу Цзи, – предложила Брисеида. – Он знает китайские цифры.

– И ослушаться Менга менее чем через час после того, как он отдал приказ больше не трогать его семью? – спросил Энндал. – Боюсь, что это принесет больше вреда, чем пользы. Менг сегодня на взводе, так что не самое лучшее время.