Наследие Чернотопья - Владимир Кощеев

Поместье барона Чернотопья. Киррэл «Чертополох» Шварцмаркт.

— И сколько вы можете продать этого средства? — спросил я, отрывая взгляд от отчета по болотной экспедиции.

Если верить выкладкам, составленным Ханной Замберг, предполагаемый объем добычи составит около трех тонн в год. С учетом, что на изготовление одной порции зелья требовалось всего десять граммов вещества, а из одного растения можно получить до двухсот граммов с корня и еще примерно столько же с листьев, цифры выходят огромные.

Ханна улыбнулась и, получив от своего барона кивок, ответила:

— Снадобье из белого корня скупают в неограниченных количествах, и насытить этот рынок просто невозможно. То же самое касается и его противозачаточного варианта. Конечно, основной покупатель у него — бордели, но и многие аристократы не брезгуют…

Ну, секс продается, кто бы сомневался. Недаром секс-индустрия — один из самых богатых бизнесов Земли. Однако здесь речь идет о биологически активной добавке.

Цена одной порции зелья при продаже в розничной лавке — около трех грошей, но и хватает его буквально на раз, так что никто не покупает единичные порции. Те же бордели обслуживают огромное количество клиентов за сутки, и там ведром не обойдешься. Утрирую, само собой, но расход подобных средств очень высок. И заложен в цену услуг, понятное дело. Оптовая цена, разумеется, ниже, но не так чтобы сильно.

Сырые ингредиенты закупаются в основном кланами и их алхимиками. Орден от такого прибыльного дела отказался, но у Аркейна имелись артефакты — гораздо большего срока годности и, соответственно, совсем иного порядка цен. А вот готовый продукт берут все кому не лень, без разделения на сословия.

— По моим подсчетам, — произнес Рихард, складывая ладони на столешнице, — из одного растения, в среднем, выходит по десять порций и укрепляющего, и противозачаточного. Отходы никуда не приспособить, но их можно использовать в качестве удобрения. И я готов скупать эти отходы по цене удобрений.

Я кивнул, давая понять, что услышал.

Понятно, что Рихард хочет сделать прибыль на перепродаже снадобий. У его клана уже есть сеть сбыта, но их сырье дороже. А вот я могу предоставить его по низкой цене за счет огромного запаса. К тому же, освободив часть клановых алхимиков от производства белого корня, Заммен сможет направить их на освоение другого рынка. И подняться в иерархии клана.

Если же рассматривать мое положение, то у меня ничего нет, кроме корня, и до реализации снадобий придется очень много времени, сил и средств вложить, а потом еще и бороться за место под солнцем с конкурентами. Оно мне, собственно говоря, надо?

— Так, давайте вернемся к конкретике, — предложил я, отодвигая лист бумаги. — Итак, я поставлю маленький завод по переработке белого корня. Подряжу туда часть своих людей. Отходы производства вы скупите у меня по какой цене?

— По стандартной, после переработки это такая же трава, как и любая другая, — ответил Рихард. — С учетом нашей предыдущей сделки я могу расширить пастбища, и лишним ваше сено не будет, всему найдется применение. Вопрос только в том, в каких объемах вы сможете его производить.

— Ну, часть я точно оставлю для внутренних нужд, — кивнул я. — Нужно посмотреть детально на рецепт. Ханна?

Девушка с готовностью кивнула.

— Я могу начать прямо сейчас, если позволите воспользоваться лабораторией вашей супруги.

— Дорогая? — повернулся я к Дие, сидевшей рядом со мной с кубком вина в руке.

— У меня все готово к работе, — отозвалась жена. — Если у вас есть с собой корень, мы можем приступать.

— Тогда, пожалуйста, оцени как и сколько мы можем получать с нашим оборудованием, — вежливо попросил я.

— Как пожелаешь, дорогой, — улыбнулась Дия, поднимаясь из-за стола. — Госпожа Замберг.

— Просто Ханна, ваша милость, — кивнула та, вскакивая с места.

Дождавшись, когда женщины нас покинут, я сделал знак слугам, и те принялись убирать со стола их приборы. Рихард молчал, сосредоточенно глядя на кубок в своей руке. Наконец, мы остались наедине, даже прислуга оставила нас.

— Итак, поговорим о важном, — сказал я. — Раз у нас получилось взять право первого заказа, нельзя его упускать.

— Вам что-то известно, не так ли? — приподняв бровь, спросил Заммен.

— Думаю, это ни для кого уже не секрет — в ближайшее время Арония готовится нанести свой удар по нашим границам.

— Значит, предательство, — кивнул Рихард. — Понятно, что восточные и южные земли Крэланда вовремя встали под знамена Равенов. Вас тут не было, но тогда ходили упорные слухи, что король будет щедр. Но король умер, а вместе с ним растворились и те обещания, которые он щедро раздавал сторонникам. При этом Арония давно хочет земли, им всегда было мало того пляжа, на котором стояли их города. Несложно сложить эти два факта.

Я кивнул, немного удивленный, что кто-то вообще верил в королевские обещания, не подкрепленные никакими документами. Если бы у сторонников Равена Второго имелись вещественные доказательства, совету пришлось бы их удовлетворять. Однако брат Томаш теперь даже и слушать не станет аристократов из чужих родов, тем более когда вскрылся нарыв очередного предательства.

— Все так, но это не относится к ассоциации. Гораздо важнее сейчас — быстро мобилизовать ресурсы и развернуться на полную мощность. Солдаты будут умирать в любое время, но нам нужна репутация. Ассоциация должна быть гарантом сдержанного слова и выполнения обязательств в любой ситуации.

Рихард кивнул.

— Миззены сейчас не пользуются почетом при дворе, Салаз слишком стар, а нам требуется живой ум и быстрая реакция. Поэтому именно вам, Рихард, я предлагаю стать нашим официальным представителем в Херцштадте.

Его глаза загорелись, губы чуть дернулись, но от улыбки он все же удержался.

— Учтите, что по вашим действиям будут судить обо всей ассоциации. А это значит, что…

— Вы считаете, я могу повести себя недостойно? — хмыкнул Заммен.

— Нет, но я прекрасно знаю, какое общество обитает в столице. И теперь, когда власть фактически сосредоточена в руках клана Равенов, вам будут ставить палки в колеса только ради возможности выслужиться. И я хочу еще раз напомнить, что друзей у нас там нет. Максимум — деловые партнеры.

— При всем уважении, Киррэл, я тоже бывал в столице, и прекрасно понимаю, какая это ответственность.

Я кивнул.

— В таком случае я больше не стану вас задерживать, — на столе оказался исписанный мной листок. — Это — копия доверенности, которую вы возьмете с собой, она уже заверена остальными членами ассоциации. С момента, как эта бумага окажется в ваших руках, вы станете лицом ассоциации.