Испытание - Жоэль Шарбонно

Часы на доме магистрата бьют три раза. Пора домой, в три часа мама наверняка начнет за меня беспокоиться. На полпути я вижу своего брата Харта, спешащего мне навстречу. Ну и дела! Если мама послала его за мной, то мне не поздоровится.

Но меня разыскивает не она.

– Как только ты ушла, магистрат Оуэнс прислала отцу радиограмму. Тебе надо явиться к ней ровно в четыре для обсуждения планов на будущее. Ты долго не возвращалась, вот мать и разослала нас в разные стороны, чтобы тебя отыскать. Лучше поспеши, – заканчивает Харт с усмешкой, – иначе опоздаешь.

Он прав. Я возвращаюсь на площадь вся в поту, растрепанная и перепуганная. Отца и братьев уже вызывали к магистрату для обсуждения их проектов, а со мной это в первый раз. Мои планы на будущее? Не могу отделаться от подозрения, что этот вызов связан с беспокойством матери. Вдруг это она обратилась к магистрату и попросила ее помочь? Или моя бесперспективность всем бросается в глаза? От мысли, что мое разочарование заметили не только родные, мне делается очень стыдно.

Готовясь выслушать строгую отповедь, я кое-как приглаживаю волосы, поправляю белую блузку с короткими рукавами и серые брюки, а потом стучусь в дверь магистрата.

– Молодец, вовремя. – Магистрат Оуэнс улыбается одними губами, глаза сохраняют суровость. – Входи, Сия. Все остальные уже собрались.

Все остальные?

Магистрат Оуэнс ведет меня в просторную, устланную коврами гостиную, где нас ждут четверо. Троих я знаю: сероглазый красавчик Томас Эндресс, робкий, но милый Малахия Рурк, красотка-художница Зандри Хикс. Они мои недавние одноклассники, я знакома с ними почти всю жизнь. А вот четвертый мне неизвестен.

Томас жестом приглашает меня сесть с ним рядом, от улыбки у него на лице появляются ямочки, на эту улыбку невозможно не ответить такой же или хотя бы постараться.

Магистрат Оуэнс пересекает комнату, останавливается перед незнакомцем и говорит:

– Спасибо, что так быстро примчались на зов. Простите, что оторвала вас от семейных торжеств, но иначе было нельзя. – Она обводит нас взглядом. – Это чиновник из Тозу-Сити Майкл Галлен. Он собирался присутствовать на вчерашнем выпуске, но опоздал по независящим от него причинам.

Тозу-Сити!

Я обмираю, глядя, как чиновник Галлен встает и вынимает из кармана свернутый лист бумаги. Он старше нас, но ненамного, примерно ровесник Зина. Косматый долговязый шатен, да еще неуклюжий – совсем не похож на важную столичную шишку!

Его темные глаза смотрят серьезно. Он начинает зачитывать по своей бумаге:

– Каждый год Соединенное Содружество изучает достижения выпускников всех восемнадцати колоний. Лучшие среди всех выпускников приглашаются в Тозу-Сити на Испытание для зачисления в Университет. Попасть в число отобранных – большая честь. Выпускники Университета – наша величайшая надежда, от них все мы ждем помощи в возрождении Земли и в улучшении качества нашей жизни. Они – будущие ученые, врачи, преподаватели, управленцы. – Опустив бумагу, он улыбается нам. – Вы – четверка, отобранная для участия в Испытании.

Я не могу скрыть радостного волнения. Оглядываюсь, чтобы убедиться, что не ослышалась. Томас улыбается до ушей. Он в нашем классе самый умный – неудивительно, что на него пал выбор. Если верить этому чиновнику из Тозу, я тоже избранница. Нас таких четверо. Это правда! Мне не придется возиться с тракторами. Меня выбрали для Испытания. Я победила!

– Вы уезжаете на Испытание завтра.

Я уже не сияю, слова чиновника из Тозу-Сити возвращают меня с седьмого неба на землю. Завтра отъезд?!

– Почему так скоро? – удивляется магистрат Оуэнс. – Раньше, помнится, между отбором и самим Испытанием проходило больше времени.

– С тех пор как ваша колония в последний раз отправляла своего кандидата на Испытание, многое изменилось, – объясняет чиновник, не скрывая нетерпения. – Кандидаты приступают к процессу Испытания на этой неделе. Думаю, вы согласитесь, что у них будет больше шансов пройти его, если они прибудут вовремя.

– А если мы откажемся?

Все оборачиваются к Зандри. Лицо у нее почти такое же алое, как одежда. Сначала я думаю, что это от смущения, но потом она вскидывает голову, сверкает голубыми глазами, и я понимаю, что она злится. То, что для Испытания отобрали сразу четверых, невероятно, но еще удивительнее то, что в четверку вошла Зандри. Не хочу сказать, что она глупа, вовсе нет, но многие согласились бы, что главное для нее – увлечение живописью, а потом уже школьная успеваемость. Во время учебы она преуспела разве что в создании новых красок. Но, хотя она никогда не проявляла желания продолжать образование, ее вопрос меня удивил. Кому придет в голову отвергнуть такую честь – быть отобранным для Испытания?

Чиновник из Тозу-Сити улыбается, и я ежусь: в улыбке нет ни малейшего тепла.

– У тебя нет выбора. Закон гласит, что всякий гражданин Соединенного Содружества, прошедший отбор, должен явиться на Испытание, иначе он или она подвергнется наказанию.

– Какому наказанию? – Зандри косится на магистрата Оуэнс, та – на приезжего чиновника. Отвечает магистрат:

– По закону неявка на Испытание равносильна измене.

А измена чаще всего карается смертью.

Кто-то – возможно, Малахия – шепчет себе под нос слова возмущения. У меня такое ощущение, будто мне заломили руки за спину. Вся радость от того, что меня выбрали, прошла, сменившись ледяным страхом. Хотя чего бояться? Я ведь хочу пройти Испытание. Мне наказание не грозит.

Как, впрочем, и троим моим одноклассникам. При слове «измена» Зандри забывает о недавней воинственности.

Видя, как мы потрясены, магистрат Оуэнс объясняет, что закон о наказании за отказ от участия в Испытании был принят еще на заре существования Соединенного Содружества. Не признававшие никаких законов группировки пытались свергнуть правительство и уговаривали кандидатов на Испытание взбунтоваться. Говорят, закон могут изменить, но это требует определенного времени.

Я чувствую некоторое облегчение, понимая, что закон не применяется уже много десятилетий, угасшее было радостное возбуждение понемногу возвращается. Магистрат объясняет, что нам брать с собой. Кандидатам на Испытание разрешено взять две смены повседневной одежды, две смены нижнего белья, одну пижаму, две пары обуви, два личных предмета. Книги и любые бумаги под запретом, как и все прочее, способное обеспечить одному кандидату преимущество перед другим. Все надо уложить в рюкзаки, которые мы получим при выходе отсюда. Сбор на площади завтра на рассвете, с собранными рюкзаками. Чиновник из Тозу-Сити Майкл Галлен отвезет нас в Испытательный центр.

Потом магистрат говорит, что гордится нашими достижениями и что мы обязательно пройдем Испытание. Я знаю, что она кривит душой. Моя мать улыбается так же безоблачно и так же неискренне, когда огорчена. Магистрат Оуэнс не очень-то верит в наш успех. Может, боится, что наша неудача повредит колонии Пять Озер?