Меж двух огней - Дмитрий Янтарный

— Я просто не могу поверить, что ты теперь можешь говорить, — воодушевленно говорил гном по имени Сегрун, поспешно разливая выпивку по стаканам, — неужели заработал нужные деньги? Прости, но мне в это не верится. Ты… отличный друг и классный чувак, но копить деньги и думать о будущем — это не твоё. Уж извини. Скорее уж поверю, что ты в долги влез.

— С ума сошёл? — рассмеялся Бреннер, интенсивно наполняя свою тарелку, — у кого занимать? У кланов? Или у Теневых Символов? Ты прекрасно знаешь, что ни с теми, ни с другими мы в жизни не расплатимся.

— А кто такие Теневые Символы? — тут же спросил Сареф, услышав неизвестное понятие.

— Лидеры подпольных организаций. Торговля нелегальными товарами, оказание услуг… разных услуг, — пояснил Бреннер, — и если уж на то пошло — мы оба росли под покровительством такого символа. Поверь, ничего хорошего в этом нет. Нам повезло, что мы смогли вырваться оттуда через Состязания.

— А как они существуют, если везде — системные категории безопасности? — растерялся Сареф, — или… они тоже умеюи их понижать?

— Откуда знаешь про такую механику? — поинтересовался Бреннер.

— Когда мы ехали на Скеллихарт, гномы на торговом судне рассказывали, — пожал плечами тот, — что на морях можно повстречать пиратов, от которых даже фиолетовая категория безопасности не спасёт.

— И они тебе просто так об этом рассказали? — подозрительно спросил Бреннер, — впрочем, чему удивляться, уж ты то разговорить кого угодно можешь. Ну, если совсем в общих чертах — то да, так и есть. Но самое главное — такой лидер может наделить другого Жителя Системы своей меткой, которая будет гасить вокруг него категорию безопасности какое-то время. Собственно, поэтому их и зовут Символами.

— А мы после того, как того выродка поймали, получается Символы наоборот, — хмыкнул Сегрун, — категория безопасности на одну ниже только для нас. Зато — всегда и без ограничений. Что, впрочем, придаёт свою остринку для таких высокоуровневых Жителей Системы, как мы. Да и вообще — оно себя стоило, как вспоминаю — до сих пор на сердце теплеет.

— Ну да ладно, Бреннер, это всё несущественно! — заявил Сегрун. — Расскажи уже, наконец, как так получилось, что у тебя снова язык появился?

Бреннер только собрался было рассказывать, уже даже открыл было рот, как всё-таки вспомнил и посмотрел на Сарефа. Тот нахмурился. С одной стороны, он понимал, что Бреннер очень хочет пообщаться со старым другом. С другой — он не был уверен, что рассказывать некоторые подробности будет безопасно.

— Ну, что скажешь, Сареф? — спросил он, — мы можем ему рассказать? Это же такая история, за которую многие несколько лет жизни отдадут, чтобы послушать. Я сам до сих пор не до конца верю, что это вообще происходит.

— Слушайте, это всё, конечно, очень мило, — аккуратно начал говорить Сареф, — но то, вы друг Бреннера, не означает, что вы мой друг. Так что доверять вами, сами понима…

— Друзья Бреннера — мои друзья! — заявил Сегрун, стукнув кружкой пива по столу, — ты можешь быть в этом уверен. Я кучу времени знаю Бреннера, и если уж он человека зауважал — значит, есть за что.

— Мне всё равно не нравится, что кто-то ещё узнает о моей девятой способно… — начал было Сареф, но тут же захлопнул рот. И, понимая, что уже слишком поздно, со звучным шлепком накрыл ладонью лицо. Хим в голове противно захихикал.

— Девятой способности?! — тут же повторил Сегрун, у которого глаза, наверное, стали раза в два больше, — мальчишка, у тебя что, девять способностей? Святые камни, я молю тебя: расскажите мне вашу историю, расскажи, как ты вырастил Бреннеру новый язык! Я же подохну от любопытства, если не узнаю.

— Сареф, Сегрун не будет болтать, — уговаривающе сказал Бреннер, — мы можем на него положиться.

— Ну да, конечно! — проворчал Сареф, — сегодня о моих способностях знают два гнома. Завтра — четыре гнома. Послезавтра — четыре гнома и четыре эльфа. А через три дня — вообще вся Система.

— Какой у тебя сообразительный друг, — хмыкнул Сегрун, — всё-то он уже может предвидеть, всё-то уже умеет просчитать.

— То есть, — огорчённо спросил Бреннер, — всё-таки не рассказывать?

Сареф уже хотел было сказать своё утвердительное “Нет”, как вдруг его что-то остановило. Ведь, если разобраться, про ту же Руку Пересмешника уже знают и Айон, и Зинтерра, и Джеминид. Виктор Уайтхолл тоже, скорее всего, в курсе. Так смысл без конца прятаться? Именно поэтому его так тщательно ловят и готовы забрать в свой клан практически на рабских условиях. Как драконы честно предупреждали, что он должен будет на них пахать ради чисто теоретической возможности однажды стать равным им… Так и Зинтерра при помощи хилереми планировала помыкать им так, как ей захочется. Хим в голове при этих мыслях виновато вздохнул.

А вот если он заявит о себе всему миру? Не сразу — пусть даже потихоньку через сеть таких Жителей Системы, как Бреннер и Сегрун. У которых есть много высокоуровневых знакомых. И прочие два гнома и четыре эльфа из их банды, у которых тоже наверняка очень много влиятельных знакомых. Это Бреннер, если уж по совести, выглядел совсем изгоем из-за своего физического увечья. Остальные члены этой банды наверняка имеют немало социальных связей. И вот если о нём постепенно прознают кланы других рас… охотники за головами… да даже такие влиятельные личности, как Железный Вилли… вот тогда и Айону, и Зинтерре, и Джеминид, когда они узнают, как высока оказалась конкуренция, придётся говорить и действовать совершенно иначе.