Комдив - Михаил Нестеров

– Кроме того, – продолжал нарком, – в состав группы будут включены три лодки типа «К» последней серии. Есть идея попробовать отработку совместных действий. Лодки с приличным надводным ходом, так что связывать эскадру не будут, если случится идти вместе. Но они выходят заранее и выдвигаются в район работы соединения. Наличие двухкоординатных торпед и хорошей гидроакустики позволяет использовать их в качестве противолодочных. В общем, эксперимент, как и многое другое.

Северов уже знал, что лодки прилично отличаются от первых серий, очень совершенные корабли для конца 1943 года.

– Но тебя это заботить не должно, твое дело авиация. Да, боевые корабли имеют полный боезапас, все для самолетов доставлено с обратным конвоем, топливо и продовольствие берут на себя союзники. Задача группы очень простая. Отрабатывать действия палубной авиации, обеспечивая воздушное прикрытие и противолодочную оборону, а также действия против вражеских надводных кораблей управляемым оружием. Чтобы союзники почувствовали наше участие в их операциях в Северной Африке, группа будет действовать в центральной Атлантике и, возможно, в Средиземном море. Авиагруппа готова?

– Так точно, готовы вылететь по получению приказа. Маршрут отработан, списки летного состава, технических и штабных работников подготовлены и переданы в наркомат.

– Списки утверждены, все согласовано. Дату отлета определит Верховный, он хочет тебя видеть сегодня в 22 часа.

Оставшееся время посвятили обсуждению вопросов боевого применения авиации на предполагаемом театре военных действий. Кузнецов считал, что строить линкоры и линейные крейсеры, напрягая и без того работающую уже за пределом сил отечественную промышленность, нет смысла. Будущее за авианосцами и подводными лодками, хотя надводный флот тоже должен быть сбалансированным. И по-прежнему большую проблему представляло обеспечение: судов обеспечения – танкеров, кораблей снабжения и т. д. – было катастрофически мало. Этому тоже надо будет уделять внимание.

– Николай Герасимович, вы ничего не говорите о командовании.

– Вопрос щекотливый, дело в том, что Верховный мне толком ничего не сказал, видимо, что-то еще решает. Может быть, скажет сегодня вечером.

В назначенное время Кузнецов и Северов были в известной приемной. Кроме них там уже находился неизвестный Олегу контр-адмирал с хищным волевым лицом.

– Здравствуй, Василий Иванович! – поприветствовал его Кузнецов. – Тебя на 22 часа вызвали?

– Так точно, товарищ нарком! Я сегодня утром вызов получил и сразу прилетел. О цели вызова ни полслова не знаю.

Кузнецов повернулся к Северову:

– Ну, вот тебе и ответ на твой вопрос.

Контр-адмирал, имевший на тужурке два ордена Красного Знамени, с интересом разглядывал Северова с его внушительным набором орденских планок. Вскоре всех троих пригласили в кабинет. После положенных приветствий Верховный Главнокомандующий перешел к делу:

– Как вы знаете, товарищи, Ставкой принято решение о развитии нового для нас вида морского оружия – палубной авиации. Для этого товарищ Северов занимался вопросами тактики применения палубной авиации, а также тренировками личного состава. Одновременно в США был закуплен легкий авианосец, которому предстоит сыграть роль первенца в этом сложном деле и проторить дорогу для более мощных ударных кораблей, которые сейчас достраиваются. Сформирована особая эскадра в составе авианосца «Смоленск», трех эсминцев и трех подводных лодок, а также двух транспортов снабжения и двух танкеров. Подчиняется она непосредственно Ставке. Есть мнение, что командование следует возложить на контр-адмирала Платонова. Но имеется один вопрос. Скажите, товарищ Северов, кто должен командовать авианосцем? Есть два варианта: командует командир авианосца, а авиация есть лишь один из видов его оружия, главный калибр. Либо командует командир авиагруппы, авианосец лишь плавучий аэродром, а его командир – лишь морской аналог командира БАО. Каково ваше мнение?

– Однозначно первый вариант, товарищ Сталин. Командовать должен морской офицер, а авиация – лишь один из видов оружия, пусть и очень важный, но гармонично входящий в общую систему вооружений.

Сталин кивнул:

– Я вас понял. Дальше так и будет. Но, товарищи, необходимо принять во внимание, что товарищ Северов всерьез занимается вопросами применения палубной авиации и сделал в этом направлении очень много. Кстати, вам, товарищ Северов, решением Высшей аттестационной комиссии присвоено ученое звание кандидата военно-морских наук. Так высоко комиссия оценила ваши академические труды. Итак, командовать соединением будет товарищ Платонов, а гвардии полковник Северов является его заместителем по авиации и представителем Ставки на эскадре со всеми положенными полномочиями. Определитесь, кого вы, товарищ Платонов, возьмете в свой штаб, и вылетайте вместе с товарищем Северовым в Англию. Вылет 10 декабря.

После этого Сталин отпустил адмиралов и оставил в кабинете Северова.

– Удивлены?

– Честно говоря, да, товарищ Сталин!

– Не удивляйтесь. Для наших адмиралов авианосцы – штука новая, неизвестная. Одно дело наблюдать за их работой по новостям из Атлантики и Тихого океана, и совсем другое – командовать авианосным соединением. Вы уже показали, что способны мыслить новыми категориями, что видите проблемы и перспективы. Вот пусть и поучатся у вас, а дальше, если справятся, будем допускать их к самостоятельной работе. Именно поэтому вам даются полномочия представителя Ставки. Платонов – адмирал боевой, не паркетный, с девятнадцати лет на море. Я думаю, вы сработаетесь.

Некоторое время Верховный Главнокомандующий рассматривал большую карту Европы, потом произнес:

– Вы что-то хотели спросить?

– Да, товарищ Сталин. Сейчас эскадра подчиняется непосредственно Ставке, но потом она должна войти в состав одного из наших флотов. Это явно не Балтийский и не Черноморский, а в нынешней ситуации и не Тихоокеанский, хотя в перспективе авианосные соединения должны формироваться в первую очередь там. Значит, Северный?

– В ваших словах я чувствую сомнение. С чем это связано?

– Во-первых, инфраструктура обеспечения. Это дело небыстрое и затратное, а для Заполярья затратное вдвойне. Во-вторых, эффективное использование авианосцев в этих условиях затруднительно, по крайней мере, при нынешнем уровне развития техники.

Иосиф Виссарионович кивнул, он тоже думал над этим.

– И что же вы предлагаете? Какой флот, кроме Тихоокеанского, должен иметь в своем составе такие корабли?

– Атлантический. С базированием в портах Дании и стран Бенилюкса, а еще лучше Франции.

Сталин сделал останавливающий жест.

– Вы смотрите очень далеко, товарищ Северов. Запомните, никому, вы слышите, никому об этом больше не говорите! Мысли ваши правильные, но сейчас не время!

– Есть!

– И еще. Я очень доволен итогами встречи в Тегеране, в том числе и вашей работой. Вы проявили большую предусмотрительность, чего не скажешь об остальных ответственных товарищах. И правильно оценивали обстановку. Повторю еще раз, не воспринимайте назначение на «Смоленск» как понижение, вы остаетесь командиром особого авиакорпуса, просто эта задача является очень важной и совершенно новой, никто не справится лучше вас. – Сталин чуть помолчал. – Будьте осторожней там, вы еще нужны своей стране. Все, ступайте.