Феникс в полете - Шервуд Смит

30 СЕКУНД ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ РАЗГОНА

Желтый кошачий глаз смотрел на него в упор. Кошка свернулась калачиком у него на груди, мешая дышать. Он попытался стряхнуть её в надежде сделать хоть один вдох, но та впилась ему в грудь когтями, да и его собственные члены не повиновались ему...

Давление понизилось, закладывающий уши и мозг рев сделался немного тише. Рассудок и зрение прояснились – Деральце показалось, будто черный водоворот освободил его. Желтый глаз превратился в горящий на пульте Осри индикатор, а слабый толчок известил об отделении разгонного блока. Он судорожно вздохнул, и отчаянная боль в легких начала слабеть.

«Откуда это только взялось?»

Сам факт галлюцинации наглядно говорил о том, как мало отдыха у него было с тех пор – неужели это было меньше недели назад? – как он помог Брендону бежать с Артелиона, от ритуала и мучительной смерти. Но откуда его сознание выкопало этот образ? Вспыхнувшая на табло Осри надпись отвлекла его от этих мыслей.

«21 СЕКУНДА ДО СКАЧКА».

Они находились в самой уязвимой части полета – при переходе на собственную тягу ускорение падало почти в сто раз. Как знать, не видит ли их сейчас кто-то из рифтеров в перекрестье прицела? «Какая разница? – подумал Деральце, глядя на мигающие цифры отсчета. – Это от нас не зависит». Осри нервно ерзал в командирском кресле, но молчал. Переговорные устройства оставались отключенными.

Арес. Дошли ли туда вести об исчезновении Крисарха? Вполне возможно. Надо же, какая ирония судьбы: в качестве верноподданного панархиста Деральце никогда бы не дослужился до возможности побывать там; в качестве пленного ему никогда не дадут познакомиться с этим местом как следует. А если учесть новости, с которыми они туда прибудут, все, несомненно, будут считать, что они сбежали от атаки. Никто не поверит, что Брендон не подозревал о заговоре и что бегство его никак с этим не связано.

А если и поверят, в глазах общественного мнения он все равно будет виновен.

Деральце посмотрел на профиль Брендона. Крисарх не сводил взгляда с монитора Осри.

Деральце припомнился их перелет с Артелиона. Он постарался найти яхту, достойную Крисарха по роскоши и оснащению, но Брендон выказал ко всему этому очень мало интереса. Он почти не спал в отведенной ему шикарной каюте, но все время проводил на мостике, просматривая разные чипы и непрерывно разговаривая об их с Маркхемом днях в Академии. Поначалу Деральце еще тянуло в сон, но под конец время летело почти незаметно. Брендон не касался в воспоминаниях несчастья на Минерве, хотя время от времени разговор подводил их почти вплотную к этому. Крисарх окунулся в то прошлое, что их объединяло, заставив и Деральце смеяться над каждой шуткой, каждым трюком, на которые способны были двое молодых шалопаев даже в рамках суровой военной дисциплины.

По тому, как судорожно сжался желудок, Деральце вдруг понял, как мало хочется ему на Арес и как мало шансов у него избежать этого. Потом отсчет завершился, и на экране вспыхнул ноль.

Создатели маленького суденышка явно не особенно задумывались над тем, как смягчить первый скачок, но даже оглушительное ощущение от него не шло ни в какое сравнение с тем ударом, который последовал сразу за входом в скачок. Скафандр Деральце затвердел и едва не задушил его. Борясь с наваливающимся обмороком, он увидел все-таки, как пульт Осри вспыхнул тревожными красными огнями. Гудение двигателя сделалось хриплым и неровным.

Осри согнул и разогнул руки; в момент удара они находились над пультом, и скафандр ненамного смягчил удар. На экране высветилось окно диагностики. Брендон внимательно вчитывался в него; смысл первых двух строк с запозданием, но дошел-таки до Деральце.

«ПСЕВДОСКОРОСТЬ – 5 С.

ИНТЕНСИВНОСТЬ ПОЛЕЙ ЧЕРЕНКОВА – 0».

Девять месяцев до ближайшей системы, и рифтеры могут их видеть. Так до Ареса не добраться.

Нам не добраться до Ареса...

Брендон повернулся к нему, и голубые глаза его блеснули в свете индикаторов пульта.

– Дис, – коротко произнес он.

Деральце без особого успеха попытался справиться с распиравшим его нервным смехом. Судьба, обернувшись рифтерским снарядом, снова преподнесла им нежданный подарок. Должно быть, Маркхем уже ждет их.

В памяти Деральце снова возник юный высокожитель, неизвестно откуда взявшийся приемный сын лусорского Архона, с его широкой улыбкой и небрежными манерами. Его долговязая фигура и ленивое изящество точных движений принимались его недругами за пижонство, но на деле это было всего лишь естественное поведение юноши, владеющего своим телом лучше любого другого – Деральце, во всяком случае, других таких не знал.