Защитник - Михаил Ахманов

– Когда в Ракку доберутся жители окрестных деревушек, хватит на всех, – отозвался Ивар. В отличие от Инанту, он представлял ничтожность их торговой операции. Выменять три-четыре сотни статуэток для музеев Харшабаим-Утарту и Земли, отыскать самые изящные, самые необычные и выразительные вещи, нагрузить одну платформу… Сервы же торговали со всеми крупными селениями материка и вывозили шерсть, янтарь, изделия из дерева и кожи в трюмах гигантских лайнеров.

Главный предмет торговли был установлен не так давно. Им оказалась шерсть лльяно – тонкая, но очень прочная, легко поддающаяся обработке и окраске. Туземцы вычесывали ее на протяжении всей своей долгой жизни, так что запасы этого товара были поистине неисчерпаемы.

Другой вопрос, зачем гедонистам лоона эо, существам изысканным и привередливым, понадобилась шерсть – они, как правило, приобретали произведения искусства, картины, книги, фильмы, редких животных и уникальные творения природы[40]. Их интерес к янтарю и резным статуэткам был вполне понятен, но шерсть?.. Мнения земных ксенологов по данному поводу сильно расходились. Одни считали, что лоона эо в самом деле используют шерсть, но для чего – оставалось тайной. Трудно представить, чтобы в стабильной среде астроидов кто-то нуждался в свитерах, шерстяных рубашках или теплых пледах. Другие считали, что шерсть лоона эо не нужна, а их торговля с Лианой-Секундой – цивилизационный проект, подобный деятельности ФРИК, нечто вроде эстапа, который должен подтолкнуть общество лльяно к развитию. Так или иначе, но сервы закупали шерсть, обменивая ее на гребни и щетки, ножи, наконечники копий и инструменты для резьбы.

Ивар остановил транспортный модуль у навеса, крытого листьями хх'бо, где обычно восседал секстет старейшин. Сейчас тут обнаружились двое – Говорильник Рахаш и Шарбу-второй: Шарбу перебирал статуэтки на полках, Рахаш прохаживался взад-вперед, иногда покрикивая на юнцов, подносивших к костру ветви и сучья.

– Длинной вам шерсти и прочного дерева, – молвил Тревельян на альфа-лльяно. Это было одним из возможных приветствий, уместным перед торговлей – в конце концов, главными предметами обмена являлись деревянные изделия и шерсть.

Шарбу махнул ему когтистой лапой, а Говорильник с важным видом произнес:

– Радуюсь, Увва, глядя на тебя и твоих ффа'тахх, Онту и Утча. Их шерсть свисает до колен, а твоя – до земли.

В данном случае «ффа'тахх» – «тот, кто бегает на четвереньках» – не имело уничижительного смысла; Рахаш всего лишь обозначил, что спутники Ивара молоды. Затем он уставился на Обну Шету, сморщил нос и буркнул на земной лингве:

– Ты, Увва, привести другой свой самка? Не похож на тот, что ходить к нам. Я потрясательно изумиться. Этот самка, как плесень на дереве хх'бо. – Тут Рахаш щелкнул зубами и уточнил: – Очень, очень зеленый плесень.

– Что он себе позволяет? – заверещала Обна Шета, резво соскочив с платформы. – Это вонючее животное! Этот мохнатый урод! Ему не нравится, как я одета?

– Рахаш, досточтимая, делает тебе комплимент, – пояснил Инанту Тулунов, переглянувшись с Хутчи'гра. – Лльяно просто обожают цвета и оттенки зеленой гаммы. Сравнить кого-то с плесенью, это выражение крайнего восторга. Ты же слышала, что он сказал – изумлен и потрясен!

Провидица фыркнула, Хутчи весело оскалился, а Рахаш, подергав волосы, свисавшие с висков, промолвил:

– Я Говорильник, и я в понимании. Ффа'тахх Онту играть слова, как совсем малые играть палочкой, камешком, орешком. Молодой! Пусть забавляться!

Он поманил Шарбу, и тот, обхватив Тревельяна за пояс, направился с ним к полкам, забитым статуэтками из дерева и кости.

– Большой дым. Далеко видно, – сказал Тревельян, бросив взгляд в сторону костра.

– Большой, – согласился Шарбу. – Большой, чтобы послать вести. Скоро спустятся с неба хххфу ата. Всем надо знать.

Хххфу ата – тощие пришельцы, так лльяно называли сервов.

В сравнении с плотными мускулистыми аборигенами биороботы и правда казались сборищем субтильных личностей, которых ветер качает. Но двигались сервы шустро и физические работы, хотя и не очень тяжелые, выполняли без проблем.

– Откуда ты знаешь, что хххфу ата скоро прилетят? – спросил Тревельян. – Они послали какой-то знак?

Шарбу молча откинул циновку у одного из столбов, поддерживающих кровлю навеса. Под ней было круглое хрустальное оконце – вероятно, вершина врытого в землю механизма. Рассмотреть его Ивар не мог – за прозрачной преградой сейчас металось фантомное пламя, похожее на настоящий костер. Ярко-рыжие языки плясали будто бы в пустоте, свивались кольцами и спиралями, тянули огненные острия к хрустальной крышке и снова опадали.

«Маяк, – понял он. – Маяк, который сервы уподобили огню, чтобы было для лльяно понятным».

– Оууу-аа! – протянул второй Шарбу. – Когда горит, хххфу ата близко. Ночью спустятся на землю. Ночью или утром.

– Будете торговать?

– Много дней, Увва. Придут много охотников и мастеров. Нам – ножи и гребни, хххфу ата – шерсть, кожа и дерево.

Тревельян окинул взглядом пространство под крышей из листьев хх'бо. Земля, устланная циновками, примитивные полки между столбами, а на них – сотни, тысячи резных фигурок… Из кости, из дерева разных пород, из янтаря… Их тщательно отполированная поверхность поблескивала, формы статуэток были строги и изящны, и чудилось, что эти изображения зверей, насекомых, птиц и разумных существ сейчас оживут. Поистине, лльяно были великими искусниками!

– Прилетят хххфу ата, все заберут, и мне ничего не достанется, – сказал он. – Могу я что-то обменять?

– Выбирай! – Шарбу подтолкнул его к полкам. – Но ты должен дать нам хороший товар. Есть у тебя ножи и гребни?

– Нет. Мои товары лучше, гораздо лучше. Таких в Ракке еще не видели.

В глазах Шарбу сверкнуло любопытство.

– Такая вещь, чтобы убивать большого молчаливого? Бросать в него молнии?

– Нет. Если помнишь, шорро мы прикончили ножом, – ответил Ивар. Затем он позвал Тулунова и Хутчи'гра, прошелся вдоль полок и приступил к отбору экспонатов. Фигурки, изображавшие животных и пернатых всех пород: пятнистый олень тхх'окл, черепаха ттх'руу, огромные водоплавающие птицы тхх'фата, коллекция хищников, «ночных молчаливых» – волки с крокодильей пастью, шестилапый бронированный краб, статуэтки шорро… Деревья хх'бо с устроенными в них жилищами, целый поселок с крохотными фигурками женщин, охотников и мастеров, бытовые сценки, семьи лльяно – двое братьев, две сестры, их жены, и шестеро малышей… Звездный корабль сервов, изображения биороботов, гуманоиды всех рас, что посещали Лиану-Секунду – нильхази, земляне, хапторы… Выбор был богатым. Хутчи'гра принес пустые контейнеры, и через двадцать минут их крышки уже не закрывались.