Нибиру. Книга 1. Пробуждение - Игорь Михалков

— Это правда? — взревел полковник, грозно нависая над пленницей.

Батурина, связанная, с заклеенным скотчем ртом, безучастно смотрела в потолок. Словно не она, оказавшись в комнате, вдруг попыталась вырваться с такой силой, что Ветров едва сумел справиться с внешне хрупкой, отнюдь не производящей впечатления спортсменки женщиной.

— Говори, сука!

— Ей-то откуда знать? — справедливости ради заметил Ветров. — Она же шестерка, такая же, как те, за воротами. Что внушили, то и делает. Кто же будет тайнами делиться?

— Она не просто шестерка, она с телевидения. Значит, принимала участие во всех делах!

— Даже если принимала, использовали втемную, — не согласился старший лейтенант. — Те, кто все это придумал, сюда не полезут. Да и светиться без необходимости не будут.

Орлов засопел. Ему очень хотелось расправиться не просто с зомбированным террористом, но с кем-нибудь, кто затеял нынешнее нападение. И тем не менее даже в гневе полковник признал правоту слов Ветрова. Рисковать и погибать обязаны бойцы, виноватые всегда находятся в безопасном месте. Так было почти во все времена, и так будет в последующем.

— Хорошо хоть наши солдатики ящик не смотрят, — подал голос майор. — Все шанс, что…

— Я тоже никогда не смотрю, — вздохнул дед. — Показывают всякую гадость, прости Господи! Сплошные пидоры да пустой треп. Взглянешь — и нервы шалят.

И тут опять началось. С крыши басовито залаял «Утес», одно из окон в комнате разлетелось от ответной очереди, и стало не до размышлений, почему, отчего и кто виноват?

В свете вспыхнувших прожекторов нападавшие казались ожившими мертвецами. Многие были одеты в камуфляж, но хватало и иных — облаченных в обычные джинсы и рубашки. Разного возраста, разной подготовки, они упорно старались преодолеть забор, вырывались из приотворенных ворот и стреляли, стреляли…

Тяжелого оружия действительно больше не было, и его отсутствие отчасти искупалось гранатометами. Взятыми ранее или подобранными на поле первого боя — тут уж никакой разницы. Несколько гранат ударили в здание, и это не считая лавины пуль.

Но и остатки отряда не оставались в долгу. Бойцы сражались за свои жизни. Каждый понимал: дрогнешь — и погибнешь, а пока борешься, есть шанс уцелеть.

Грохотали пулеметы, били автоматы, два последних снайпера деловито посылали пулю за пулей, даже АГС подключился к работе, сразу изрядно проредив ряды атакующих.

Потери не остановили террористов. Они словно не замечали падающих вокруг товарищей и упорно продолжали стремиться к яростно огрызающемуся огнем зданию.

Магазины и ленты стремительно пустели. Стволы накалились. Пороховая вонь забила все прочие запахи. В ушах стоял непрерывный грохот. И уже никто из бойцов не обращал внимания на отлетавшую под ответным огнем штукатурку, кое-кто даже не почувствовал, что ранен, а чувство времени куда-то ушло, и казалось, происходящему не будет конца…

А потом вдруг все кончилось. Остатки нападавших бросились назад с той же энергией, с которой перед тем пытались добраться до здания. Дружно, будто вдруг прозвучала команда, хотя никаких иных слов, кроме обычных в бою криков, никто не слышал. Но расстояние от здания до забора было невелико, цели давно пристреляны, а остановить стрельбу бойцов могло лишь отсутствие патронов.

— Отбились, — вздохнул Орлов и невольно покосился на лежавшую в углу комнаты журналистку.

Взгляд Батуриной оставался безучастным, словно ее с какого-то момента происходящее абсолютно не касалось.

— Отбились, — эхом повторил Свистюк.

Двор был буквально завален трупами. Даже прикинуть на глаз было так сразу невозможно. Вдобавок дежурный боец опустил рубильник, и все вокруг немедленно погрузилось во мрак. Неприятный, зловещий, однако половина прожекторов была разбита стрельбой, и оставшиеся следовало поберечь на случай повторного штурма.

Сколько же в городке населения, машинально подумал Ветров. Пальцы его сноровисто и привычно набивали пустые магазины. Не отступи террористы, и, вполне возможно, у них появился бы шанс добежать вплотную до здания — просто из-за невольного прекращения огня.

Неподалеку цветисто и многословно выругался дед. Он вел огонь наравне со всеми, разве что более тщательно целясь, словно не в бою находился, а стрелял на полигоне. Хорошо хоть зарубок на прикладе не делал. Судя по количеству трупов, тут никакого приклада ни у кого не хватит.

В комнату заглянул Рыжий, чья позиция находилась неподалеку.

— Целы, товарищ… полковник? — Он явно хотел спросить про своего командира, но армейская субординация…

— Мы-то целы, — буркнул Орлов. — Вот что, пробегись по позициям, узнай про потери и прочее. И немедленно доложи.

Он как раз уже хотел посылать Ветрова, как младшего по званию, но раз появился еще кто-то…

— Слушаюсь! — Рыжего словно ветром сдуло. Лишь протопали по коридору ботинки.

— Хорошо хоть, при всем внушении подготовки у большинства нет. — Орлов посмотрел на темный Двор.

— Подготовку не внушишь, — согласился с командиром Свистюк. Он явно едва держался, и даже обычно громовой голос звучал слабо. — Ею овладевать надо. Шаг за шагом упорным ежедневным трудом. И никакие разговоры не помогут. Это только желторотые мальчишки мечтают оказаться крутыми. Раз — и стал. А для того послужить надобно.

Вещи для офицеров были очевидными. Но из них вытекало и иное, и Орлов первым озвучил вывод:

— Значит, были среди них и настоящие террористы. И немало. А местные так, привлечены в качестве пушечного мяса.

— Но среди них наверняка хватило людей служивших, — дополнил майор. — Это сейчас взяли моду косить. А кто постарше, все прошли через армейскую школу.

Полковник выругался опять и в конце добавил почти цензурно:

— Выйти бы…… на тех, кто… руководит!

Но то было явно из области фантастики. С другой стороны, разве не фантастична была вся нынешняя ночь? Обстрел, нападение, многочисленные жертвы… Внезапная война посреди всеобщего мира.

Или никакого мира в мире уже нет?

— Может, на нас напали? — задал риторический вопрос Ветров.

— Кто и зачем?

— Не знаю. Но очень уж сложно для террористов.

— Доложить надо, мать их всех за ногу! — вновь вернулся к прерванной мысли Орлов. — Должны же власти знать! Да и мы без помощи долго не продержимся.

Но тут проще сказать. Связи нет, а пройти — электростанция в осаде, и никому не ведомо, сколько врагов вокруг и где они находятся. Да и потом, не пешком же топать непонятно до какого пункта!

Это если вообще кто-то сможет вырваться в безопасные места.

Полковник посмотрел на майора. Мол, вы — спецназ, такое дело как раз для вас. Пробраться, выползти, доложить… Не пехоте же подобным заниматься!