Новобранцы - Сергей Баталов

Она зашла снизу, яркими трассерами из пушек определила, как полетят ракеты, тотчас же, не мешкая, врезала парой НУРСов в «дно» «альбатроса».

Истребитель богомола задымил уже основательно. Даже с земли было видно, что «альбатрос» поддерживает в воздухе единственный двигатель – верхний.

Все ждали, что Ирина, подражая Заречневу, даст богомолу спокойно «уйти» – снизиться, приземлиться на воду и попытаться покинуть самолет. Но вышло все наоборот.

Под изумленное молчание звездных рекрутов и её наставника она мощными залпами из всех четырех пушек «загнала» «альбатроса» к самому верху защитного «кокона», где недрогнувшей рукой всего за две атаки…. развалила самолет противника на части.

На стереоэкране было хорошо видно, как стал падать вниз пилот-богомол. Довольно быстро он перестал хаотично вращаться, его полет вниз обрел признаки парения, причем – весьма квалифицированного. Этот богомол явно имел опыт покорения воздушного океана. Ирину это не смутило.

Сначала она сделала «пробный» заход на падающего вниз противника. Сделала, но не выстрелила.

Трудно сказать, какие эмоции отразились в этот момент на «лице» насекомого. Было видно, как он энергично крутил головой в шлеме, непрерывно следил за своим противником. Надеялся на лучшее?

«Интересно, а если у них прочность тела такова, что при ударе о воду с такой большой высоты он не погибают, в отличие от людей? Кто сказал, что такого не может быть»? – Думал Сашка, как и все, не отрываясь от того, что сейчас происходило в небе. – «Возьмем, например, кузнечика. Если его сбросить вниз с десятого этажа, то что ему будет? Да ничего! Крепкие они, кузнечики! Не то, что мы, люди. Вдруг и этот – такой же»?

Кажется, его мысли прочитала Ирина. Она в очередной раз развернулась, зашла на жука…..

От однорукого пилота остались только мелкие части, которые, как дождь, усыпали собой довольно большой кусок озера чуть в стороне от того места, где в воду все еще продолжали падать обломки «альбатроса».

Ирина сделала круг над «могилой» пилота, словно не веря, что раздробленный ею на части богомол – мертв. Она развернулась, снизилась, потом вдруг зачем-то форсировала двигатели и почти сразу превратилась в точку, быстро приближающуюся к… космолету насекомых.

Николай Платонович побледнел, хотел что-то крикнуть в микрофон, но не смог. У него в горле что-то булькнуло, он поперхнулся, закашлялся….. Все прильнули к стереовизорам. Землянка сделала «горку» перед транспортным кораблем, спикировала вниз.

Темные точки, скопившиеся вокруг «альбатросов», бросились врассыпную. Часть курсантов-богомолов заскочила в открытый люк космолета, часть – попадала на песок и стала быстро-быстро… закапываться в него.

Ирина не выстрелила. Ни ракетами, ни из пушек. Она задрала вверх нос своего истребителя, практически остановилась в воздухе над космолетом соперников….

Открылся фонарь кабины самолета землянки, зависшей почти над транспортником, она сняла шлем, встряхнула своими великолепными волосами….

– Показывает, что она – девушка! – раздался рядом голос кого-то из курсантов. – Теперь роду этого пилота никогда не отмыться от позора.

– А почему? – не удержался от вопроса кто-то другой.

– Люди для них вообще – низшие существа. Слабые, трусливые, хрупкие, с замедленной реакцией. Причем они знают, что женщины – слабее мужчин. А тут их пилота победила – женщина. Позор! Причем не просто победила, а играла с ним, как хотела. Не знаю. Но мне кажется, сегодня что-то будет.

– Ты думаешь, они сейчас её убьют? Или нападут на всех нас?

– Дурак ты, Заречнев. Не обижайся, конечно, но – дурак. Если не понимаешь – то молчи. Молчи и смотри. Скоро сам все увидишь.

Ирина «повисела» над площадкой богомолов еще несколько секунд, потом показала кому-то из них средний палец (парни на площадке глумливо заржали), нажала на рычаг, закрывающий фонарь….

– У тебя все нормально, ты не ранена? – трясущимся от волнения голосом спрашивал Николай Платонович, практически поймав на руки девушку, только что приземлившую свой самолет и скатившуюся вниз по крылу.

– Все нормально, Коля! – ответила девушка, с улыбкой глядя в лицо седого. Тот больше ничего не спросил, по его лицу потекли слезы. Он осторожно поставил девушку на ноги.

Неожиданно на площадке стало яснее. Рекруты закрутили головами, ища источник света. Его не было. Свет шел со всех сторон «кокона», усиливаясь с каждой секундой.

– Они улетают! – сообразил кто-то из курсантов. – Они улетают!

«Кто улетает»? – хотел спросить Александр, но вспомнил недавнее замечание, промолчал. Он поднял голову, увидел, как стремительно редеет уже не сплошная темная масса зрителей, плотным панцирем закрывавшая «дыню» с восточной и западной стороны.

– Что это значит? – спросил он, обращаясь к седому. Тот оторвал взгляд от лица любимой девушка, осмотрелся, ответил:

– День Патруля на сегодня закончен. Да и не только на сегодня. Видимо, зрителям сообщили что-то такое, из-за чего они не видят смысла больше находиться здесь.

– И что?

– Например, то, что богомолы отказываются от продолжения воздушных поединков.

– Как такое возможно?

– Да, легко. Представь себе такую ситуацию. Где-то во дворе живет мальчик. Хулиган. Он каждый день бьет безнаказанно одного соседского мальчишку. День бьет, два бьет, три. Год, два, десять лет. Привык.

Но в один прекрасный момент это мальчишка дает ему сдачи. Хорошо дает, по-взрослому. Как ты думаешь, какая будет первая реакция у этого хулигана?

– Понятно какая. Убежать, обдумать, что случилось…

– Вот и сегодня произошло то же самое. Я думаю, наши противники поняли, что вот эта последняя жертва – она была не последняя.

Кстати, Ириша, а зачем ты так нехорошо с пилотом-то обошлась? Зачем надо было его – мелкие кусочки?

– Настя – ну, та девушка, которую четвертовали – она была моей подругой….

– Вот оно что…. Ладно, я подойду к Дите, уточню, какие будут приказы в связи с новой ситуацией.

Стало совсем светло. Внешняя сторона «кокона» полностью очистилась от зрителей. Защитной поле стало мерцать, пульсировать, по нему побежали длинные голубоватые полосы….

На дальней стороне озера над землей поднялась продолговатая тень космолета богомолов. Синими точками обозначились включенные на полную мощность все пять атмосферных двигателей, транспорт развернулся, ушел в сторону океана, быстро набирая высоту.

По трапу сошла Дита, подождала, когда к ней подойдут и обступят все курсанты.

– Ну, вот что, ребята-демократы! – не скрывая своего довольного вида, сказала она. – На этом День Патруля закончен. Наши соперники отказались от дальнейшего участия в воздушных боях. По крайней мере – нынешнего года. Так что вы все остались живы и вернетесь на базу.