КиберЗолушка - Марисса Майер

— Простите?

— Нашего. Вы сказали, «дар — настолько фундаментальная часть нашего внутреннего устройства».

Доктор выпрямился, поправляя лацканы пальто.

— Ах. В самом деле? Я так сказал?

— Вы лунатик.

Он снял шляпу и бросил ее на стол. Без нее он выглядел меньше. Старше.

— Не лгите мне.

— Я и не собирался, мисс Линь. Просто пытаюсь придумать, как объяснить так, чтобы вы перестали смотреть на меня столь обвиняюще.

Выдвинув подбородок, Зола снова вскочила из кресла и попятилась от стола. Она смотрела на доктора тяжелым взглядом, словно у него на лбу и правда могла появиться татуировка «лунатик».

— Как я могу верить хоть чему-нибудь из того, что вы сказали? Откуда я знаю, что вы не промываете мне мозги прямо сейчас?

Он пожал плечами:

— Если бы я ходил и целыми днями только и очаровывал всех вокруг, вам не кажется, что первым делом я бы постарался казаться выше?

Она нахмурилась, не обращая на него внимания. Она думала о королеве на балконе, о том, как ее оптобионика предупредила ее о лжи даже тогда, когда ничего не было сказано. Так или иначе, ее мозг был в состоянии отличить реальность от иллюзии, даже если этого не могли сделать глаза.

Прищурившись, она наставила на доктора палец.

— Вы применяли ко мне свои способности. Когда мы встретились. Вы… вы промыли мне мозги. Так же, как королева. Вы заставили меня доверять вам.

— Будем честными. Вы напали на меня с гаечным ключом.

Ее гнев утих.

Доктор Эрланд развернул к ней раскрытые ладони.

— Уверяю вас, мисс Линь, за те двенадцать лет, что я провел на Земле, я ни разу не злоупотреблял даром. И расплачиваюсь за это решение каждый день. Своей психической устойчивостью, психологическим здоровьем, работой органов чувств, наконец, и все потому, что я отказываюсь манипулировать мыслями и чувствами окружающих. Не всем лунатикам можно доверять — я знаю это не хуже остальных — но вы можете доверять мне.

Зола сглотнула и оперлась на спинку стула.

— Кай знает?

— Конечно, нет. Никто не должен знать.

— Но вы работаете во дворце. Все время видите Кая. И императора Рикана!

В голубых глазах доктора Эрланда блеснуло раздражение:

— Да, и почему это должно вас огорчать?

— Потому что вы лунатик!

— Так же как и вы. Должен ли я считать, что принц в опасности, потому что пригласил вас на бал?

— Это совсем другое дело!

— Не будьте глупой, мисс Линь. Я понимаю, что есть предрассудки. Во многом они понятны, даже оправданы, учитывая историю Земли и Луны. Но это не значит, что мы все жадные, эгоистичные демоны. Поверьте мне, нет человека на этой планете, который сильнее меня хотел бы свергнуть Левану с престола. Будь это в моей власти, я бы сам убил ее. — Лицо доктора стало пунцовым, как вишня, глаза горели.

— Хорошо. — Зола теребила подушку кресла, пока не ощутила, как материал расходится под ее пальцами. — Я могу принять это. Не все лунатики — дьявольское порождение и не всем легко промыть мозги и заставить следовать за Леваной. Но даже те, кто хочет бросить ей вызов, сколько из них решается рискнуть жизнью и бежать? Так почему вы решились?

Доктор Эрланд совершил движение, словно собираясь встать, но после небольшого колебания его плечи поникли:

— Она убила мою дочь.

Правда.

Зола попятилась.

— Самое ужасное, — продолжал доктор, — что, окажись на ее месте любой другой ребенок, я бы чувствовал, что это правильно.

— Что? Почему?

— Потому что она была пустышкой. — Он взял шляпу со стола и изучал ее, пока говорил, пальцами отслеживая узор-елочку. — Я был согласен с законом, я думал, что пустышки опасны. Что наше общество развалится на части, если оставлять их в живых. Но только не моя малышка. — Ироническая улыбка искривила его губы. — Когда она родилась, я хотел убежать, чтобы привезти ее на Землю, но моя жена была еще более предана Ее Величеству, чем я. Она не хотела иметь ничего общего с ребенком. И вот мою малышку, мою Кресент Мун забрали, как и всех остальных. — Он снова нахлобучил шляпу и искоса посмотрел на Золу. — Сейчас ей было бы столько же, сколько и вам.

Зола обошла вокруг стула и примостилась на краешке:

— Мне так жаль.

— Это было давно. Но мне нужно, чтобы вы поняли, мисс Линь, через что кому-то пришлось пройти, чтобы привезти вас сюда. Чтобы зайти так далеко, что скрыть ваш лунный дар, чтобы защитить вас.

Зола сложила руки, вжимаясь в себя.

— Но почему меня? Я не пустышка. Я не была в опасности. В этом нет смысла.

— Он появится, обещаю. Слушайте внимательно, потому что это может стать для вас шоком.

— Шоком? Вы имеете в виду — все, что до этого, было предисловием?

Его взгляд смягчился:

— Ваш дар возвращается, мисс Линь. Я имел возможность манипулировать вашей биоэнергией и создать временную перегрузку для прототипа Линя Гарана. Вот что я сделал в первый день, когда вы потеряли сознание, и в результате замок на вашем даре был необратимо поврежден. Со временем вы научитесь контролировать отказы замка по своему усмотрению, до тех пор пока снова не обретете полный контроль над своим даром. Я понимаю, что это болезненно, когда происходит так же быстро, как сегодня, но такие случаи должны быть редкими — только во времена крайнего эмоционального расстройства. Можете предположить, что вывело его из строя?

Зола вспомнила близость Кая в лифте. Желудок подпрыгнул. Она откашлялась.

— То есть вы говорите, что я становлюсь лунатиком взаправду. С магией и всем прочим.

Доктор Эрланд слегка скривился, но не стал ее поправлять.

— Да. Это займет некоторое время, но в конечном счете вы сможете полностью использовать природный дар, с которым родились. — Он резко крутанул пальцами в воздухе. — Хотите попытаться использовать его сейчас? Может быть, у вас получится. Я не уверен.

Зола представила, как по ее проводам пробегает искра и что-то потрескивает в основании позвоночника. Она понимала, что это, наверное, у нее в голове, она просто накручивала себя до паники, но все-таки была не до конца уверена. Каково это — быть лунатиком? Обладать такой странной властью?

Она покачала головой:

— Нет, все в порядке. Я не готова к этому.

Губы доктора растянулись в тонкую улыбку, как если бы он был слегка разочарован.

— Конечно. Когда вы будете готовы.

Обхватив себя за талию, она сделала неуверенный вдох.

— Доктор?

— Да?