Баламут 2 - Василий Горъ

—Баламут, тебе не кажется, что Бестия еще не понимает, как правильно настраиваться на войну со всем миром?— вкрадчиво промурлыкала Шахова, судя по сосредоточенности и веселью, появившимся в эмоциях, вспомнившая о наших ночных договоренностях.

—Кажется…— подтвердил я, хотя еще не понимал, к чему она ведет.

—Что ж, придется научить. Даш, солнце, любая проблема, какой бы серьезной она ни была, должна стоять как минимум на втором месте. Ибо на первом у нас команда. Поэтому задвинь весь негатив куда подальше и начни день с правильного пожелания хорошего дня!

Долгорукая посмотрела на лукаво улыбающуюся подругу, неосознанно повторила «подсказку» — облизала губки — и… наплевала на все проблемы, вместе взятые. То есть, привалилась к моему боку, обняла за шею, подарила долгий, чувственный, но в то же время задорный поцелуй и… изобразила обиду:

—Таким важным вещам надо учить на самом первом уроке! А ты…

—Я исправлюсь! В смысле, расширю горизонты твоих представлений об утренних мотивирующих пожеланиях хорошего дня… прямо сейчас!— пообещала Язва, попросила ее отодвинуться и тоже припала к моим губам. Что интересно, с таким буйным желанием в эмоциях, что проняло не только меня, но и Дашу, наблюдавшую за нами со стороны — Долгорукая вспыхнула, потрогала пылающие щечки тыльной стороной ладони и… подколола:

—Как я понимаю, материнская составляющая твоей любви к Ратибору где-то потерялась?

—Выгорела под счастливым сиянием твоего лица!— отшутилась Лариса Яковлевна.

—И правильно!— неожиданно серьезно заявила Бестия, попросила меня не обижать свою вторую женщину, посмотрела на экран комма и вскочила с кровати: — Айда в душ: мы начинаем опаздывать…

Откровенно говоря, вылетая за дамами в коридор, я был уверен, что эта выходка Язвы хоть немного, да испортила Бестии настроение. Как вскоре выяснилось, зря: во время водных процедур Даша весело напевала какую-то шуточную песенку, чуть позже, вытираясь, вспомнила и рассказала очень уж пошлый анекдот, а на кухне, нарезав ветчину для бутербродов, поймала Лару, пробегавшую мимо, и от всей души чмокнула в щеку. При этом не забывала и о делах: когда я полез в коммуникатор, чтобы посмотреть точное время прибытия автоматического такси, напомнила о просьбе перейти в режим «бэ-три» и объяснила, что это такое:

—Слава считает, что есть небольшой шанс нападения на нас-любимых. Он не большой любитель шутить, тем более такими вещами, поэтому стоит отменить заказ и отправиться в аэропорт на «Онеге». А по дороге арендовать персональный бокс на территории стоянки частных самолетов. Эдак до конца следующего лета, ибо кататься на такси и небезопасно, и некомфортно.

Предложение было дельным, и я его принял. Поэтому из особняка мы выехали на бронированном внедорожнике, немного понарушали скоростной режим, потратили лишние десять минут на парковку и ожидание разъездной машины, из-за чего немного выбились из графика. Но «пожелание доброго утра» все еще действовало, поэтому нисколько не расстроились — выбрались из автомобиля возле арендованного «Стрижа», поприветствовали экипаж, построившийся рядом с трапом, и «переиграли» свои планы:

—Летим в Абакан.

—Это не так про-… — начал, было, второй пилот, но я жестом попросил его не перебивать и закончил объяснения:

—Обновите полетный план или свяжитесь с начальством: мы только что отослали в головной офис вашей компании все необходимые документы и разрешения.

На самом деле все необходимые документы и разрешения прилетели в их головной офис из соответствующего отдела службы обеспечения Е.И.В Конвоя, но экипажа самолета эта информация не касалась, вот я и озвучил вариант, предложенный Язвой. Как и следовало ожидать, с изменением маршрута проблем не возникло, так что ровно в половине пятого борт плавно тронулся с места и покатил к взлетно-посадочной полосе. А еще минут через двадцать-двадцать пять мы попадали на кровать, «собранную» стюардессой из дивана и всех шести кресел, закрыли глаза и отключились…

…Коллеги Шаховой, прибывшие в Абакан еще в субботу, сработали, как часы, поэтому, спустившись на бетонку небольшого частного аэродрома, мы прошли пешком всего метров сорок и влезли в десантный салон военно-транспортного вертолета «Скиф», уже вовсю молотившего винтами. Салон этой машины оказался куда комфортабельнее обычных, но роль стюардессы выполняли двое неулыбчивых мужчин с характерной выправкой и в строгих костюмах, так что я сделал морду кирпичом, следом за дамами добрался до последнего ряда кресел и устроился на оставленном персонально для меня.

Как только откинулся на спинку, вытянул ноги и вгляделся взором в пистолеты сопровождающих, обнаружившиеся в кобурах скрытого ношения, «Скиф» и сразу два «Урагана» сопровождения поднялись в воздух, заложили небольшой вираж и на сверхмалой высоте полетели куда-то на север.

В Хакассии я никогда не бывал, его столицу видел только на картинках во время подготовки к этому мероприятию, но понимал, что в таком режиме полета ничего особенного не замечу, даже если переберусь к иллюминатору. А казаться «стюардам» деревенщиной не хотелось, вот я и расслабился — закрыл глаза, начал сканировать окрестности чувством леса, благо, леса под нами было предостаточно, и через щупы прислушался к эмоциям своих женщин. Из этой «прострации» вышел только тогда, когда Язва предложила полюбоваться Енисеем, и увидел серое «море», обнаружившееся под нами. А еще минут через пять-шесть оно вдруг «оборвалось», и наша вертушка, лихо спикировав к земле, замерла на краю посадочной площадки довольно приличных размеров.

«Императорский охотничий домик в Лебяжьем…» — напомнил себе я, выбираясь к выходу из салона, спрыгнул на бетонку, проследил за взглядом одного из провожатых и мысленно хмыкнул: «домик», обнаружившийся в поле зрения, был ненамного меньше дворцового комплекса Дагомыса! Не скажу, что сильно удивился, но подал руку Язве с небольшим запозданием. Зато не тупил, помогая Бестии, и сопровождая дам к дожидавшемуся нас «Тигру». А по пути к въезду в подземный гараж основного здания заставил себя перейти в боевой режим и задвинул куда подальше все лишние мысли. В результате от машины до лифта и от лифта до кабинета, в котором нас уже ждал будущий государь, шел, сосредоточившись на картинке с чувства леса. То есть, вместо того, чтобы пялиться на трофеи нескольких поколений Долгоруких, любоваться картинами на охотничью тему и облизываться на старинное оружие, развешанное на стенах, впечатывал в память траекторию движения, взаимное расположение силуэтов, местонахождение артефактных сканеров и так далее. А потом «как-то сразу» оказался перед массивным столом, увидел хмурого Владислава Мстиславовича, начавшего подниматься с кресла, краем сознания узнал щелчок дверного замка и изобразил учтивый поклон.

—Вы быстро. И это радует…— без какой-либо радости в голосе заявил новый хозяин «домика», обнял Дашу, пожал мне руку и приветливо кивнул Язве. Потом потребовал обходиться без чинов — качнулся с носка на пятку и обратно, поиграл желваками и повел рукой, приглашая нас усаживаться в кресла. А сам взял стул, развернул его задом наперед, сел «верхом», сложил на спинку руки, пристроил сверху гладко выбритый подбородок и мрачно вздохнул: