Узы крови - Алексей Осадчук

Хм, а вот это любопытно. Эмиль де Марбо был истинным. С очень странной, уродливой, но довольно развитой энергосистемой. Он явно много лет культивировал ее. Тому же барону фон Герварту в схватке с этим Эмилем-Ящерицей ничего не светило. Виконт его сожрет и не подавится. Кстати, по поводу сожрет – это не метафора. От Эмиля в буквальном смысле слова несло кровью. Не удивлюсь, если узнаю, что перед приездом на прием к герцогине этот мутант жрал сырое, истекающее еще теплой кровью, мясо только что убитой им добычи.

На фоне уродливого гиганта Аурелия де Марбо выглядела как сказочная фея. Ее светлые волосы с перламутровым отливом буквально искрились в свете тысяч свечей. Маленькая диадема в ее волосах, по форме напоминающая венок, была усыпана белыми жемчужинами, листочками-изумрудами и бирюзовыми лепестками.

Колье, серьги и маленький миниатюрный браслет на запястье левой руки были выполнены в одном стиле с диадемой. Нежно-бирюзовое платье виконтессы выгодно подчеркивало все изгибы ее восхитительной фигуры. Если не ошибаюсь, Аурелии почти тридцать лет, но выглядела она так свежо и так молодо, что больше двадцати ей и не дашь.

Насколько уродливая внешность Эмиля де Марбо отталкивала и пугала, настолько чудесный облик его сестры притягивал взгляды всех присутствующих. Несомненно, виконтесса де Марбо была самой красивой девушкой в этом зале. Я невольно залюбовался ее необычной красотой и грацией.

В следующее мгновение возле брата и сестры появилась герцогиня дю Белле и как гостеприимная хозяйка с радушной улыбкой начала о чем-то говорить новоприбывшим.

Спустя минуту де Марбо были отпущены в свободное плавание и затерялись среди гостей. Я почувствовал, как хватка Валери ослабла. Я даже услышал ее облегченный вздох. По телу виконтессы пробегали волны дрожи.

– Теперь ты убедился? – прошептала она дрожащим голосом.

– Ты была права, – решил разрядить обстановку я. – Аурелия де Марбо очень красива.

Валери подняла на меня непонимающий взгляд и, заметив мою ухмылку, уже приготовилась сказать мне что-то явно очень злое, но не успела. К нам пожаловали мои старые знакомые.

– Шевалье Ренар! – воскликнул остановившийся в нескольких шагах от нас маркиз Оливье де Онжес. На его пухлом лице расцвела многообещающая улыбка. – Вот уж действительно правы те, кто утверждает, что мир тесен. Какая неожиданная встреча!

Рядом с ним стоял Гаспар Краон, в глазах которого горел огонь радости. Он предвкушал очередное развлечение.

Третьим был Андре де Шатильон. Он был мрачен и зол.

Валери со слегка приоткрытым от удивления ртом пыталась разглядеть на моем лице объяснение происходящему. Я незаметно ей подмигнул и с легким поклоном вернул улыбку де Онжесу:

– Воистину, мессир! Знай я в прошлую нашу встречу, что вы – друзья моей милой тетушки, я бы был более приветлив! Как ваше здоровье, виконт? В прошлый раз, увы, по вполне объяснимым причинам, я не смог задать вам этот вопрос. Вы были немного не в себе.

Лицо Андре де Шатильона покрылось красными пятнами, а на скулах заиграли желваки. Онжес лишь покачал головой, а Краон старательно прятал улыбку.

Судя по ошарашенному взгляду, Валери, кажется, уже начинала что-то понимать. Стоявшие поблизости люди, заинтересованные странной сценой, начали потихоньку подходить к нам поближе.

– Шевалье, – процедил сквозь зубы де Шатильон. – Полагаю, вы не откажете мне в любезности встретиться снова в любое удобное для вас время.

– Мессир, мне казалось, что в прошлый раз между нами не осталось недосказанностей, – спокойно произнес я, кивнув на его лоб.

– Вы правы, – глухо рыкнул виконт. – Вам всего лишь показалось. Поэтому я настаиваю на новой встрече.

– Ну раз вы желаете внести окончательную ясность, тогда я к вашим услугам. Время и место?

– Завтра утром, – резко ответил виконт. – На берегу Леги у Западного моста.

– Я буду там.

– Мадмуазель, – виконт и его друзья изобразили галантные поклоны, а затем, развернувшись, направились в ту сторону, где находился их господин.

Валери взглянула на меня. На ее щеках от возбуждения горел румянец.

– Так значит ты и есть тот самый деревенский аристократ, который уложил одним ударом виконта де Шатильона, и о котором при дворе все говорят?