Волчий пастырь. Том 4 - Сергей Извольский

Когда я глянул на Доминику, по выражению лица понял, что думает она сейчас примерно о том же самом. Не сговариваясь, здесь мы остановились. Некоторое время стояли в молчании, оглядывая следы состоявшейся здесь совсем недавно битвы. Вернее, избиения бегущих.

Дальнейший путь наш – если двигаться дальше в сторону разлома Инферно, лежал прямо. И если продолжить движение совсем скоро мы окажемся на другом краю ледяного разлома, и по полосе отчуждения уже можно будет поворачивать на север. Но следы перед нами говорили, что ледяная орда здесь бежала от избиения. И может быть демоны Инферно уцелели, хотя бы частично?

Выжженные широкие плети черной земли, устланные телами демонических ледяных тварей, уходили направо, на север. К видневшейся вдали одинокой вершине. Пойти проверить, выжили ли демоны? Но двигаться вглубь ледяного разлома, по враждебной территории – серьезный риск. Но если демоны, которые ушли в разлом еще до одновременной атаки культистов, легионов и Стужи, до сих пор где-то здесь?

Я вдруг понял, что мне совершенно наплевать на этих демонов – здесь они, нет. Выжили, или нет. При этом, не знаю почему, но меня словно тянуло туда, в сторону одинокой горы. Вот буквально так, что глаз от нее не оторвать. Интуиция говорила, что надо идти именно туда, хотя это и крайне опасно. Краем глаза я вдруг увидел резкое движение рукой ведьмочки, и нас троих – вместе с Филиппой, накрыл купол безмолвия.

– Бра-аатик. Мы чего стоим, кого ждем?

– Думаю, куда дальше идти.

– Прямо же… Дальше до границы междумирья, потом направо. Чего тут думать, мы ж вроде как договорились-перетерли, и решили… а что у тебя с лицом? Ты как будто вместо бокала красного сладкого шмурдяка выхватил и тухлой устрицей закуси…

– Ты можешь использовать меньше слов?

– Че?

– Меньше слов. Больше смысла.

– Ты имеешь ввиду мне начать говорить короче?

– Именно.

– Короче, че стоим-то?

Доминика явно нервничала. И вновь, как недавно в камере, за показушной наглостью скрывала истинные чувства. Но при этом сейчас она скрывала страх иного рода. И мне, в принципе, знакомо это ее новое чувство. Она юна, а в юности живешь смело и быстро, без оглядки на чужие правила. Просто потому, что смотришь на окружающий мир с узкой, ограничивающей взгляд категоричностью. И при этом большую часть проблем, решение которых на себя берут старшие фамилии, совершенно не замечаешь. Отчего эти проблемы кажутся совершенно незначительными.

Юность – время прямых и честных поступков, простых решений. Вот только самое интересное начинается тогда, когда понимаешь, что теперь именно ты – тот самый взрослый, который в случае чего решает все фоновые проблемы. И проблемы эти совсем, как оказывается, не незначительные.

У меня такое осознание пришло, когда после совершенно неожиданного отъезда отца в наше имение в Равенну я стал главой фамилии. Но все же произошло это не в столь юном возрасте, как сейчас у Доминики. Так что вполне очевидно, что она совершенно растерялась. Но при этом совсем не стесняется при мне это показать, не просто спрашивая совета, а даже приняв откровенно ведомую роль. Для такого, кстати, тоже нужна определенная смелость.

– Я думаю, нам стоит отклониться от маршрута и посмотреть, что стало с демонами Инферно, которые пошли дальше. Вон туда, – махнул я в сторону одинокой горы, к которой вели черные проплешины следов.

– А зачем? – вкрадчиво, не скрывая живого интереса, поинтересовалась Доминика.

– Зачем, – эхом повторил я.

– Ну да, зачем? Здесь прошел всего один отряд, и даже если они еще где-то гоняют ледяных ублюдков, погоды они нам не сделают. Вопрос власти решает большая орда, и орда сейчас сидит одна в Зашари, другая в Деструсе. Все просто – в Деструсе нас повесят, в Зашари выслушают. Вот я и спрашиваю, зачем нам идти туда неизвестно куда, если мы может идти, куда шли…

Пока Доминика говорила, я ее почти не слушал – так, только смысл выхватывал. В голове просто пульсировало: легионы, культисты, Стужа. Легионы, культисты, Стужа. Вместе. В один день, и даже почти в один час.

– Ау? – возглас Доминика сопроводила свистом.

– А? Да, зачем. Ты знаешь… Это очень правильный вопрос. Важный, и очень умный – потому что, прежде чем что-то делать, каждый человек…

– Я демонесса, не человек.

– Неважно. Прежде чем что-то делать, надо всегда задать себе этот вопрос: «Зачем?». Вот зачем мы через разлом идем?

Доминика отвечать не стала, просто в недоумении развела руками.

Все то время, кстати, пока мы с ней сейчас общались, сокрытые выставленным ей легким куполом, который оставлял наши слова в своих границах, я слышал краем уха какие-то чавкающие звуки. И присмотревшись, увидел их причину: демонологи и некроманты поднимали погибших тварей. Не оживляли, а именно поднимали – энергии вокруг было разлито столь много, что ее хватало для этого.

Энергии. Разлито много. Энергии, которую можно потреблять – и это делают колдуны Инферно, хотя мы на территории Стужи. Что-то зудело близостью догадки, маячило плотной тенью на границе создания.

– Эй! Бра-ааатик! – обрывая мои мысли, пощелкала пальцами ведьмочка.

– А? – снова, отвлекаясь, вздрогнул я.

– Ты чего? С тобой все в порядке?

– Да.

– Почему ты тогда тупишь так по жестокому?

– Хм. Я просил тебя говорить покороче, но не так недипломатично.

– Мой лорд… – в этот момент негромко произнесла Филиппа, осторожно пытаясь обратить на себя внимание.

– Братик, тетенька очень хочет сказать, что за нами двигается Пелена, нам пора бы двигать отсюда, или наши задницы немного подморозят. А то, что ты тут завис в думках и тупишь как…

– Меньше слов, я тебя уже попросил.

– Короче, мы идем?

– Да.

– Куда?

– Туда, – взглядом я показал вдоль выжженных плетей, идущих в сторону одинокой горы.

– Нахера?

– Юная леди, ваш стиль общения не подобает вашему положению.

– Сам просил меньше слов! Тебе не угодишь!

Возникла пауза, во время которой говорящим («ну и?») взглядом я поинтересовался у Доминики чего стоим, кого ждем. Юная королева-ведьма, вспомнив что она здесь главная, приподнялась на стременах. Сняв купол безмолвия, она переливчато свистнула. Взмахнув рукой, ведьмочка повернула своего демонического коня и первой двинулась вдоль выжженных широких следов, отмечающих пути катившихся глубь разлома орд – адской и ледяной. На спуске с холма замедлилась, пропуская мимо переваливающийся по колдобинам грузовик, после чего встала со мной стремя в стремя.

И, уже на ходу, поставила – внешне безо всякий усилий, вокруг нас динамический купол безмолвия. Сильна, надо же – только и удивился я. Ливия помнится даже не купол, а накрывающий нас зонтик с серьезным напряжением в концентрации держала. Ведьмочка же даже усилий при постановке на порядок более сложного конструкта не замечает.