Вверх по спирали - Светлана Данилова

– Возвращаюсь к разломам поблизости от дельты Нила. Самый восточный – это большой разлом, разделяющий Африканскую и Аравийскую тектонические плиты. Он краем касается северо-восточного Средиземноморья, спускается вниз и проходит через Красное и Мертвое море, – ответил Тот, и после его слов на карте стали сами собой появляться линии, демонстрирующие те самые разломы, о которых он вещал. – Второй разлом соединяет восточную часть дельты и Красное море. И третий разлом огибает с востока рукава Нила и заворачивает на запад. На карте, видите, все они показаны, и понятно, что Египет ими просто иссечен. Ну, и есть четвертый очень важный разлом. Он разделяет Евразийскую и Африканскую тектонические плиты и проходит прямо через Санторин. Про его скорое извержение я вам, ребята, уже говорил. Оно вот-вот случится.

– Оно случится за восемьсот километров от Египта, – снова вмешался Шизл. – Я вот лично не совсем верю, что это извержение гарантирует всю ту уйму катаклизмов в Египте, о которой ты нам рассказывал. Я, конечно, не крупный специалист в этой области. Но есть у меня сомнения, Тот.

– Ну, послушайте меня, а там уже сделаем окончательные выводы, – сказал Тот, которого сомнения Шизла немного даже расстроили, поскольку они ставили под сомнения ту легенду, которую он так тщательно продумывал и разрабатывал. – Санторин уже вот-вот рванет. А, как известно, извержения вулканов провоцирует землетрясение. Вернее, шквал землетрясений, больших и не очень. В общем, я тут колдовал и подгонял все, как мог. Вначале случится первое извержение Санторина, не особо сильное, но оно мне будет необходимо для запуска первой части катаклизмов. Собственно, все те разломы, которые я вам показал, как раз и помогут мне в нашем черном старте.

– С каких катаклизмов начнешь-то, чернушник? – со смехом спросил Хиз.

– Ну, начну-то я вообще не с катаклизма, а с того, что Моисей придет к фараону и попросит его отпустить весь свой народ на несколько дней, чтобы совершить служение и принести жертву своему Господу на Божией горе. Правитель, естественно, упрется. Ну, Моисей сначала продемонстрирует ему чудо со своим жезлом, который превратится в змею, чтобы доказать фараону, что действительно Господь его послал отпроситься совершить праздник и жертвоприношение в пустыне. Фараон проникнется, но все же посоветуется со своими жрецами. Одному из них я не так давно уже подарил такую же жезл-игрушку, но не настолько навороченную модель, как у Моисея. Жрец продемонстрирует аналогичное чудо фараону, но все же будет понятно, что у Моисея жезл помощнее, и закрадутся некоторые сомнения у египтян, что, значит, и его Бог помогущественнее. Но правителю недостаточно этого чуда будет. Он не отпустит евреев. После этого Моисей придет к фараону и скажет, что если он не разрешит его народу уйти на несколько дней в пустыню для жертвоприношения, то его всемогущий Бог нашлет на Египет кару – превратит всю питьевую воду в реке и в озерах в кровь.

– Все, ребята, у меня уже ноги от страха отнялись, – перебил с хохотом Шизл. – Представляю, что с фараоном будет после таких обещаний. Он же ведь так и поверит первому встречному проходимцу с жезлом.

– Слушай, друг, – ответил ему Хиз и злобно зыркнул. – Мы, конечно, помним, что твоя основная задача сеять зло по планете и делать всяческие бяки. Но давай ты сейчас на время нашего совещания побудешь снова Великим строителем и не будешь никого раздражать, подталкивая к негативным мыслям и действиям.

Шизл снова осекся и замолчал, и Тот снова получил возможность продолжить свой рассказ.

– Ну, так вот, что дальше будет, – увлеченно рассказывал Тот. – После обещания Моисея превратить воду в кровь фараон все равно не отпустит евреев в пустыню для жертвоприношения. И тут произойдет первое небольшое извержение Санторина. Оно особо не докатится до Египта. Но случится следующая важная вещь. Вулканическое извержение провоцирует землетрясение. Даже, я бы сказал, шквал землетрясений, больших и не очень. Небольшое произойдет и после первого извержения Санторина. А землетрясение провоцирует выброс газа, подземную утечку, так скажем. Давайте на секунду представим, что в воде присутствует высокая концентрация растворенного железа. При выбросе газа оно вступает в реакцию с кислородом и образуется гидроксид. В общем, я имею в виду обычную ржавчину. В дельте Нила с моей помощью накопилось немало газа в подземных карманах. Даже небольшое землетрясение в зоне нарисованных на карте разломов после первого извержения Санторина выпустит его наружу. Если концентрация железа в воде на тот момент будет достаточно высока, этот газ, вступив в химическую реакцию с ним, окрасит всю воду в реке и в сообщающихся с ней водоемах в красно-коричневый цвет. Каналов египтяне нарыли в больших количествах, поэтому повсеместное окрашивание воды гарантировано. Дальше остается только мне позаботиться о том, чтобы перед первым небольшим землетрясением в воде оказалась достаточная концентрация железа. И вот вам первое божественное чудо! И одновременно кара египтянам за то, что фараон не хочет отпустить евреев совершить жетвоприношение своему могущественному Богу. Вода везде превратится в кровь. Ну, по версии египтян, в кровь. А на самом деле во что она превратится, я вам только что рассказал. Но пить ее вряд ли кто-то решится. На такую воду египтянам и смотреть-то будет страшно. И боги египтян не заступятся за них и не спасут их от этой напасти.

– Да ладно! Что уж это они не заступятся? – снова решил поупражняться в остроумии Шизл и перебил рассказывающего брата. – А ты заступись, Тот. Так оно веселее будет. Сам ломаю, сам чиню. То от имени единого Бога, то от имени множества богов. Так интереснее будет наблюдать и делать ставки, кто же кого победит в твоей раздвоившейся личности, Тот.

– Тот, ты даже не отвлекайся на его бред, – вмешался Хиз. – Продолжай дальше разъяснять все в деталях. А если Шизл снова вдруг озвучит свою очередную фантазию, пришедшую ему в голову, ты просто проигнорируй. Давай, рассказывай, что дальше случится после того, как вода повсеместно станет красно-коричневой.

– Ну, а дальше понятно, что будет, – продолжал свой доклад Тот. – Итак, Нил стал кроваво-красный из-за выброса газа. Очевидное последствие описанного явления – резко упадет содержание кислорода в воде. Естественно, очень быстро вымрет вся живность в реке. Огромное количество рыбы передохнет и моментально начнет разлагаться на жаре. Река начнет смердить, что добавит ужаса египтянам от увиденного. Из всей водной живности только лягушкам удастся спастись. Они же, в отличие от рыб, могут запросто покинуть реку и перебраться на сушу. Представьте только, сколько жаб в Ниле и сообщающихся водоемах! И все это несметное полчище переползет из воды на землю! Поэтому, по моей задумке, после превращения воды в кровь Моисей придет снова к фараону и пообещает ему невиданное нашествие жаб, если он не одумается и не отпустит народ его в пустыню. А правитель наш, с моей подачи, снова упрется. И нереальное по своим масштабам нашествие лягушек будет следующей карой для египтян за упертость фараона. Ну, и следующим чудом, которое истинный Бог явил, чтобы отомстить египтянам за народ свой. Жаб вообще туча будет. Они всюду проникнут: и в кровати, и в еду, и где только их не будет.

– Фу, мерзость какая! – не выдержал Хиз. – Тут даже я бы отпустил этих евреев хоть в пустыню, хоть на Марс. А чтоб им лучше шлось, еще бы и вещи им помог собрать, лишь бы побыстрее свалили. Что, фараон и после этого неэстетичного зрелища и лягушечьего засилья будет упираться?