Время для мятежника - Гарри Гаррисон

В ночь пятнадцатого октября буря утихла, и наступил спокойный и свежий рассвет. Добровольцы поднялись пораньше, поели и с первыми лучами зари отправились в путь. Впереди ехали верхом Коупленд и Мерриам, за ними в повозке – Трой и Шоу. Они двигались вперед, и около полудня Коупленд натянул поводья лошади, показав на подножие холма внизу.

– Вон там Харперз Ферри. Там, на той стороне Потомака, – Мэриленд. В семи милях дальше стоит ферма. Вон, видите мост через реку?

– Нам ехать через город? – спросил Шоу.

– Единственный путь, разве что еще можно вплавь.

– Тогда должен вам сообщить, что рабовладельцы ищут меня и Троя, и наше описание могли передать по телеграфу. Белый и черный в повозке.

– Это легко исправить, – сказал Коупленд. – Один из вас вылезет из повозки и проедет через город на лошади.

– Лучше я, – отозвался Трой. – У него нога забинтована, почему мы и ехали в повозке.

Так они и въехали в Харперз Ферри – Фрэнсис Мерриам в повозке рядом с Шоу, а Трой – на лошади Мерриама. Город находился на полуострове, образованном Потомаком и впадающей в него Шенандоа. Он представлял собой беспорядочное скопление домов, сапунов, гостиниц и магазинов, растянувшихся по берегам обеих рек и взбегающих на подножие плато Боливар. Коупленд, прокладывая дорогу на Потомак-стрит среди лошадей, повозок и телег, комментировал:

– Вот видите дома вдоль улицы, похожие на фактории? Это не фактории, а федеральный оружейный завод. Вот он тянется, начиная от горячих цехов и до склада. Здесь кузница, потом механические цеха и склады. Вон то большое здание – арсенал, где хранится готовое оружие.

– А где винтовочный завод, о котором вы говорили?

– Винтовочный завод Холла полумилей дальше по улице Шенандоа – мы по ней сейчас едем. Вон, видите? На островке посреди реки. Там всегда стоит пара часовых, ночью и днем. Ни войти, ни выйти оттуда незамеченным нельзя.

Вот и все, что я ищу, подумал Трой. Там, должно быть, станки для штамповки гильз, склады патронов, а может, и автоматы. Здесь их собирают и складывают. Двое часовых – они не выдержат неожиданного налета.

Опять загадка, едва ли не самая большая. Почему Мак-Каллох выбрал из всех федеральных арсеналов именно этот? Он не мог не знать, что на него нападет Джон Браун – это же есть во всех книгах. Невозможно поверить, чтобы он не читал об этом. Значит, предвидя налет, полковник принял меры предосторожности. Может быть, поставил засаду. Но о засаде Джона Брауна должны были предупредить. Хотя бы этот его агент, Джон Кук. Наверняка есть и другие. Непонятно...

В городе никто на них не обратил внимания. Они спокойно въехали на мост через Потомак. Это был железнодорожный мост, и на полпути их обогнал поезд компании «Б. и О.» из Вашингтона, сотрясая конструкции моста и извергая клубы дыма. Съехав с моста, они свернули на проселочную дорогу. Проверяя, нет ли за ними слежки, Коупленд вел их к секретному убежищу в предгорьях. Это была ветхая двухэтажная ферма. Две девушки работали в огороде. Завидев прибывших, они приветственно замахали руками. Пока привязывали лошадей, открылась входная дверь и вышел худой человек с большой белой бородой. На изборожденном морщинами лице темнела твердая щель губ.

– Мистер Браун, – сказал Коупленд, – я привел добровольцев.

– Всем добро пожаловать. Войдите в дом и познакомьтесь с остальными.

Он угрюмо кивнул без тени улыбки. Когда Трой вошел в дом, Джон Браун взял его за плечо и негромко сказал:

– Ты идешь на святое дело освобождения твоего народа.

Трой кивнул и отошел – что еще он мог ответить.

Дом набит людьми – всего, вместе с прибывшими, их двадцать четыре. После знакомства Фрэнсис Мерриам достал бумажник из сумки:

– Мистер Браун, это вам для того благородного дела, которому вы посвятили свою жизнь.

Он высыпал золото струйкой, а Джон Браун сложил руки и склонил голову.

– Возблагодарим Господа, – сказал он, – ибо он послал нам этих людей и это золото. Сие есть непререкаемое знамение, что Его воля движет нами. – Он оглядел молчащее собрание и сверкнул глазами, как ангел мщения. – Настает час действий, и да пробьет он для нас. В Субботу, день Господень, обрушимся мы на язычников. Ударим завтра! Мало кого из чад своих удостоил Господь права свершить столь душеспасительное и праведное деяние, как наше. Мы захватим арсенал, наши братья-негры поднимутся в праведном гневе и сбросят своих угнетателей. Да будет так!

Да будет так, подумал Трой. Но как будет на самом деле? Если в засаде ждут солдаты, эта горсточка храбрых дураков будет просто перебита. Можно ли их остановить? И надо ли останавливать? Не значит ли это изменить историю, и если да, то какие будут последствия? Но ведь Мак-Каллох пытается изменить историю, создать угодный ему мир с вечным рабством. Так нет же!