Жар-птица - Джек Макдевит

Я и без того знала это и уже зафиксировала орбиту, но промолчала.

Двадцать минут спустя под нами снова появилась земля с разбросанными по ней скоплениями огней. Затем мы увидели город у слияния двух рек, над которым пролетали раньше. Я вспомнила, как восхищалась ярко освещенным стадионом и как по спине пробежал холодок, когда, взглянув внимательнее, я увидела лишь пустые трибуны. Еще один город стоял на берегу огромного озера: в него вдавался мост длиной километров в двенадцать. Мост обрушился и лежал отчасти в воде, отчасти на суше – видимо, его ремонт превосходил возможности системы. А может, до него еще не добрались.

Мы смотрели на машину, едущую по пустынной дороге, на одинокий дом посреди леса, на освещенный каньон, который сменил темное пространство. Наконец впереди забрезжил рассвет, и мы увидели еще одно побережье.

– Если вы решили спуститься и поискать Чарли, – сказала Белль, – то имейте в виду: мы приближаемся к исходной позиции.

– Далеко до нее? – спросила я.

– Девять минут, Чейз, – с нескрываемым неодобрением ответила она.

– Пошли, – сказал Алекс.

Мы вооружились до зубов. Каждый взял резак, а на случай нападения дикого зверя – еще и скремблер. У нас был также запасной излучатель, который мог вывести из строя электрооборудование, но он, судя по всему, оказался бесполезен против робота-паука или Алекс просто промахнулся. Так или иначе, Алекс повесил излучатель на пояс, а если бы его оказалось недостаточно, у меня имелся бластер.

Мы спустились в отсек для челнока.

– Челнок заправлен, – сообщила Белль. – Готов к старту.

– Пожалуй, стоит надеть скафандр, – сказал Алекс.

– Зачем? – спросила я.

– На всякий случай.

Открыв шкафчик, он достал скафандр и протянул мне, затем спросил Белль, может ли она связаться с Чарли. Я уставилась на скафандр.

– Ты что, ожидаешь газовой атаки?

– Надень, пожалуйста, – сказал Алекс.

Мгновение спустя послышался голос Чарли:

– Слава богу. Вы передумали?

Начальная школа имени Ричарда Уэйна располагалась в сельской местности, возле нескольких частных домов и пары более крупных зданий, теперь полуразрушенных. Возможно, когда-то здесь был поселок, но большую его часть поглотил лес. Несколько оставшихся построек накренились или полностью развалились. Три или четыре частных дома были отремонтированы, часть деревьев вырубили и растащили. Но искины явно отступали перед природой.

Школа – просторное одноэтажное строение из кирпича – пребывала в удивительно приличном состоянии. Ставни и двери были выкрашены свежей краской, красной и белой. Кирпичи, а также качели, горки и брусья на игровой площадке выглядели относительно новыми, хотя сама площадка заросла кустами и лозой. К дверям вела широкая дорожка, поросшая густой травой, – вероятно, по ней проезжали ремонтные роботы.

Мы проплыли над школой.

– На вид ничего особенного, – заметила я.

Алекс рассмеялся – странным, неискренним смехом. Школа и в самом деле выглядела зловеще, словно таила ловушку.

На дорожке, ведущей к дверям, хватало места, и я посадила челнок прямо перед входом. В прошлый раз мы пролетали здесь днем. Теперь же стоял прекрасный летний вечер: на небе ни облачка, солнце клонится к горизонту. Все вокруг цвело – деревья, кусты, высокие тонкие стебли с соцветиями на конце. Из леса вышло похожее на ящерицу существо, взглянуло на нас и медленно удалилось. Мы надели шлемы.

– Ладно, – сказал Алекс. – От плана не отклоняемся, хорошо?

– Хорошо.

Я подстроила подачу воздуха, и он проверил радио.

– Слышишь меня, Чейз?

– Слышу.

Кивнув, он прикрепил к скафандру камеру, чтобы я могла все видеть. Я выровняла давление в кабине – в экстренной ситуации шлюз мог стать лишней помехой.

– Если что-то пойдет не так, улетай. Поняла?

Слова эти были адресованы не только мне, но и тому, что находилось в здании.

– Да, Алекс.

На самом деле я не знала, что буду делать, если он действительно попадет в беду. В конце концов, мы оказались в этом месте из-за меня. Если бы я молчала…

– Если заметишь нечто странное, нечто угрожающее – сообщи. В случае чего, улетай не раздумывая.

– Ладно.

Он пожелал мне удачи. Я хотела пожелать ему того же, но промолчала. Алекс стал спускаться на землю, глядя на залитую солнцем листву, а затем направился к школе.

– Спасибо, Алекс, – послышался голос Чарли. – Знаю, для тебя это было нелегко.

Двери школы открылись без труда. В коридоре, проходившем внутри здания, ждал двадцатилетний юноша – голограмма, изображавшая Чарли. Вспыхнул свет.

– Привет, Чарли, – сказал Алекс, используя в качестве микрофона коммуникатор.

Чарли улыбнулся и небрежно отбросил назад падавшие на глаза волосы. Похоже, скафандр нисколько его не удивил.

– Алекс, я так благодарен вам. Я боялся, что вы улетите. Если честно, я думал, что никогда отсюда не выберусь.

– Ладно. Что дальше?

– Прошу следовать за мной.

Он повернулся и, постоянно оглядываясь на Алекса, быстро пошел мимо закрытых дверей и шкафчиков, объединенных в секции. На грязно-белых стенах висело несколько картин в рамках, но изображение на них давно выцвело. Окна когда-то выходили на лужайку, но теперь почти не давали света из-за густых зарослей.

Алекс и Чарли прошли мимо двух кабинетов по обеим сторонам коридора.

– Это администрация. – (Я увидела стол, два или три стула и дверь еще в один кабинет.) – А здесь – учебная часть. – Он двинулся дальше: обычный парень, спешащий куда-то. – Я нахожусь в дальнем конце коридора.

– Чарли, тебе грозит опасность?

– Они знают, что я ухожу. И о вас тоже наверняка знают. Не удивлюсь, если они попытаются нам помешать. – Он взглянул на скафандр. – Алекс, почему ты так одет?

– Аллергия, Чарли. Нам с Чейз сегодня пришлось нелегко. Похоже, в воздухе что-то есть.

– Сочувствую.

– Переживем.

Они остановились в помещении, напоминавшем склад.

– Здесь, Алекс. Именно тут я и нахожусь.

Дверь открылась. По размерам помещение было вдвое меньше обычного класса – два стола, несколько шкафчиков и стульев, два окна и стойка с электронным оборудованием.

– Хорошо, Чарли. Посмотрим, удастся ли тебя отсюда вытащить. Ты где?

– Здесь, в маленьком бежевом ящичке.

Ящичек стоял на нижней полке. Он блестел словно отполированный: никто не сказал бы, что он лежит здесь чуть ли не со времен изобретения электричества на этой планете. Его окутывали спутанные провода.