Артефакт - Уильям Майкл Гир

На лице Арта появилась раздраженная мина.

— Откуда мне знать, что затевает наш герой? Спроси его. Он утверждает, что отрываться от преследователей бесполезно; они, мол, и так уже знают, куда мы направляемся. Может быть, его беспокоит самочувствие пассажиров с Вольных станций и он пытается обеспечить им комфортный полет.

— Вряд ли они сочтут полет комфортабельным, если эти двое окажутся пиратами и нам придется уклоняться от бластерных разрядов. Как ты думаешь, Карраско примет бой? Или заранее решит, что они победили и сопротивление бессмысленно?

Артуриан кивнул.

— Если дойдет до этого, то… Устав предоставляет нам определенную свободу. Я уже не раз слышал от ребят, что Карраско без всякого повода объявляет взыскания. Новички вроде нас — те, кто хотел летать с Дартом, — начинают роптать. Парни, которые попались ему под горячую руку, говорят, что при этом он выглядел хуже некуда — бледный, испуганный.

Брайана скрестила руки на груди и наклонила голову. Ее черные волосы сверкали в огнях мостика:

— Я предпочла бы отстранить его от командования другим способом. Боз, какова вероятность того, что Соломон Карраско не справится со своими обязанностями в напряженной ситуации?

— У меня недостаточно данных, — немедленно ответил корабль. — Послужной список капитана Карраско свидетельствует о том, что в чрезвычайных обстоятельствах ему нет равных. Однако я не стану делать какие-либо выводы, это лишь обострило бы нынешнее положение.

— Он потерял три корабля! — воскликнул Арт.

— Однако несмотря ни на что сумел привести их на Фронтир, — заметила Боз. — Я не понимаю, почему вы относитесь к Соломону Карраско с такой острой неприязнью. Ему нужно время, чтобы приспособиться к…

— Вспомни, как он повел себя на мостике, когда мы стартовали с Арктура, — перебила Брайана. — На него было жалко смотреть. Казалось, он вот-вот лишится чувств. Да, когда-то Карраско был великим астронавтом, но бывают обстоятельства, которых не выдержит даже самый сильный человек. Если верить тому, что о нем рассказывают, Карраско извлекли из-под обломков «Гейдж» в ужасном состоянии. Надеюсь, ты понимаешь, что телесные травмы не проходят бесследно для человеческой психики.

— Думаю, все дело в политике, — изрек Артуриан. — Кто-то чувствует себя в долгу перед несчастным Соломоном Карраско и решает дать ему еще один шанс. Но почему мы должны…

— Ни в коем случае, — возразила Боз. — Капитан Карраско решительно отказался от назначения и уступил лишь личной просьбе Великого Галактического Мастера Крааля.

— Так что же его беспокоит? — осведомилась Брайана.

— То же самое, что, в сущности, беспокоит и вас, старший помощник. Ответственность.

— Он сумасшедший! Говорю вам, этот человек — настоящее чудовище!

— Прошу вас, господин Хитавия, вы должны понять…

— Что я должен понять? Он псих, и все тут!

Констанция свернула за угол и увидела Амахару, который стоял, умоляюще подняв руки. На его лице были написаны мольба и испуг. Заметив девушку, он облегченно улыбнулся.

— Не могли бы вы объяснить уважаемому Представителю Рейнланда, что Норик Нгоро вовсе не…

— Он безумец!

— Джентльмены, прекратите спорить и объясните, что случилось.

— Хитавия пытался убить Норика. — Амахара смущенно покачал головой. — Я… я успел разнять их, прежде чем произошло непоправимое. Я отправил Норика в нашу каюту.

— Он потребовал от меня… потребовал, словно я какой-то крестьянин… — Лицо Хитавии раскраснелось, на шишковатом лбу проступили вены, в бледно-голубых глазах сверкал гнев. — Кто дал право мистеру Нгоро допрашивать меня? — Он повернулся к девушке и наставил на нее длинный тонкий палец. — Еще никто… никто и никогда так грубо не извращал мои слова. Он заявил, что я преступаю законы морали в своей личной жизни, не говоря уж об общественных делах! Я не позволю оскорблять себя!

Амахара беспокойно переступал с ноги на ногу, в отчаянии ломая руки.

— Господин Представитель, я не собираюсь вмешиваться в ваши отношения с миссис Янг. Меня не интересует, чем вы с ней занимаетесь…

Пальцы Хитавии метнулись к горлу Амахары, и тот едва успел увернуться, издав полузадушенный вскрик.

— Хватит! — Конни встала между мужчинами, упершись рукой в грудь Хитавии. Она глубоко вздохнула, глядя в его бегающие глаза. — Думаю, мы можем положить конец инциденту, не сходя с места. Вполне достаточно тех неприятностей, которые ждут нас на Новой Земле. Господин Амахара, Норика Нгоро величают Провидцем. Если я попрошу его как юриста сохранить происшедшее в тайне, согласится ли он держать язык за зубами?

— Разумеется. Клянусь погребальными резервуарами своей родной станции. Норик будет молчать.

— А вы, Амахара? Надеюсь, вы не пророните ни слова?

— Да. Клянусь погребальными…

— Мы не сомневаемся в вашей искренности. — Конни повернулась к Хитавии. — Вы удовлетворены, Мики?

Хитавия бросил на Амахару злобный взгляд.

— Я… Так и быть, я удовлетворен.

С этими словами он развернулся на каблуках и, ступая длинными ногами, скрылся за поворотом.

Услышав приближающиеся шаги, Конни с облегчением вздохнула. В коридор вбежал Соломон Карраско в форме, впопыхах наброшенной на мускулистые плечи. Он остановился, чуть задыхаясь и протирая заспанные глаза.

— Что стряслось? — спросил он.

Конни коротко глянула на Амахару. Его лицо с тонкими чертами посерело.

— Мы все уладили. Произошло небольшое недоразумение.

— Из-за Нгоро? — Соломон приподнял брови и посмотрел на Амахару. — Из-за его поисков?

Амахара отрывисто кивнул.

— Норик близок к цели. Он сказал мне, что завтра даст ответ. Он никак не мог ожидать, что Хитавия…

— Он подозревает Хитавию?

— Я… нет, я бы так не сказал. Мы повздорили из-за пустяка. Уверяю вас, беспокоиться нечего. Завтра все выяснится. Как только отпадут последние сомнения, мы свяжемся с вами и сообщим, кого подозревает Норик и на каком основании. Даю вам слово.

Соломон кивнул, вопросительно глядя на Конни:

— Ладно, Амахара. Идите и присматривайте за Нгоро.

Конни проводила взглядом секретаря, который торопливо шагал к отсеку кают, чуть слышно постукивая по палубе подошвами сандалий.

— Вы очень быстро отреагировали, капитан, — сказала она. — Неужели коридоры прослушиваются?

Соломон помедлил долю секунды, но этого было вполне достаточно, чтобы возбудить у девушки подозрения.

— Не только вы услышали вопли. — Он криво усмехнулся. — Эти двое шумели на весь корабль. Услышать Хитавию, который во всю глотку орал: «Я прикончу тебя, мерзкий соглядатай!», можно было и без микрофонов.