Космический психолог - Джеймс Уайт

Пока первого тралтана грузили на антигравитационные носилки и выносили в коридор, Джоан стояла по пояс в воде и молча, пристально смотрела на О'Мару. Обычно она была так разговорчива, а теперь ее нехарактерное молчание и странное выражение лица немного пугали О'Мару. Он чувствовал, что надвигается неприятный вопрос, на который лучше не отвечать.

– Этот метод реанимации спас жизнь тралтанши, – сказала Джоан. – Вы спасли ей жизнь, – подчеркнула она – Где вы этому научились?

– В космических учреждениях кого только не встретишь, – сказал О'Мара правду, хотя и не всю правду, – и чему только не научишься. Всего-навсего первая помощь особи одного вида особи другого. А вот вы молодец. Штука не из приятных, но вы работали, как истинный профессионал. Вы говорили, что путевку в круиз вам подарили по случаю окончания высшего учебного заведения. Это, случаем, был не медицинский факультет?

– Нет, – ответила Джоан, на миг смутилась и добавила:

– В общем, да. То есть в принципе – да. Я получила квалификацию ветеринара.

– Понятно, – отозвался О'Мара со всей серьезностью. – Стало быть, вам не впервой оказывать помощь особям других видов, пусть даже до сих пор вы имели дело с неразумными существами. И помните: не я, а мы с вами спасли жизнь этой тралтанши.

Прежде, чем Джон успела ответить, вернулась бригада с носилками, уже успевшая вынести в коридор второго тралтана, и орлигианин – член экипажа вежливым рыком пригласил О'Мару и Джоан забраться на носилки. И он, и она молчали, пока не слезли с носилок в коридоре и пока за ними с шипением не закрылась дверь, ведущая на рекреационную палубу.

Постепенно стены коридора вернулись в вертикальное положение, пол снова оказался под ногами – и в рекреационном зале тоже. Глядя сквозь прозрачную дверь, Джоан и О'Мара видели, как вода отхлынула от противоположной стены, вылилась из кладовых, пометалась по полу и в конце концов слилась в бассейн. Ничто не напоминало обо всем, что тут творилось совсем недавно, кроме поломанной тралтанами при падении мебели да нескольких лужиц на полу. Неожиданно из ближайшего динамика донесся до боли знакомый кашель.

– Говорит капитан, – послышался голос. – Не будет ли пассажирка Келлегер и лейтенант Корпуса Мониторов О'Мара так добры и не навестят ли меня в командном отсеке ровно в двадцать один ноль-ноль сегодня вечером? Благодарю вас.

– О'Мара, – улыбаясь, проговорила Джоан. – Капитан хочет поблагодарить нас официально. Может быть, он даже наградит вас медалью. Вы ее заслужили. – Она бросила на него озабоченный взгляд и добавила:

– Впрочем, может быть, насчет медали я ошибаюсь. Ведь вы, похоже, отдавали капитану приказы. Старшие офицеры на кораблях недолюбливают нарушение субординации даже со стороны пассажиров. Но все равно – может быть, он просто скажет вам какие-нибудь добрые и торжественные слова и позволит дальше лететь бесплатно.

– Я как офицер космической службы Корпуса Мониторов и так лечу бесплатно. Благодарность и медали меня сейчас не волнуют. Я беспокоюсь за Кледента. При том, что его придавил тралтан даже четвертью своего веса, он мог получить серьезные повреждения...

О'Мара не договорил. Позади них с Джоан неожиданно возник доктор Сеннельт и сообщил:

– Пассажир Кледент чувствует себя неплохо, сэр. Мы откачали воду из его легких, доводим до конца высушивание его шерсти и обследовали его сканером от головы до хвоста. Результаты оптимальные. Из предосторожности мы подключили его к мониторам для постоянного наблюдения, поэтому сейчас он не может принимать посетителей. Но поверьте, волноваться вам совершенно не о чем. Тралтанша, которой вы оказали первую помощь, также чувствует себя отлично и утверждает, что ей не требуется никакого лечения, кроме любви супруга. Она предпочла вернуться в каюту – скорее всего для того, чтобы отдохнуть. Но теперь меня заботит ваше состояние. Вы уверены, что хорошо себя чувствуете? Нет ли у вас жалоб на затрудненное дыхание? Признаков постстрессового шока? Не хочет ли кто-нибудь из вас пройти в лазарет для обследования?

О'Мара и Джоан покачали головами.

– Мне говорили, что у землян этот жест означает отрицательный ответ, – сказал Сеннельт. – Хорошо. Капитан поговорит с вами после ужина, но прежде чем попрощаться с вами, мне хотелось бы лично поблагодарить вас за все, что вы сделали. Смерть пассажира во время туристического круиза – будь то от старости, травмы или от глупейшего несчастного случая – это ужасно. Это ужасно само по себе, и, хотя мне неловко об этом упоминать, такое могло бы крайне отрицательно сказаться на перспективах работы небольшой, независимой и не слишком богатой космической компании, которой принадлежит «Крескхаллар». Поэтому вы, наверное, даже не представляете, насколько мы вам благодарны. Ну а теперь мне пора. Нужно написать длиннющий отчет обо всем, что произошло.

– Пока вы не ушли, доктор, – торопливо проговорил O'Mapa. – Я все-таки волнуюсь за Кледента. Я был бы вам признателен, если бы вы сообщали мне о любых изменениях в его самочувствии – пусть даже самых мизерных.

– С радостью сделаю это для вас, сэр, – пообещал Сеннельт и ретировался.

Через несколько минут после его ухода дверь, ведущая на рекреационную палубу, с шипением отъехала вбок, и туда прошла бригада из четверых особей разных видов в сопровождении роботов-уборщиков. O'Mapa никогда особо не любил глазеть на то, как работают другие. Джоан, видимо, тоже, поскольку смотрела она только на него. O'Mapa сделал вид, что замерз, и принялся выразительно стучать зубами.

– Кондиционеры барахлят, – с улыбкой проговорила Джоан. – Прошу прощения, я пойду переодеться к ужину.