Антидемон - Серж Винтеркей

Все обрадовались, что я смог выполнить поручение деда. Уроженцы крайнего Юга очень консервативны, и дед, если он в здравом уме, обычно глава рода, так что его указания надо выполнять неукоснительно. Мне немедленно посоветовали нужную гостиницу и проводили к ней. Дальше я дал необходимые поручения, и старым магом занялись.

Шанкот пытался отговорить меня от завтрашней поездки — гостеприимство в крови у южан! Почетного гостя окружают заботой, хвалятся перед соседями, что он живет под твоим кровом, и всячески уговаривают задержаться. Но у меня был веский аргумент — дед, старый и больной, ждет от меня, что я выполню его поручение очень быстро. «Старый и больной» сработало вполне понятным намеком на то, что дедушка может и помереть, если я буду ехать долго, а это будет очень нехорошо!

Сраженные наповал моим аргументом, гостеприимные хозяева уговоры прекратили и принялись готовить меня к дороге. Как мы и договорились сДжаркотом, тот будет продолжать зарабатывать деньги. Значит, его караван продолжит движение по прежнему маршруту, а мне понадобится новый караван, чтобы вернуться с ним домой. Такой обоз быстро нашелся — большим он не был, зато отправлялся уже завтра утром. Небольшие караваны всегда опаснее для передвижения, поскольку шансы подвергнуться нападению бандитов выше, но я и так не собирался его покидать во время остановок. Отправляться с двумя тяжелыми сумками с золотом в порталы — идея плохая, а оставлять их с незнакомыми караванщиками — еще хуже! Так что буду неотлучно при караване, охранять и золото, и старика мага!

Под занавес наших переговоров о будущих отношениях меня попросили встать. Явно что-то задумали, и, поскольку зла я от моих хозяев не ждал, с удовольствием подчинился. Шанкот на минуту куда-то отлучился, а потом медленно и торжественно вошел, бережно неся что-то на небольшой бархатной подушке. Подойдя ко мне, он сказал:

—Заказали с родственником на память о твоем подвиге лучшему ювелиру города! Это медальон чести, который, по поверью, может носить только тот, кто сам убил грозного монстра! В нем глаз, коготь и клык крахта! Носи его с гордостью, и в минуты сомнений он придаст тебе сил!

Про поверье такое я знал, да и кто не знал! Было когда-то, на заре портальной охоты, вполне понятное явление — зеленые новички покупали части грозных монстров и делали из них такие вот медальоны чести, чтобы хвастать ими перед доверчивыми девушками, подражая окутанным славой успешным охотникам! Да только долго потом по порталам такой новичок не ходил — пропадал, и даже тела его не находили! Так и появилось вот такое поверье! И теперь, даже если какой новичок, не веря в эту примету, пытался вот так выпендриваться, то ему приходилось очень быстро с этим завязывать. Над ним даже не смеялись бывалые портальные охотники — чего им смеяться, если человек, по их представлениям, добровольно себя на смерть обрек! Просто все таких хвастунов обходили десятой стороной, и никто не брал с собой на портальную охоту — опасались, что испорченная удача и их коснется. А одному и без опыта заниматься портальной охотой… Так что если кто, вот так печально однажды прославившись, хотел и дальше заниматься портальной охотой, то приходилось менять имя и уезжать подальше, где его никто не знает. Разумеется, сняв с шеи неосторожно заказанный медальон, носить который не имел права.

Изготовленный для меня медальон чести был полностью сделан по канону — из золота, на серебряной цепочке. Глаз был по центру, коготь сверху, зуб снизу. Глаз как-то удалось так сохранить, что он был как у живого монстра — у меня аж дрожь по телу прошла! Поблагодарив, я принял медальон. Носить его буду, конечно, это как медаль в армии за доблесть, вот только спрячу в мешочек — кто же поверит, что я сам такого зверя завалил! А в мешочке будет выглядеть как артефакт или амулет, у всех магов на шее по несколько таких висит.

На следующее утро, после пышных проводов (лавку закрыли, и меня провожали все ее работники, помимо хозяина иДжаркота с сыном), мы отправились в путь. Носилки сВракаром привязали между двумя верблюдами, и я подъехал к нему на выделенной мне лошади почти сразу после отправления. Взволновал меня один вопрос, который сразу задать не догадался:

—Вракар, скажи, у тебя с источником все в порядке?

—В порядке!— ответил тот.— Я маг девятого разряда!

Глаза его блестели, на щеках появился румянец. Поутру он смог пошевелить несколькими пальцами на руках и полностью уверовал в мое обещание его излечить.

—А почему ты лежал тогда весь грязный, пропахший потом и кое-чем еще похуже? Есть же несколько простых заклинаний, помогающих поддерживать гигиену!

—Да просто сдохнуть хотел побыстрее!— ответил он.— Смерть меня избегала, а я тогда не знал, к чему мне жить дальше! Злился на внука, что бросил меня и сбежал со всеми оставшимися деньгами, и совсем не ждал, что все может повернуться вот так!

Я пожал плечами. Ну что же, веский аргумент! Хорошо хоть, что источник в порядке и не придется еще и ему его восстанавливать. Сердце в этом возрасте не такое сильное, чтобы использовать ту методику, что мы недавно отработали с сестрой на себе. Что касается его разряда… Девятый — обычный для половины магов, и он не так и плох. Тридцать процентов выше восьмого не поднимается! Раз достиг девятого только к старости, значит, источник мал, и уровень взят трудом и профессионализмом!

Когда к полудню ожили почти все пальцы, в том числе и на ногах, и старый маг окончательно уверовал в то, что все это ему не пригрезилось, у него появилось настроение поболтать. Я с интересом выслушал историю его жизни — служил в армии, был несколько лет портальным охотником, отказался от этой идеи, когда в очередной экспедиции погиб его единственный сын. Невестка умерла годом ранее. Внуку тогда было пятнадцать, он озлобился, попал в дурную компанию. Старик так переживал, что однажды упал и очнулся уже парализованным. Внук вскоре бесследно исчез со всеми богатствами рода, и они впали в нищету. Жена поддерживала мужа еще десять лет, пока сама не скончалась. После этого он еще четыре года лежал и нетерпеливо ждал смерти, злясь на сестер милосердия, продлевавших его агонию!

Никаких бандитов на нашем пути не появилось, и в сумерках мы вошли в город. Денег у меня теперь было полно, и я быстро, несмотря на позднее время, нашел и арендовал на месяц домик с двумя слугами недалеко отЮжных ворот. Вручил им Вракара и отправился домой.

Отец еще работал, не стал его отвлекать. Поднимаясь по лестнице к своей комнате, услышал сдавленный вопль и звуки ругани из комнаты сестры. Сбросив тяжелые сумки на пол, метнулся туда и без стука открыл дверь. Сестра стояла у окна с красным лицом и в слезах, больше никого не было.

—Что тут за крик был, почему ругалась?— облегченно выдохнув, спросил я, начиная уже догадываться о причине.

Сестра вначале радостно обняла меня, а потом уже начала рассказывать:

—Ну, ты уехал, бить меня некому, не просить же Ганта! И тренировок больше нету, без тебя все застопорилось! Я пошлялась под окнами психлечебницы, но меня оттуда погнали. Думала дать денежку, чтобы пустили внутрь посидеть, но испугалась — и в прошлый раз страшновато было туда заходить! И значит, все — развитие источника застопорилось! Вот я и придумала вчера несколько способов прокачки. Знаешь, что если десять раз локтем удариться об угол стола, то сразу процент к первой части основы добавляется? Или семь раз пальцами ноги по ножке стула, но это вообще ужас!