Опал - Дженнифер Арментроут

– Сомневаюсь, что мы сможем когда-нибудь полюбоваться такой картиной, – засмеялся Доусон.

Мое сердце подпрыгнуло от того, как они оба шутят и смеются. Пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить беззаботное выражение лица, хотя я видела, как Дэймон на мгновение замялся с ответом. Не заметивший ничего Доусон снова откинул назад упавшие на лицо волосы и пошел к дому.

– Наперегонки, братишка? – окликнул он Дэймона.

«Иди за ним», – беззвучно шепнула я. Тот улыбнулся и помчался вслед за Доусоном, крича:

– Ты все равно проиграешь!

– Может, и так, если это удовлетворит твое эго.

Не знаю, могло ли это кому-то помочь, но я ободряюще им улыбнулась, получая удовольствие от шутливой перебранки братьев. Вскоре они скрылись из виду.

Я подождала немного, а потом устремилась к дому. На нормальной скорости до него, если я не ошибалась, было минут пять. На опушке засекла время и побежала, чувствуя, как слабеет хватка Источника.

Две минуты.

Ну-ка, еще раз.

Минута и тридцать секунд. Я носилась туда-сюда, пока мои легкие не начали гореть. Пятьдесят секунд! Похоже, это был мой потолок.

Самое забавное, что, несмотря на дрожь, мышцы совершенно не устали, словно я бегала так годами, хотя единственным местом, где я когда-либо переходила с шага на бег, был книжный магазин, когда я мчалась от входа по направлению к полкам с новинками.

Глядя на солнечные лучи, пробивающиеся сквозь ветви деревьев и отражающиеся в полузамерзшем ручье, я с наслаждением потянулась. Скоро весна. Пригладив растрепавшиеся волосы, я перекинула их через плечо. Весна обязательно придет, но только в том случае, если вечером нам удастся выбраться из «Маунт-Уэзер» живыми.

– Я действительно ошибался. Не нужны тебе никакие тренировки, – раздался позади голос Блейка.

Я оглянулась. Он стоял у толстого ствола дерева, сунув руки в карманы. Внутри у меня все застыло от напряжения.

– Чего тебе здесь нужно? – холодно спросила я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

– Наблюдаю, – пожал плечами Блейк.

– То есть подглядываешь?

– Наверное, я неудачно выразился, – натянуто улыбнулся он. – Просто смотрел, как вы бегаете. Ребята, вы – молодцы, а ты, Кэти, просто чудо. «Дедал» был бы рад тебя заполучить.

– Это угроза? – Моя тревога усилилась.

– Нет-нет, – покраснел Блейк. – Я имел в виду, что ты великолепна. Именно такая, какими бы они хотели видеть всех «гибридов».

– Как ты?

– Ну, да, – опустил он глаза. – Как я.

Его близость, сама необходимость дышать с ним одним воздухом, раздражала меня. Прежде я ни на кого долго не злилась, Блейк стал исключением из правила. Я решительно зашагала к дому.

– Кэти, а ты не волнуешься из-за сегодняшнего вечера?

– Я не хочу с тобой разговаривать.

– Почему? – Он догнал меня и пошел рядом.

И он еще спрашивает?! От такого вопроса я пришла в бешенство. Мгновенно развернувшись, вмазала ему под дых. Он согнулся пополам, а я торжествующе оскалилась.

– Господи, за что? – прохрипел Блейк.

– Это только малая часть того, что тебе причитается. – Я стукнула его еще раз. – Спрашиваешь, почему я не хочу с тобой разговаривать? Давай поинтересуемся у Адама.

С этими словами я отвернулась и пошла к дому.

– Ладно, понял. – Блейк догнал меня и снова зашагал рядом, потирая живот. – Ты права. Но я же извинился.

– Извинениями тут не поможешь, – я вздохнула, глядя на солнечный диск в просветах между ветвями. Сама не верила, что веду подобный разговор.

– Я пытаюсь это исправить.

Мне оставалось только посмеяться над его словами. Как будто что-то можно было исправить. С той ночи, когда умер Адам, я стала больше понимать тех, кто выступает за смертную казнь. Ну, может, жизнь за жизнь – это немного слишком, но вот пожизненное заключение – в самый раз.

– Скажи прямо, зачем ты приперся? – спросила я, останавливаясь. – Знаешь же, что, если сейчас здесь появится Дэймон, тебе достанется куда больше, чем от меня или Ди.

– Хотел с тобой поговорить, – он взглянул на небо. – Когда-то тебе нравилось со мной беседовать.

Нравилось. До того, как превратиться в исчадие ада, Блейк казался мне милым.

– Я тебя ненавижу, – честно ответила я. Меня просто трясло от неприязни.

Блейк вздрогнул, но глаз не отвел. В деревьях шумел ветер, его порывы развевали мои волосы и ерошили шевелюру Блейка.

– Я не хотел, чтобы ты меня возненавидела.

Хохотнув, я пошла дальше.

– Не хотел, говоришь? Ты просто жалок.

– Знаю. – Блейк продолжал следовать за мной шаг в шаг. – Знаю, что не могу ничего изменить. Я даже не уверен, что смог бы это сделать, если бы мне выпал шанс.

– Что ж, по крайней мере ты честен, – презрительно бросила я.

– На моем месте ты поступила бы так же, – он вытер руки о джинсы. – Например, если бы в опасности был Дэймон.

По спине у меня пробежали мурашки. Я сжала зубы.

– Так бы все и было, Кэти, – тихо продолжал Блейк. – Ты поступила бы точно так же, как я. Это-то тебя и беспокоит. Мы с тобой похожи куда больше, чем ты готова признать.

– Нисколечко мы не похожи! – яростно закричала я, хотя именно так я сама сказала Дэймону.

Однако доставлять Блейку удовольствие, признавая его правоту, я не собиралась, особенно учитывая то, как сильно его поступки повлияли на мою жизнь. Сжав кулаки, я ломанулась прямо сквозь заросли.

– Ты – чудовище, Блейк! Самое настоящее чудовище, а я никогда такой не стану!

– Да, ты не чудовище, Кэти, – помолчав, проговорил Блейк.

У меня прямо челюсти заболели, так сильно я их сжимала.

– Мы действительно похожи, но ты, ты – лучше меня. Ты мне с первого взгляда понравилась. Уже тогда я понимал, как это глупо, но ты мне правда нравишься.

– Что? – оторопело уставилась я на Блейка.

– Ты мне нравишься, Кэти, – повторил он, краснея. – Очень. Знаю, ты меня ненавидишь и любишь Дэймона. Я просто хотел признаться до того, как мы попадем в сегодняшнюю мясорубку. Ты же понимаешь, там все может случиться.

У меня в голове не укладывалось. Это было совершенно невероятно. Я покачала головой, развернулась и пошла к дому, уже показавшемуся из-за деревьев. Я так сильно понравилась Блейку, что он предал и меня, и моих друзей. Убил Адама, а теперь явился, чтобы нас шантажировать. Я начала истерически смеяться и никак не могла остановиться.

– Ну, спасибо, – буркнул Блейк. – Я открыл тебе душу, а ты хохочешь надо мной.