Страна призраков - Ли Патрик

В охранной команде Руди Дайер был человеком новым, с момента зачисления не прошло еще и месяца. Не зеленый юнец – за спиной четыре года службы в отделе иностранных миссий, два в военно-морской обсерватории, – но кое к каким аспектам новой роли он все еще привыкал. Для секретной службы охрана бывшего президента – работа куда более спокойная, чем охрана президента действующего. Напрягала Дайера не работа – другие агенты.

К чему так и не удалось адаптироваться, так это к излишней фамильярности между охранниками и их подопечным – Ричардом Гарнером. Игры в покер представлялись Дайеру некоторым перебором. Конечно, никакие протоколы при этом не нарушались – игравшие агенты всегда в это время были свободны от дежурства, в караульном помещении всегда оставались шесть человек – меньше нельзя, – и все же было в этом нечто такое, чего бы никогда не допустили в Белом доме, будь то в неслужебное время или какое-то еще.

Тем не менее Дайер осваивался. Другой подход к службе, только и всего. Эти люди были самыми профессиональными и дисциплинированными охранниками в мире, и он отлично со всеми ладил. Как ладил и с самим Гарнером. Просто не планировал в ближайшее время садиться за карточный стол.

Часы показывали 18.44. Через выходившие на Уэст-сайд тонированные окна длинными полосками пробивался солнечный свет. Дежурное помещение – на самом деле, целая анфилада комнат – занимало юго-западный квадрант этажа, включая лестницы и выходы к лифтам. На установленный на столе Дайера терминал поступало видео со всех камер системы безопасности, размещенных в резиденции Гарнера, как внутренних, так и внешних. Протокол, однако же, обязывал уважать приватность, вследствие чего тот поток видео, что поступал непосредственно из комнат Гарнера, уходил на отдельную ветку и в обычных обстоятельствах игнорировался.

Каждые четверть часа Дайер просматривал все прочее видео – то, что шло с камер, установленных в коридорах, лифтах, на лестницах и даже на уровне верхнего этажа с внешней стороны здания; следовало учитывать и возможность того, что кому-то может прийти в голову спуститься в резиденцию на канате с крыши.

18.45 – высветилось на часах.

Дайер открыл видеопоток. Пробежался пальцами по нужным клавишам. Ровно на три секунды на каждый из экранов. Коридоры – чисто. Лифты – чисто. Лестницы – чисто.

На третьей внешней камере, которая с восточной стороны фасада смотрела через окна на кабинет Гарнера, он остановился.

В кресле, стоявшем в нескольких футах от окон, сидела молодая женщина. Темные волосы и глаза. Лет тридцать. Весьма привлекательная. Сам Гарнер, находившийся за своим столом, едва попадал в кадр. Выглядит как обычно. Смотрит в окно, куда-то вдаль.

Кто эта женщина?

Дайер предельно уменьшил изображение и, щелкнув «мышкой», открыл журнал регистрации. Никто, даже сам Гарнер, не мог ни войти в резиденцию, ни выйти из нее без регистрации в журнале с проставлением отметки времени.

Сегодня, судя по отсутствию каких-либо учетных записей, посетителей у Гарнера не было.

Как и вчера.

Позавчера Гарнер выходил пообедать с губернатором в Мидтауне и спустя три часа вернулся – один.

Дайер быстро просмотрел записи за последние пять дней. Ничего, лишь регистрация уходов и приходов самого Гарнера.

Он свернул файл в окно и вновь открыл внешний фидер. Женщина по-прежнему сидела в кресле у окна.

Как, черт возьми, она прошла без регистрации?

На ум приходило лишь одно объяснение. Дайеру не хотелось в него верить, но других вариантов просто не существовало.

Он огляделся. Свой стол в этой комнате имел лишь еще один агент. Четверо других располагались в других комнатах люкса, чтобы в экстренном случае ворваться в резиденцию Гарнера с разных сторон.

Напарник Дайера занимался своими делами и на него не смотрел.

Дайер вытащил сотовый, подключил к терминалу и дождался синхронизации. Затем выхватил из видеопотока один-единственный кадр, на котором было отчетливо видно лицо женщины, и переслал на телефон. Отсоединив сотовый от установочного модуля, встал и вышел из комнаты.