Отряд обреченных - Джеймс Алан Гарднер

Судя по следам копьеносцев — а стеклянные люди всегда оставляют очень четкие следы, — они пришли с юго-запада; поэтому мы направились на юго-восток быстрым шагом — там, где ноги не утопали в песке. Лагерь на ночь мы разбили под группой деревьев, достаточно большой, чтобы укрыть нас от посторонних глаз, и достаточно маленькой, чтобы местность проглядывалась во всех направлениях. Прежде чем мы легли спать, я настроила Тугодум таким образом, чтобы область сканирования была как можно шире. При этом, конечно, его чувствительность уменьшилась — скорее всего, он перестанет замечать, к примеру, змей, в особенности медленно ползущих, но безусловно обнаружит людей на расстоянии около километра.

Впрочем, этой ночью змеи меня мало волновали.

Меня мучили кошмары. Ярун — кожа лохмотьями свисала с его уродливой челюсти — пытался убить меня с помощью копья или, может быть, топора Весла; при виде его полусгнившего лица мне было не до того, чтобы разглядывать оружие. Как это часто случается, сон повторялся снова и снова — мой напарник делал выпад, я увертывалась, слишком медленно. Оружие опускалось, но ничего не происходило, как будто мое сознание не тревожило, был ли в действительности нанесен удар. Спустя мгновение все начиналось снова: Ярун нападал на меня, и еще раз, и еще, но оба мы двигались ужасно медленно, как будто все происходило в воде.

Очень утомительный сон… все равно что час за часом выполнять какую-то трудную работу. В конце концов я проснулась, все еще в темноте. Наверно, подсознание интерпретировало обрывки тревожных мыслей, отсюда и этот бесконечный кошмар. Некоторые психологи утверждают, что именно так и возникают сновидения — когда подсознание пытается придать форму порядка ментальному хаосу. Не исключено, что они правы.

Я знала, что если буду думать о Яруне, то заплачу. Если вспомню Чи, то, скорее всего, тоже. Джелка… нет, не заплачу, но настроение не улучшится.

Кончилось тем, что я стала изобретать способы сражаться со стеклянными людьми; просто чтобы отвлечься. Как наносить им удары, не сломав себе руку и чтобы эффект был максимальный? Труднее или легче бить ногой с учетом повышенной плотности стеклянных тел? И вечный вопрос, встающий перед любым, кто практикует боевые искусства, стараясь не выходить за рамки законов Лиги Наций: как привести противника в бессознательное состояние без риска убить его?

Ни разу в жизни я не получила удовлетворительного ответа на последний вопрос. Значит, было над чем поломать голову этой беспокойной ночью… Разум так и эдак поворачивал различные возможности, пока наконец меня не сморил милосердный сон.