Слепой охотник - Николай Андреев

— Расступитесь! — решительно потребовала аланка.

Мужчины молча отошли в сторону, и Линда протиснулась к юноше. Пульс на сонной артерии отсутствовал. Осторожно опустив тело на полку, врач приступила к осмотру. После небольшой паузы Салан с горечью сказала:

— Моя помощь здесь не нужна. Он давно мертв. Пуля попала точно в сердце. Смерть была мгновенной. Олан даже не успел ничего понять.

Только сейчас воины заметили на груди клона кровавое пятно. В стене виднелись три дыры от автоматной очереди.

— Господи! Какая глупость, — закусив губу, произнес шотландец. — Мы преодолели половину состава, вступали в рукопашную и остались живы. Крис прыгал под пули и уцелел. А тут…

Пол отвернулся и закрыл лицо рукавом. Вперед выдвинулся самурай. Подойдя к окну, Аято поднял автомат и отстегнул магазин.

— Бедняга не истратил ни одного патрона, — проговорил японец. — Это судьба. Шальная пуля знала, куда летела. Глупых смертей не бывает. Нам в бою повезло, ему — нет. Так устроен мир. Счастье и горе всегда рядом.

— Двадцать два года, — дрогнувшим голосом сказал Олесь. — Что он видел в жизни? Маленький оазис в пустыне, джунгли Оливии, графства и герцогства Унимы. Проклятие! Мы обречены на вечные скитания и боль утрат. Интересно, кто следующий?

— Успокойся, — Тино хлопнул товарища по плечу. — Надо взять себя в руки. Война без потерь не бывает. А мы сражаемся с очень сильным и опасным противником. Ставка слишком высока.

— Возможно, — согласился русич. — Но Олан уже третий. Вспомни Мануто и Вацлава. Мы идем по лезвию клинка.

— У каждого свой путь, — вымолвил самурай. — Враг отвечает ударом на удар. К сожалению, у нас нет права выбора.

— Это я усвоил, — раздраженно произнес Храбров и направился к выходу.

Подобная резкость имела простое логическое объяснение. Именно себя Олесь считал ответственным за гибель клона. Пять лет назад он согласился взять юношу в поход. А ведь мог и отказать. Увы, тогда русич поддался на уговоры оливийца и друзей. Олана постоянно опекали и берегли, во время сражения клон всегда находился в резерве. Даже сегодня Храбров оставил юношу в группе огневой поддержки. Не помогло!

Олесь с трудом сдерживал слезы.

Покинув вагон, русич сел на край насыпи и отвернулся к лесу. Землянин старался не смотреть, как Карс, Аято, де Креньян и Стюарт выносят безжизненное тело товарища. Именно в таком состоянии и застал его начальник охраны поезда.

— У вас тоже потери? — сочувственно спросил мужчина.

— Да, — ответил Храбров. — Погиб самый молодой член группы.

— Всего один? — удивленно вымолвил сержант.

— Для нас и это чересчур много, — возразил Олесь.

— Понимаю, — сказал асканиец, садясь рядом. — Мне не раз доводилось хоронить друзей. Боль и горечь в душе еще долго не дают спать спокойно. А дрались вы отлично. Высочайший профессионализм. Егеря такой подготовкой не обладают. Кстати, я до сих пор не представился. Клин Брендс.

Не заботясь о конспирации, русич назвал свое имя, и мужчины пожали руки. Чтобы перевести разговор в другое русло, Храбров произнес:

— Какова обстановка в поезде?

— Хуже некуда, — тяжело вздохнул сержант. — Погибло больше семидесяти пассажиров. Примерно столько же имеют ранения. Некоторые наверняка не выживут. Два центральных вагона полностью разгромлены. А ведь в них ехали весьма влиятельные люди. Скандала не избежать. Командование даже не будет слушать объяснений. Смерть банкиров и политиков вызывает огромный общественный резонанс. К счастью, ваше вмешательство остановило кровавую бойню.

— Не надо преувеличивать, — грустно улыбнулся Олесь. — Охрана состава сражалась отчаянно. Солдатам просто не хватило опыта.

— Можно, конечно, поспорить, но зачем? — вымолвил тасконец. — Для большинства моих подчиненных этот бой стал первым и последним. Уцелело лишь девять человек, включая меня. Причем, неизвестно, дотянут ли трое до Конингара…

— Да, — задумчиво сказал русич. — Сражение получилось кровопролитным. Бандиты имели значительное численное превосходство. А главное, мерзавцы напали внезапно, ранним утром, когда многие пассажиры еще спали. Точный, безошибочный расчет. Интересно, это Кроусол?

— Даже не сомневайтесь, — проговорил Клин.

— Откуда такая уверенность? — недоверчиво спросил Храбров.

— Я его видел у первых вагонов, — произнес Брендс. — Вы едва не пристрелили негодяя во время контратаки.

— Значит, удача и сегодня не отвернулась от убийцы, — заметил Олесь.

— Пожалуй, — согласился с землянином сержант. — Очередь срезала разбойника, стоящего рядом. Чуть левее, и Тонг остался бы лежать на насыпи вместе со своими налетчиками. А перебили мы их немало. Около сорока бандитов убито и четверо взяты в плен. Два шорки, роксор и один местный ублюдок.

— Разбойников казнят? — уточнил русич.

— Человека — обязательно, — уверенно сказал асканиец. — Он — опасный преступник. На его совести убийства, грабежи, насилие. Свидетелей достаточно. Березка давно плачет по шее мерзавца. А вот мутантов, скорее всего, поместят в специальный лагерь. Там очень надежная охрана.

— Странное великодушие, — вымолвил Храбров. — Ведь именно роксоры проявляют чрезмерную жестокость. Я бы не стал сохранять жизнь налетчиков.

— Это делается в политических целях, — пояснил Клин. — Рано или поздно армия двинется на восток. Столкновения с враждебными племенами не избежать. Начнутся переговоры…

— И тогда на противника будет оказано давление, — догадался Олесь.

— Правильно, — подтвердил сержант. — Пленники помогут решить ряд спорных вопросов.

— Логично, — кивнул головой землянин.

Между тем, воины положили тело Олана рядом с другими покойниками и зашагали к русичу. Совместно пережитые испытания сплачивают людей. Наемники поздоровались с Брендсом, как со старым товарищем. На пару минут воцарилась тягостная тишина. Нарушил ее Тино.

— Олесь, мы посовещались и пришли к мнению, что нападение на поезд совершил Кроусол, — произнес самурай. — Наши пути не могли не пересечься. Ехать дальше нет ни малейшего смысла. Отряд Тонга измотан и обескровлен. Упускать такой шанс нельзя. Есть предложение отправиться в Южные горы немедленно.

— Я не против, — сказал Храбров. — Надо покончить с негодяем.

В глазах русича сверкнули искры гнева. Жажда мести — не лучший советчик, но она часто подталкивает человека к решительным действиям. Порой, необдуманным. Впрочем, к Аято это не относится. Японец всегда спокоен и рассудителен.

— Вы слишком торопитесь, — вмешался тасконец. — Стрельба слышна далеко, и часа через три-четыре подойдут егеря. Они прекрасно знают здешние места. Поймать бандитов будет гораздо проще.

— Неплохая мысль, — проговорил Жак. — Но потерянное время не вернешь. Да и неизвестно, как отреагирует военное командование на рискованное предложение чужаков. Группа ведь пойдет до конца, хоть до восточного побережья.