Война Моря и Суши - Александра Ковалевская

— Как бы то ни было, сеньор, я перед вами в долгу.

«Чем расплатишься?» — съехидничал про себя Кассий, умело спрятав презрительный блеск в глазах.

«Чем расплачусь?» — размышлял Гижермо.

Судьба тем временем задумала ещё увеличить его долг перед Борджия.

Кассий окинул взглядом не самое роскошное жилище, — явно временное пристанище владельцев шахт, — постоял у окна, выходящего на запад, в сторону далёкого океана.

Пальцы на левой руке беспокойно сжимались, впиваясь в ладонь, онемевшую от напряжения во время бешеной езды по альтиплано. Отчего-то чесался здоровый безымянный палец, который Борджия, перестраховавшись, упрятал под бинты. Он произнёс в задумчивости:

— Извините, что вынужден снова выступить с мрачным прогнозом. Я думаю, нам не следует задерживаться здесь. Если вы другого мнения, сеньор Браво, или вас держат дела, то позвольте мне попрощаться с вами. Было очень… назидательно.

Он достаточно осторожен, чтобы позволить себе неприкрытую иронию после того, как погибли четырнадцать мужчин и пять женщин, — последняя фраза прозвучала скорее смиренно-философски. Но Браво заметно покраснел:

— Ну, что ещё вы видите в окне, мой ангел-хранитель? — буркнул серебряный барон.

Кассий резко развернулся на каблуках:

— Уезжайте отсюда, и немедленно! Вернётесь домой, обсудите в деталях со своими юристами, как будете отпираться, если вдруг объявятся обвинители от прессы или общественных организаций в том, что вы замешаны в торговле людьми. Не удивлюсь, если такие объявятся, и будут хорошо проплачены, и против вас и вашего предшественника всплывут самые разные факты, но больше всего будет жареных.

— Вы предполагаете, таким образом подводники будут мстить? Подводные Колонии, насколько мне известно, принципиально не считают Сушу территорией своих интересов…

— Всё меняется в этом мире, сеньор Гижермо, — загадочно произнёс Кассий. — Я тоже до сих пор не слышал об охоте на солдат Моря с таким размахом и применением боевого оружия. А источники у меня, уж поверьте, разнообразные. Да: вот ваша камера, проследите, чтобы ни один кадр не попал в случайные руки и не сыграл против вас.

Гижермо живо подхватил протянутую камеру, снова досадуя на свою нерасторопность: этого он действительно не предусмотрел…

Отдал распоряжения насчёт отъезда.

Задуманные кадровые перестановки отменил, решив, что сейчас не время.

В пути, мчась по скоростной трассе, он принял звонок с шахты. Ему сообщили, что подводники легко вломились одновременно в телефонную и радиолинию, объявив, что прииск, на котором держали в плену солдат Моря, будет взорван через сорок минут. В связи с этими тревожными известиями на шахте царила паника, ждали инструкций от нового босса.

Гижермо вспомнил быстрый, и как будто испытующий, взгляд Кассия Борджия, брошенный при расставании. Тот даже не стал дожидаться, пока сеньор Браво разберётся с делами, вызвал такси и умчался в аэропорт, пообещав всегда быть «к услугам».

«А перец крут!» — озабоченно подумал серебряный барон.

— Прикажите людям выйти из штолен. Всем немедленно покинуть территорию шахты! — рявкнул Браво и бросил трубку в крайней досаде, побагровев так, что глаза налились кровью.

Вскоре территория, удалённая от береговой черты на двести миль, испытала на себе мощь межконтинентальных ракет подводников: несколько точных, как укол шприца в вену, взрывов аккуратно разнесли перспективный прииск, где работали пленные, превращённые в рабов.

В одночасье Браво был разорён, унижен и растоптан.

Он решил нализаться как следует, а назавтра вызвать Кассия Борджия. Пора отблагодарить гостя. Чутьё крупного воротилы подсказывало, что именно через посредничество Борджия есть шанс поправить сильно пошатнувшиеся финансовые дела. Настал наилучший момент слить небезопасную информацию, и Кассий, пожалуй, единственный, кто способен извлечь из этого выгоду. Выдав секретные материалы, Гижермо расплатится за спасение своей жизни, которую он оценивает в весьма немалую сумму. Но значение документов так велико, что можно ожидать ещё и доходов сверх того, — если у Кассия Борджия хватит сметки продать их тем, кому они ещё нужнее: подводникам.

Гижермо Браво с радостью распорядился бы секретными материалами без посредников, но сдерживал печальный опыт их предыдущего владельца. Тот расстался с жизнью при весьма загадочных обстоятельствах, как только намекнул, что пакет у него…

После охоты в альтиплано Кассий всем нутром ощущал, как начало сжиматься время и стремительно завертелись события, неумолимо втягивая его в свой водоворот.

Второе приглашение Гижермо Браво догнало его в Буэнос-Айресе. Кассий мысленно чертыхнулся и добавил русских ругательств, которым прозорливо научился, стремясь вытравить опасную на Суше привычку в минуты раздражения вспоминать бездну.

Браво осведомился, есть ли у сеньора Борджия свои проверенные люди? Если нет, он может предоставить на обратную дорогу в его распоряжение пару надёжных парней.

«Таких же тугодумов, как сам!» — ухмыльнулся Борджия.

Понятно: у основательно потрёпанного подводниками Гижермо Браво ещё есть резервы, и он желает видеть участником новой авантюры Кассия Борджия.

Очень некстати.

Кассий занят выяснением другого вопроса.

Нужно проверить личность юнца, притащившего букет для Агилар.

Кассий, как агент певицы, обратился в военную полицию «Лос Анхелас де ла Венгаса» — Ангелов Мщения. Предлогом стало частное расследование угрозы жизни подопечной и музыкантов группы. Его интересовало всё: кто продал букет цветов, укреплённых на плоской плетёной основе? Почему был выбран именно такой букет? Был ли мальчишка со спасительным букетом частью чьего-то плана? Кто этот паренёк, и как он оказался на концерте, устроенном на территории, подготовленной военными Моря — искусственном острове? Почему запрыгнул на сцену, точно подгадав время разрушения декораций? Все эти вопросы, не слишком важные сами по себе, прикрывали главный интерес: вытащить на свет биографию парня.

Вскоре пришлось признать, что он, Борджия, прошляпил не только изменения в инженерии воздушных судов Моря, но и в цветочных композициях Суши. На аргентинском побережье на пике моды оказались именно дорогие букеты, закреплённые в плетёном каркасе. Дороже их были только корзины, вмещавшие такое количество цветов, что в них, при желании, мог спрятаться целый взвод. А парня звали Такеда Такеда. Выяснили подразделение, в котором он служит, и чем занимается. «Его профессия „Посредник по связям командного и рядового состава“», — доложил Кассию полицейский. Увидев, как иронично дёрнулись уголки губ агента, добавил: «Проще говоря, информатор-пропагандист, сеньор. Пропагандист для рядовых, информатор для командиров. Должно быть, парнишка — пройдоха ещё тот: эта работёнка не каждому по плечу. Нет, не каждому!»