Перезагрузка - Эми Тинтера

Я попыталась подавить улыбку, но губы сами собой растянулись.

– Наслышана. Ты всерьез думаешь, что найдешь там пищу?

– Я работал в поле и знаю, что искать. А на обратном пути, когда возвращались в город, мы подворовывали, если фермеры КРВЧ не смотрели.

Я начала вставать, но он помотал головой.

– Отдыхай, – сказал он. – Я недалеко. Тут никого нет.

Я взглянула на небо. Оно действительно было чистым и голубым, и ни одного челнока на горизонте. Честно говоря, моему телу никуда идти не хотелось.

– Только не потеряйся, – попросила я, прислонившись головой к дереву. – Кричи, если попадешь в беду.

Он кивнул, бросил мне улыбочку и пошел прочь, но двигался медленно и ступал тяжело. Должно быть, он тоже устал и проголодался, но скрывал это лучше меня. Я поневоле восхитилась его способностью улыбаться, даже когда дела совсем дрянь.

Из листвы выглянуло солнце, я прищурилась, голова начала клониться набок. Я не хотела закрывать глаза, но веки слипались, словно налитые свинцом, и вскоре я перестала сопротивляться.

Проснулась я внезапно, ноги дернулись и проехались по влажной земле. Я открыла глаза. Лист щекотал мне руку, я оттолкнула его, быстро глянув на солнце. Оно висело уже высоко над деревьями.

– Каллум? – негромко позвала я, вставая. Затем повернулась кругом, но в лесу не было никого, только вспорхнула с ветки какая-то пичуга.

Я запахнула куртку и снова посмотрела на солнце. Где оно было, когда я заснула? Не могла же я проспать так долго! От силы час. А скорее всего, и меньше. Какой же надо быть тупицей, чтобы его отпустить! Сейчас нам просто необходимо держаться вместе, а я позволила ему в одиночку разгуливать по этой глуши.

Крикнула птица, я вздрогнула, засовывая озябшие руки в карманы. Куда разумнее было бы бежать из КРВЧ летом. Да и вообще – любой план, отличный от нашего, теперь казался умнее.

Я сглотнула, стараясь не паниковать; минуты шли, а Каллума все не было. Переминаясь с ноги на ногу, я подавила острое желание помчаться на поиски в лес. С ним ничего не случилось. Если повторять это про себя, то так и окажется.

Сзади послышался шорох, и я напряглась. Рука метнулась к оружию. Но мгновением позже передо мной нарисовалась ликующая физиономия Каллума, и я выдохнула, ответив ему такой же улыбкой.

– Прости, что так долго, – сказал он. – Я зашел чуть дальше, чем собирался.

Он держал перед собой рубашку. Я нахмурилась, когда он опустился на колени и высыпал содержимое. Присев рядом, я взяла маленький темный кругляш.

– Какая-то черная фигня, – проговорила я, вскинув брови, и уставилась на твердые бурые шарики, смешавшиеся со всем остальным. – Это что, орехи?

– Рен! – сказал он со смехом, быстро подобрав орех. – Это пекан. Ты что, пекана никогда не видела?

– Надо же! В скорлупе, пожалуй, не попадались.

Каллум огляделся, нашел камень и положил пекан на землю.

– Щипцов у нас нет, так что будем изобретать.

Он с силой ударил, и скорлупа треснула. Каллум выудил кусочки ореха и ссыпал их мне в ладонь.

– Спасибо, – пробормотала я, удивленно хлопая ресницами.

– А это хурма, – указал он на темно-бурый фрукт. – Просто типа выдавливаешь в рот. Я ее не очень люблю, но сойдет.

Я съела пару кусочков пекана, пока Каллум колол остальные; затем сдавила хурму и подставила рот. Она оказалась сладкой и сочной; когда я отбросила кожуру, мои руки успели почернеть от сока.

Мы ели в молчании, и, когда прикончили все, я вытерла пальцы о штаны. Каллум подошел к дереву, сел, отвел руку, и я с удовольствием приникла к нему.

– Спасибо, – сказала я, положив голову ему на грудь.

– Не за что.

Он утвердил подбородок у меня на темени, поглаживая мою руку. Мы долго молчали, и я закрыла глаза; моя голова покачивалась в такт его дыханию.

– Ты с самого начала хотела идти в Остин? – спросил наконец он.

– То есть? – Я подняла веки, вздрогнув от его голоса.

– Ну, когда обещала Лебу найти его дочь. Ты так и хотела сделать? Или думала только о том, чтобы сбежать?

– Я не знала, куда пойду. Если резервация и правда существует, мне бы хотелось выяснить, где она находится. Ясно же, что я совершенно не приспособлена к жизни дикарем.

– А по-моему, так вполне, – хмыкнул Каллум.

– И еще мне не хочется доказывать его правоту, – тихо добавила я. – Я знаю, Леб думает, что мы убежим. Они не доверяют нам, и я не хочу подтвердить, что есть причины для недоверия.

Он погладил меня по щеке и осторожно поцеловал в макушку.

– Хорошая мысль, – прошептал он.