Луна охотника - Дэвид Дэверо

— Джентльмены, всех женщин, которых мы там обнаружим, желательно взять живыми. За одним исключением. Кандейс Альдер, известную также под именем Каролины Блейк, необходимо застрелить в момент обнаружения. Не позволяйте ей говорить с вами или даже смотреть в глаза, просто стреляйте. Поверьте, это для вашего же блага. — Я обращался к бойцам группы захвата по дороге в Бристоль. По прибытии на место тратить время на инструктаж не хотелось, и потому было выбрано заочное обращение по радио. — Насколько мне известно, нашим объектом является стандартная муниципальная квартира на втором этаже, с двумя спальнями, одним входом и окнами, выходящими во двор и на улицу. Два человека должны оставаться под каждым окном, а остальные пойдут со мной. Никто не должен покинуть помещение без моего разрешения. И еще. Мы изображаем полицейских, так что в случае появления публики не забудьте о своих манерах. Это вряд ли произойдет, потому что местные власти выделили несколько ребят, чтобы сдерживать любопытных и охранять периметр, и я надеюсь, что мы успеем закончить операцию до появления журналистов. Противнику скорее всего известно о нашем приближении, так что будьте готовы к сопротивлению. Избегайте излишней стрельбы, но не допускайте глупостей. У меня все. Есть вопросы?

Я прояснил кое-какие подробности, пока мы ехали по окраине Бристоля, а затем до цели осталось пять минут езды. Местные полицейские уже поджидали нас и присоединились к операции, когда мы высаживались из машин и занимали позиции. Мы бегом поднялись на второй этаж, и я забарабанил в дверь.

— Вооруженная полиция. Открывайте!

Отсутствие ответа меня ничуть не удивило, и я кивнул парню, державшему наготове «быка». Пока я опускал на лицо маску, показывая пример остальной команде, тяжелая железная труба ударила в дверь у основания петель. Щепки полетели во все стороны, но вход оставался блокированным: дверь была укреплена. И этот факт не вызвал у меня шока. «Быка» пришлось отложить в сторонку, а по периметру двери быстро проложили детонирующий шнур. Через тридцать секунд раздался оглушительный грохот, и дверь рухнула в прихожую. Две первые пары, прикрывая друг друга, осторожно двинулись вперед. У каждой двери они останавливались, распахивали так, что створки ударялись о стену, потом с криком «Чисто!» бойцы возобновляли движение.

Вслед за ними шла еще одна пара, повторно проверявшая комнаты и готовая в случае необходимости подавить сопротивление огнем автоматов. У выбитой двери остались еще двое парней, охранявших вход, мой сопровождающий — тот же самый, что и в прошлый раз, — и я. Его отношение ко мне ничуть не изменилось, но меня это нисколько не беспокоило. По крайней мере, я, хоть и руководил операцией, старался не создавать ему проблем. Но, услышав по радио сигнал, позволявший мне начать работу, я откровенно обрадовался.

— Резчик, мы изолировали две цели. Ты можешь войти.

Я перешагнул порог и тотчас ощутил, как изменилась атмосфера. Враждебность, закрытость, злоба и налет отчаяния. Разбитые двери и перевернутая мебель указывали на маршрут группы захвата, и по их следам я добрался до самой дальней спальни. Двое парней у двери разошлись, чтобы меня пропустить.

Внутри еще двое бойцов держали под прицелами автоматов пару перепуганных женщин, отчаянно сжимавших в руках ножи. Первой я увидел Шарон Коуп, сорокалетнего бухгалтера. Эта женщина была мне известна как самая агрессивная из сестер, хотя и не самая сообразительная. Второй была Энни.

Я вздохнул. Имелся приказ привезти Энни на базу, чтобы попытаться привести ее голову в порядок, но в этот момент она не проявляла ни малейшего желания куда-то идти.

— Энни, я хочу, чтобы ты положила нож.

Она равнодушно взглянула на меня, и я вспомнил про респиратор. Очень медленно подняв руку, я стащил с лица маску.

— Билл? — Она меня вспомнила, но не пыталась достать своим ножом. Это уже хорошо. — Но ты… Я думала…

— Не сейчас. Положи нож, и мы решим, как вытащить тебя отсюда.

— Я… Я не уверена, Билл. Вы собираетесь нас застрелить.

— ЕСЛИ бы собирались, вы были бы уже мертвы. Я только хочу отвезти тебя домой и спокойно во всем разобраться. Мы найдем тихое местечко, и ты сможешь отдыхать, сколько потребуется.

— Какого черта делает здесь твой дружок? — вмешалась вторая женщина. — Я думала, он какой-нибудь клерк.

Энни на секунду смутилась, сбитая с толку борьбой двух половин своей души.

— Так и есть… — Она тряхнула головой, словно пытаясь от чего-то освободиться. — Нет, он полицейский. Консультант… Я не…

Она слегка покачнулась и прислонилась к стене спиной. Ее сознание пыталось пробиться сквозь сплетенную Альдер паутину. Сестры подавили личность Энни, но не агента службы. На миг я пожалел, что не знаю ее настоящего имени, оно помогло бы сделать решительный шаг. Но времени для сожалений не было.

— Энни, опусти нож и подойди ко мне. Я обещаю, мы во всем разберемся.

— Так ты с ним? Вот оно что! — Удивительно, что ей потребовалось так много времени, чтобы добраться до истины. — Ты полицейская шлюха!

— Да, отлично, глупышка, спасибо, что додумалась. Ты тоже можешь опустить нож, пока мы разговариваем. У нас есть к тебе несколько вопросов.

Но Шарон было не до нас, все ее внимание было поглощено открытием предательства со стороны одной из сестер. Не самое приятное известие для любого из нас.

— Ты продала нас! Шлюха!

И с этими криками Шарон, выставив перед собой нож, рванулась к Энни. Прогремели две короткие очереди, и шесть девятимиллиметровых пуль взорвали грудь Шарон, угодив точно в то место, куда были направлены: на два дюйма выше солнечного сплетения. Женщина упала на Энни, а потом они обе сползли на пол. Лицо Энни застыло от шока, глаза широко распахнулись, и кожа резко побледнела.