Наемники - Николай Андреев

Опасения начальника гарнизона подтвердились довольно быстро. Уже через час катапульты сделали первый пристрелочный залп.

Большинство камней пролетело мимо, но один буквально снес верхнюю часть западной башни. Находившийся в ней наблюдатель превратился в бесформенное кровавое месиво.

Вскоре новая порция гигантских глыб обрушилась на форт. Процент попадания неуклонно рос. Люди в панике метались по крепости, но спасения нигде не находили.

К заходу Сириуса были разрушены все внутренние постройки, половина башен, а в стенах зияли огромные дыры. Лазарет с ранеными после ряда точных попаданий превратился в кладбище.

Лишь с наступлением темноты бомбардировка прекратилась. Ленк тотчас вывел солдат из укрытий. В любой момент могла начаться атака противника.

Время шло, а враг активных действий не предпринимал. Нервное напряжение достигло предела. Мендонцы за ночь не сомкнули глаз.

Уставший и злой майор встречал утро возле разбитых в щепки ворот. Проломы и повреждения уже никто не заделывал. Их оказалось слишком много.

Изможденные, обессилевшие унимийцы обреченно смотрели на поднимающийся из-за горизонта пылающий белый шар. Судьба Кростона решена.

— Сволочи! — гневно вымолвил начальник гарнизона. — Они не хотят даже добивать нас. Войска двинутся на форт только тогда, когда здесь будет идеально ровная поверхность. Прикончить раненых труда не составит…

— Разумно, — заметил мутант. — К чему лишние потери? Темп наступления все равно потерян. На месте бонтонцев я поступил бы точно так же.

Ленк удивленно взглянул на Карса. Чуть помедлив, офицер произнес:

— Тебе не откажешь в самообладании. Неужели ты не боишься смерти? Ведь к вечеру сегодняшнего дня крепость перестанет существовать.

— На то воля богов, — не без грустной иронии улыбнулся властелин. — Чему быть — того не миновать. Если мне суждено умереть в мендонском форте, значит, так и случится. Неизбежность надо принимать мужественно и смело. Тем не менее, я до последнего вздоха буду сражаться и защищать свою жизнь.

— Интересная философия, — кивнул тасконец. — Понять ее несложно, а вот придерживаться… Такое дано не каждому.

Обстрел крепости возобновился с раннего утра. Неторопливо, основательно и методично неприятель разрушал укрепления Кростона.

У стен внутри форта валялись изуродованные, раздавленные трупы защитников. Покойников уже никто не убирал.

В подчинении майора осталось не больше семидесяти человек. Еще три-четыре часа — и уцелеют лишь единицы.

Люди пытались спрятаться в подвалы и подземные укрытия, но от гигантских глыб не спасали и они.

На опушке леса появились первые штурмовые подразделения. Обнажив мечи, воины терпеливо ждали сигнала к наступлению.

Неожиданно для всех на южной окраине поля послышалась разрозненная стрельба. С каждым мгновением она нарастала. Вскоре залпы из автоматов и карабинов слились в единый звук.

Рискуя попасть под летящий камень, Ленк и Карс выбрались на край уцелевшей стены. Их взору предстала удивительная картина. Отряды захватчиков в ужасе разбегались по полю, а сзади, разворачиваясь в сплошную линию, во весь опор неслись отборные кавалерийские части герцога Альберта.

— Мы спасены! — радостно воскликнул унимиец.

— Боюсь, вывод чересчур смелый, — скептически проговорил мутант. — Обратите внимание, пехоты, поддерживающей атаку, нет. Кольцо окружения прорвала немногочисленная горстка отчаянных храбрецов. Скоро противник поймет это и постарается отсечь всадников от крепости.

Оливиец ошибся. Бонтонцы приходили в себя довольно долго. Огромная армия захватчиков совершенно растерялась.

Мощный заслон на дороге оказался разгромлен в течение нескольких минут. Командование врага пребывало в шоке и сразу принять правильное решение не сумело.

Между тем, эскадроны Освальда разделились. Половина солдат устремилась к катапультам, а остальные поскакали к Кростону.

Возле машин началось настоящее побоище. Кавалеристы сходу изрубили прислугу и приступили к уничтожению механизмов. На спасение метательных орудий бросились штурмовые отряды. Однако, противостоять натиску конницы они не сумели.

Потеряв десятки людей убитыми и ранеными, враг отступил к лесу, ведя интенсивную, но беспорядочную стрельбу. Больше бонтонцы выходить на открытую местность не решались.

Господство на поле боя, пусть и временно, захватили защитники форта.

Воины Кростона, чудом уцелевшие после бомбардировки, неторопливо выбирались на поверхность.

Вокруг царил страшный хаос. Башни крепости разрушены до основания, стены сохранились лишь фрагментами, ворота и мост превращены в руины.

Люди с ужасом осматривались по сторонам. Огромные глыбы буквально перемешали трупы убитых с землей. Всюду валялись части тел, обрывки одежды, сломанное оружие.

Разобрать, где мертвые враги, а где мендонцы, было уже невозможно. Часть солдат находилась на грани сумасшествия и, не понимая, что происходит, с безумными глазами бродила по форту.

Две сотни всадников замерли возле рва. От укреплений форта, когда-то внушавших уважение, остались лишь бесформенные груды развалин. Кростон перестал существовать. На камнях и в траве лежали сотни трупов.

Опустив окровавленный меч, командир полка разочарованно произнес:

— Кажется, мы опоздали. Вряд ли здесь кто-нибудь уцелел.

— Надо проверить, — взволнованно возразил Храбров, спешиваясь. — Ведь пока крепость еще не принадлежит врагу.

Землянин передал поводья ближайшему тасконцу и направился к разрушенным воротам. То и дело приходилось перешагивать через разлагающиеся, изуродованные тела убитых людей.

От отвратительного запаха русич поневоле закрыл нос рукой. Во рву творилось нечто невообразимое: распухшие от воды покойники, мерзкие кровососущие черви и грязная смердящая жижа.

Кое-как преодолев препятствие, Олесь сумел добраться до развалин башни. Надежды на благоприятный исход сражения таяли с каждой секундой. Карс не мог спастись в таком аду. Однако не успел землянин войти внутрь крепости, как откуда-то сверху раздался знакомый голос:

— Неужели решил навестить старого друга?

Храбров поднял глаза и увидел сидящего на стене властелина. Рядом с мутантом расположился щуплый и грязный мендонский офицер.

Спустя мгновение гигант спрыгнул вниз и заключил товарища в крепкие объятия. Похлопав русича по плечу, вождь с признательностью в голосе проговорил:

— Вы появились очень вовремя. Еще пара часов — и мерзавцы окончательно сравняли бы Кростон с землей.

— Жив, чертяга, — утирая предательски набежавшую слезу, прошептал Олесь. — Признаюсь честно, я уже начал сомневаться. От форта остались одни развалины. Похоже, штаб недооценил противника, а он подготовился к войне основательно.