Планета райского блаженства - Гарри Гаррисон

На парковке почти никого. Сэм направился к навесу, под которым оставил свой электроцикл. Было тепло и пахло весной; у дуба, что раскинул ветви над навесом, уже лопнули почки; вот-вот развернутся зеленые листья. Открыв кофр, увидел в нем аккумулятор Неда. Совсем забыл, что дядя настоятельно просил зарядить, причем именно сегодня, а то вечером телик не посмотреть. В клинике, мол, зарядка бесплатная, так зачем деньги на ветер выбрасывать? Не по душе Сэму такое крохоборство, но ведь не откажешь родственнику.

Когда Сэм вытягивал провода, клеммы-крокодилы соприкоснулись и дали трескучую искру; от неожиданности он аж подпрыгнул. Заряжать личный электроцикл тут дозволено, но злоупотребление, конечно же, не приветствуется. Глядим вправо-влево, на парковке ни души. Быстренько вынимаем из кармана баночку и прячем в кофре. Отсоединяем силовой кабель…

Ффу-ух, гора с плеч! Дело сделано. И чтобы он еще хоть раз в жизни за что-нибудь такое взялся!

Он уже сидел на электроцикле и застегивал воротник, когда из своей ниши выехал автомобиль доктора Бена, ярко-красный «Шеви тандерболт 2015» Огромные батареи, скорость до ста миль в час, дальность хода без подзарядки – триста миль. Машина остановилась рядом с Сэмом, опустилось стекло.

– Сэм, можешь завтра приехать на час раньше? На той стороне здания трещина в окне, вызваны мастера, надо встретить.

– Конечно, доктор, без проблем.

– А в качестве компенсации отпущу тебя в пятницу на час раньше.

– Годится.

– И не задерживайся больше, пожалуйста. Напоминаю: сверхурочных не будет.

– Да как скажете.

– Вот так и говорю. До свидания.

Сэм помахал вслед красивой машине, крутанул реостат и, гудя движком, выехал на дорогу.

От научно-исследовательской клиники «Андерсон-Френч» всего пять миль до съезда к Собел-Крику. Это слово значилось на указателе, хотя никто речку так не называл, к ней приклеилось прозвище Соболь-Крик, как и к ее долине, и к приютившемуся там поселку. Белый бетонный столб указателя был забрызган грязью с грунтовки, под этой же грязью почти целиком скрывалась и надпись. Вот туда-то, на грунтовку, Сэм и свернул, и поехал по краю, стараясь не попадать в топкие колеи. Дорога часто сворачивала, петляла между голыми деревьями вдоль речки. Уже доносился запах дыма – задолго до появления домов. Обветшалый поселок с одинокой улицей, дешевые постройки для горняков. Шахта давно закрыта, некрашеные дома потемнели от старости. Чужаку это сразу бросилось бы в глаза, а Сэм не замечал вовсе. Это его родина, он тут вырос. Почти во всех домах живут его родственники, Брауны и Эбернати. Он-то Самсон Эбернати, но все дядья по отцовской линии Брауны.

Ему махали встречные, он тоже махал, катя по улице. Нед ждет свой аккумулятор, сейчас разноется, что пропустил дневные телевикторины. К нему Сэм заглянет, но сначала побывает у Джэпета. Избавится от банки и забудет про нее начисто.

Сэм остановился за домом и прислонил электроцикл к стенке нужника. Как раз в этот момент открылась дверь, и, надевая помочи, отхожее место покинул Джэпет.

– Ну что, принес? – спросил он, нахмурясь.

– Я свои обещания выполняю, – врастяжку проговорил Сэм и огляделся по сторонам, прежде чем открыть кофр и переложить банку в карман куртки. – В доме покажу.

Только после того, как была зажжена керосиновая лампа, он вынул добычу и водрузил на стол.

– Грехи мои тяжкие! – пролепетал Джэпет.

У него даже челюсть отпала, на которой почти не оставалось зубов.

– В точности как ты говорил. Если б сейчас не увидел собственными глазами, так бы и не поверил. Мерзость-то какая, прости господи! И ее там разводят, да? В этой твоей гнусной клинике?

– Нет, в клинике этим не занимаются. Говорят, что только изучают уродцев, а привозят их из других мест.

– Да неужто ты решил защищать сей сатанинский промысел? – На костистом лице Джэпета полезли из орбит глаза, он наставил трясущийся узловатый палец. – Не занимаются, значит? И эта твоя клиника – не адская, стало быть, кухня?

– Да никого я не защищаю, – проворчал Сэм, опуская глаза и постукивая подметкой по грязной половице. – Мое дело маленькое, я там просто прибираюсь.

– Прибирается он, смотрите-ка! Да ни один парень из Соболь-Крика не должен на милю приближаться к этому гадюшнику!

– Но ведь платят хорошо!

– Деньги в жизни не самое главное.

– А что главное-то? На эти деньги жратва покупается, а те, кто ее ест, ни словечка про это главное не говорят. Вот что: ты попросил, я принес. Забирай, и чтобы больше не было таких просьб.

– Сейчас, сейчас, – пробормотал Джэпет, хватая баночку, глядя на просвет и содрогаясь от увиденного. – Вот же пакость, а?

Сэм, сутулясь, прошаркал на порог, захлопнул перекошенную дверь. Уже стемнело, пришлось включить фару.

– А я видел, как ты мимо проезжал, – упрекнул дядя Нед. – Сижу, заняться нечем, аккумулятор жду, а племяш знай катается в свое удовольствие.

– Ежели такая срочность, зарядил бы сам за доллар и смотрел бы с утра свое мыло. На, держи.

– Вот уж дудки, моим денежкам найдется более достойное применение. – Нед шумно отхлебнул этого «достойного применения» из стакана и схватил аккумулятор.

Через секунду комната заполнилась синтезированным смехом. Уйдя в кухню, Сэм с наслаждением вдохнул запах хлеба.

– Здравствуй, тетя Нетти. Ух, как пахнет вкусно!

Женщина поприветствовала племянника улыбкой и кивком и положила каравай на стол. Нетти была неразговорчива, даже не умела читать, зато в стряпне кому угодно дала бы фору.

Повесив куртку в коридоре за дверью, Сэм достал из кармана газету. Сел за стол, пробежался по заголовкам.

– Пишут, что первая леди, супруга президента, идет на поправку, у нее уже кости на ноге срослись, там, где лошадь наступила.

Нетти, сочувственно покивав, сняла хлеб с противня. Смотреть теленовости – это не по ней, времени жалко, там ведь говорят больше о вещах ей неизвестных или неинтересных. Другое дело, когда Сэм газетку вслух читает, уж он-то всегда выберет что-нибудь любопытненькое.

Поутру, только он отпер дверь клиники, подкатил грузовичок стекольщиков. Сэм показал им лопнувшее стекло, дождался, когда его заменят, расписался в счете-фактуре. Когда он прибирался после ремонта, подошел доктор Бен.

– Вот теперь гораздо лучше.

– Будет еще лучше, когда я «пальцы» сотру, – вон как наследили.

– Это потом. Жду тебя в моем кабинете.

«Узнали! – запаниковал Сэм. – Заметили, что одной банки нет, и сразу поняли, кто украл. Ну зачем, зачем я позволил себя в это втянуть?!»

Чепуха, сообразил он чуть позже и слегка успокоился. Нелепые опасения. Доктор Бен только что приехал. Стало быть, вызывает по другому поводу.