Министерство особых происшествий - Ти Моррис

Буфорд громко рыгнул, после чего серьезно произнес:

— Бедная тетка — она по-прежнему околачивается вокруг больницы. Как побитый щенок, который возвращается за но­вой трепкой. — Он грохнул кулаком по стойке, отчего все кружки подскочили в воздух. — И это неправильно. Совер­шенно неправильно, черт подери. Смит наговорил всем про нее жутких вещей, и теперь она как прокаженная'. Она заслу­живает лучшего!

Вот с кем ей следовало бы побеседовать...

— Джентльмены, вы все заработали еще по одной. Благо­слови вас Господь, — сказала она, высыпая перед ними не­сколько монет. — А теперь прошу меня извинить, парни. По­хоже, что Мэри нужно выговориться перед женщиной.

Она протолкалась к другому краю «Комбомбулы» и заказа­ла два шерри. Зажав оба стакана в левой руке, она двинулась через толпу, пока не остановилась перед одиноким столиком, за которым сидела Мэри Гриссом. Мэри подняла на Элизу гла­за, и эта впавшая в немилость медсестра и вправду показалась ей похожей на потерянного, сбитого с толку щенка.

— Так вот ты где, дорогая, — ласково сказала Элиза, ста­вя перед ней стакан с шерри. — Мне шепнули, что тебе это сейчас может оказаться очень кстати, — добавила она, кив­нув в сторону компании санитаров.

Грязные пальцы нерешительно обхватили стакан.

— Спасибо, — прошелестела она, поднимая его к губам.

— Не беспокойся ни о чем — просто питаю слабость к жен­щинам, которых мужики выкинули на улицу.

Мэри встревоженно взглянула на нее.

— Вы это о чем?

Она изо всех сил старалась говорить с ист-эндским акцентом, но за неприглядной внешностью все равно чувствовалось обра­зование. Кем бы Мэри Гриссом ни являлась в данный момент, когда-то она была совсем другой. Доктор Смит заставил ту Мэ­ри Гриссом подчиниться себе, и теперь от нее остался только призрак женщины, когда-то помогавшей людям выздороветь.

Здесь Элизе нужно было выбрать другую тактику. Мэри бы­ла в Ист-Энде телом чужеродным. Отсутствие выпивки на ее столе подсказало Элизе, что та пришла сюда не для того, что­бы забыться. Она здесь пряталась.

Склонившись над маленьким шатким столиком, она впи­лась в Мэри взглядом ястреба.

— Я знаю, что этот мерзавец Смит поспособствовал тому, чтобы ты попала в черный список, и таким образом лишил те­бя единственной честной работы, которую ты могла получить, работы, которая должна быть твоей. В свете его безвремен­ной кончины, а также того, что какие-то его дела подпортили тебе репутацию, у меня есть основания полагать, что ты зна­ешь нечто такое, за что тебя могут убить.

— Но кто... — Нижняя губа Мэри предательски задрожа­ла. Она часто заморгала, но одна слезинка все-таки сорвалась с ее ресниц; наконец она спросила: — Кто вы такая?

Элиза приготовилась ответить, но тут внимание ее привлек стук распахнувшейся двери. Она бы расхохоталась над этими двумя «представителями рабочего класса», если бы не виде­ла их насквозь. Когда один из них указал на Мэри, Элиза за­метила на его руке кольцо, не сочетавшееся с его довольно простой одеждой.

Сердце в ее груди учащенно забилось, и она взяла Мэри за руку.

— В данный момент я твоя лучшая подруга, а также твой единственный шанс выбраться отсюда живой. — Элиза на­гнулась вперед; взгляд ее голубых глаз был жестким и настой­чивым. — Ты мне веришь?

Было безумием задавать такие вопросы, но в подобные мо­менты многие вещи висят на волоске.

Рот Мэри сам собой открылся, но, будь она человеком роб­ким, она никогда не стала бы медсестрой. Зубы ее сжались, и она кивнула:

—Да... думаю, да.

— Тогда оставайся рядом со мной, и — что бы ни происхо­дило дальше — никуда не беги.

— Пока вы мне этого сами не скажете?

— Именно, — ровным голосом произнесла Элиза, повора­чиваясь лицом навстречу новым посетителям. — Если ре­шишь смотаться отсюда, их человек снаружи обязательно те­бя достанет. Это ясно?

— Да, мисс.

— Я не шучу, — настаивала Элиза. — Что бы. Ни. Прои­зошло.

Мэри быстро опустошила свой стакан с шерри, а Элиза по­жалела, что у нее нет времени, чтобы взять еще по одной порции.

Мужчины смотрели через столик, не отрывая глаз от Мэри Гриссом, даже после того как Элиза поприветствовала их, бо­дро крикнув:

— Привет, ребята!

— Отвали, шлюха, — прошипел один из них. — Нам нуж­но перекинуться парой слов с мисс Мэри.

Элиза подвинулась на своем стуле. Ногам ее была нужна надежная опора.

— У вас что, друг заболел?

— Можно сказать и так, — проворчал другой. — И ему требуется внимание.

— Мне очень жаль, парни, — сказала Элиза, усиливая свой ист-эндский акцент, — но наша добрая медсестра сегод­ня не работает. Улавливаете?

Тот, что стоял поближе к ним, нахмурился и наклонился вперед, остановившись в нескольких дюймах от Элизы.

— Если хочешь, чтобы твое симпатичное личико порезали, как гуся на рождественском столе, — не вопрос, оставайся.

Элиза взглянула через плечо.

Мэри понимающе кивнула, повторив одними губами:

— Что бы. Ни. Произошло.

— Шла бы ты отсюда, — вновь заговорил первый голово­рез. Элиза повернулась к нему и часто заморгала от зловонно­го запаха, вырвавшегося из его рта, когда тот добавил: — А ес­ли ты с первого раза не поняла, я повторю, сонная кобыла: отвали.

В ответ она только ухмыльнулась, и в этот момент ее рука в перчатке резко выдвинулась вперед, а одетая в медь ладонь схватила мужчину за яйца. Под тихий шелест крутящихся ше­стеренок и шипение гидравлики бронированные пальцы Эли­зы сжались.

Мужчина даже крикнуть не мог, у него перехватило дыхание.

—Дружище, — сказала Элиза, не отпуская первого бан­дита, но обращаясь при этом ко второму, спокойным голосом, словно беседуя за чашкой чая, — если ты не хочешь, чтобы твой приятель всю жизнь пел сопрано в церковном хоре, я предлагаю вам обоим...

Но тот вдруг сильно дунул в свисток, издав пронзительный звук, почище, чем звук свистка любого полицейского. В двери ворвались еще два увальня, оба с головы до ног одетые во все черное; они посмотрели в их сторону и двинулись к ним, рас­талкивая посетителей и не особенно заботясь о том, куда те упадут.

Перчатка Элизы отпустила первого головореза, и тот сно­ва задышал, судорожно открывая рот. Но всего лишь после его второго вдоха медный кулак врезался ему в челюсть. На мгновение тот завис в воздухе и вялым движением протянул руки к Элизе. Прежде чем он упал, она успела схватить его за руку и снять с пальца кольцо.

— Спасибо, приятель, — усмехнулась она. — Мой партнер все приставал ко мне, требуя, чтобы я достала улики. Может быть, это его успокоит.