Дикий прапор. Книга 2 - Алекс Гор

После самоуничтожения крейсера отключилась глушилка гипера и можно было улетать отсюда, хотя мы и так могли это сделать, совершив ноль-переход, но оставлять за спиной мстительного сируанца было бы верхом глупости. Поэтому я выдвинулся навстречу поврежденному кораблю, экипаж этого монстра мог насчитывать до десяти тысяч разумных. Уничтожать жизнь сверх того, что уже погибли было слишком даже для меня, поэтому я начал широкополосное вещание для всех, кто мог сейчас меня слышать.

«Говорит капитан Винд, командир наемного отряда Спартак. Вы все проиграли, но я — русский человек, и я щедр и благороден к своим врагам. Я хочу подарить вам ваши никчемные жизни. Мне всего лишь нужна голова Мак Маары. Доставите мне ее и останетесь жить, рано или поздно вас тут найдут, ресурсов корабля хватит надолго, реакторы вернете и поставите на место. Если в течении получаса я не увижу голову этого гандона, который угробил за зря столько разумных, я буду считать, что вам ваша жизнь не нужна, время пошло», — я отключился и деактивировал систему маскировки, чтобы все видели меня, готового открыть огонь по всему, что попробует сопротивляться.

Я знал, что сейчас меня слышало множество ушей и сделал на это ставку, никто не хочет умирать, я был уверен, что голову мне доставят, надо только подождать. Через пятнадцать минут поступил доклад от наших диверсантов о том, что контроль над главным искином кластера получен. Я сразу же подключился к системам безопасности и переключил управление искином, а соответственно и кораблем пиратов, на себя, и начал получать данные с его камер наблюдения. Меня интересовало, что сейчас происходит в рубке. А там было очень интересно, весь личный состав капитанского мостика был мертв, в живых оставался лишь сам Мак Маара, он стоял с бластером, облаченный в легкий штурмовой скафандр и наблюдал за тем, как его бывшие подчиненные пытаются вырезать дверь плазменными резаками. Судя по всему, через пару минут они должны были ворваться внутрь. Скорее всего, экипаж в рубке тоже попытался его прикончить, но опытный головорез смог с ними справиться. Через полторы минуты бронестворки на входе в рубку рухнули внутрь и в прорезанное отверстие забежало несколько абордажных дроидов, они тут же открыли огонь по одинокому стрелку, вооруженному только легким бластером. Ему хватило всего пары выстрелов, мне кажется, он и не надеялся выжить. Судя по данным искина, перед своей смертью он пытался дать команды искину на активацию всех рабских ошейников и на запуск системы самоуничтожения. Все-таки хорошо, что мы сначала запустили к нему взломщиков.

Еще через пять минут со мной из рубки попытались выйти на связь и сообщили о том, что мое условие сохранения жизни экипажу выполнено, спросили, куда доставить голову. Но, так как я уже и так убедился в гибели главного зачинщика всей заварухи, то я, в лучших традициях пиратов прошлого, дал команду заспиртовать ее и поместить в рубку, пообещал при следующей встрече проверить, как она себя чувствует.

Делать тут нам больше было нечего, и я начал разворот Ареса для выхода на вектор разгона. Однако, сделать мне этого не удалось, меня отвлекло сообщение, что один из москитов двигается нам наперерез. Это кто же там такой смелый? Я застопорил ход и через несколько минут перед носом Ареса так же остановился маленький кораблик. Он настойчиво принялся вызывать нас на связь. Я дал добро и на экране появилось изображение человека, ему было на мой взгляд лет пятьдесят, тщедушный и весь какой-то нескладный, на шее у него красовался рабский ошейник. Видимо, один из рабов решил испытать удачу. Но вот когда он открыл рот, я по-настоящему удивился.

Он на чистом русском языке обратился ко мне: — «Молодой человек, я таки правильно понимаю, что вы русский? Я, знаете-ли, тоже. Не могли бы вы забрать меня отсюда, до смерти надоели эти похождения с пиратами. Меня зовут, Зевулон Адамович Робинзон».

Я даже не знал, что ему ответить, всего ожидал, но встретить явного еврея среди космической баталии, это перебор, и я тупо заржал в эфир. Особенно добила меня его фамилия.

«Искин, открыть шлюз», — подал я команду просмеявшись.

— Есть, командир.

— Ну, давай на борт, господин Робинзон.