Я стану Императором. Книга III - Юрий Винокуров

Не выдерживала техника, выходили из строя, и так немногочисленные, защитные турели, на морозе клинило оружие, теряли сознание здоровенные, физически крепкие мужики, всю жизнь проводящие в забоях, держалась только хрупкая восемнадцатилетняя девочка.

И, самое мерзкое, что мы ничем не могли помочь! Мы сами сражались изо всех сил, но наши возможности были ограничены. Тадаси, буквально через день вернулся в строй, изможденный, но боеспособный. Райли творила чудеса, безрассудно, врываясь в строй одержимых и кося их направо и налево, что вызвало, уже, постоянный нервный тик в левом глазу у её Тени, недовольным такой отчаянной смелостью. Смирнов останавливал волны хаоситов взмахом руки, заставляя их кромсать друг друга. Даже я вносил свою лепту, без причин не используя Пузырь, а полагаясь на невероятные свойства своего меча. Мы затыкали прорывы, встречая хаоситов в первых рядах, но этого было недостаточно.

Твари стали подозрительно осторожными. Все эти дни я не видел ни одного «элитника» рядом со стенами. Я чувствовал «проводников» на приличном расстоянии, командующих живым мясом, при этом ни один из них не приближался на расстояния поражения. За все эти дни я почувствовал смерть всего одного «проводника», неосторожно подставившегося под наш авиаудар.

И я не чувствовал Главного Демона. Вообще не чувствовал. Смирнов, обладавший в силу своего Дара лучшей возможностью сканирования Лимба, также не «видел» Демона. И это было самым тревожным. Неужели я ошибся? Да, мы оттянули значительные силы демонов, силы, которые без помощи из затопленных тоннелей стали, наконец, конечными, но их всё равно было слишком много для нас. Перемолоть всех было теоретически возможно, но практически маловероятно. Без полноценного сна и отдыха мы обязательно совершим ошибку. Одну ошибку. И она, несомненно, станет фатальной.

— Ну как она?

Пашка молча взял бутылку с водой и, не отрываясь, выпил её до дна. Откинул пустую бутылку в сторону и уселся рядом со мной на, когда-то очень дорогой и красивый, а сейчас нещадно подранный диван, оставшийся нам от прежнего владельца. Его нежная благородная кожа не была рассчитана на сидящих людей в полной экипировке со множеством острых углов и предметов. Вот уже три дня мы не снимали ни одежды, ни брони, пытаясь урвать хотя бы полчаса для быстрого, неспокойного сна во время редких моментов затишья. Сейчас был как раз один из них.

— Я не знаю Тоха, сколько она еще продержится. Честно, не знаю! — покачал взлохмаченной головой друг.

Я внимательно на него посмотрел. Если вам скажут, что нельзя потерять двадцать-тридцать процентов массы тела за три дня — плюньте говорившему в лицо. Можно! Если ты Одарённый и непрерывно используешь свой Дар, без сна и отдыха. Сейчас Пашка напоминал собой бледную тень себя прежнего. Весь его лишний вес ушел. К сожалению, вместе с частью мышечной массы. Он постоянно что-то ел, вот и сейчас он небрежно разорвал упаковку энергетического батончика, запихал его в рот и меланхолично задвигал челюстями, не чувствуя не вкуса ни запаха, а просто пытаясь восполнить калории.

И так выглядели все. Кроме меня. Я, неожиданно, оказался в самом выгодном положении. Мой меч. Он делился со мной Энергий, забранной, я так думаю, у убитых врагов. Я не мог контролировать «подпитку» сознательно, но моё оружие как будто обладало собственным разумом, и в критический момент накопления усталости, волна энергии всегда перетекала в моё тело из рукоятки меча.

Я выглядел так же, как и прежде. Да, грязный и небритый, но здоровый и полный сил. Кажется, я мог бы сражаться круглосуточно, но проверять этого я не собирался, да и «один в поле не воин», если верить бабушке Смирнова.

Я, конечно же, попробовал поделиться своим «аккумулятором» с друзьями. Ожидаемо, безуспешно. Меч явно «проснулся». Если раньше его еще можно было взять в руку другому человеку, только, как я уже говорил, он скрытно саботировал свое применение, то сейчас он прямо давал понять, что не желает служить кому-то другому. С помощью того самого электрического разряда, который мгновенно получал любой, прикоснувшийся к его рукояти.

В дверь аккуратно постучали. Кого это Хаос принёс? Райли и Тадаси находились сейчас на стенах, дежуря, а если бы и вернулись, то точно не стали бы стучаться.

— Сиди, отдыхай! — похлопал я друга по ноге, на что Пашка благодарно кивнул и прикрыл глаза, мгновенно проваливаясь в глубокий сон, даже не успев проглотить остатки пережеванного батончика.

Я тяжело вздохнул, глядя на друга. Из спальни послышались негромкие крики. Инесса бредила и кричала во сне. Я вздохнул еще раз, ей я сейчас могу помочь только одним способом. Оставив её в покое как можно подольше.

Подошёл к двери и открыл её. На пороге стояла капрал Ладыжинская.

Как я выяснил за это время, девушке было двадцать лет, она отслужила срочную службу в Планетарной Обороне Рапсодии и планировала поступать в военное училище, желая связать с армией всю свою жизнь. Но, не успела. Война, которая охватила всю планету застала её на родной Ганзе, куда она улетела проведать родственников. Вторжение осуществлялось стремительно, поэтому она застряла здесь, прикомандированная к местному гарнизону Планетарной Обороны, который располагался на побережье.

После вторжения одержимых на Ганзу, её подразделение постоянно отступало, прикрывая отход мирного населения вглубь континента, теряя личный состав и быстро лишившись всех офицеров. Потом погиб сержантский состав, она приняла командование и дошла с остатками подразделения до Высокогорного. Сейчас силы обороны посёлка состояли на 99 процентов из ополчения — бывших шахтеров и рабочих, с соответствующими военными навыками, но, тем не менее, сражающихся с отчаянностью обреченных.

— Капрал! — поприветствовал я девушку. — Чем обязан?

— Аколит! — махнула мне в ответ девушка.

Она замолчала, глядя на меня, я смотрел на неё, пытаясь разгадать цель визита.

— Вулф сказал, что одержимые ушли под землю и отошли от поверхности, кажется у них очередная «ротация», — несмело улыбнулась девушка.

Боб Вульф был местной знаменитостью. Невзрачный худощавый мужичок возглавлял местных егерей. В мирное время они занимались охотой на снежных кошек — опасных хищников, обладающих ценным мехом, который с удовольствием покупали богатые поселенцы. Кошки были тварями хитрыми и коварными, для охоты на них нужно было иметь недюжинные способности. Вульф имел всё для этого необходимое. Он знал все окружающие посёлок горы, как свои пять пальцев. Также он знал все пещеры в округе, используемые хищниками для укрытия. А еще он обладал потрясающими способностями к маскировке, о которой среди местных ходили легенды — он на спор мог спрятаться в любом месте, и вторая сторона спора не могла его обнаружить.

Этому было объяснение. Мы поняли это, едва встретившись с ним. Вульф был неинициированным Одарённым. Как это пропустила Инквизиция? Ну, ответ прост — мы были первыми представителями на планете за последние пятьдесят лет. На планете было всего несколько Одарённых и все они были на «больших» континентах.