Командир поневоле - Александр Курзанцев

Тела вампиров тоже слабо дымились, в стоявшем безветрии окутываясь призрачным саваном. Я окинул взглядом примятую траву, лежащих кто как мертвецов, с глубокими прожёгшими их почти насквозь обугленными ранами, проверил каждого и сделал по паре контрольных выстрелов в голову. Чтобы наверняка. В это время, девчонки быстро обшарили трупы на предмет чего ценного и интересного и срезали нашивки с курток. По возвращении предъявим в качестве доказательства уничтожения вампиров.

Подав Отришии свой калаш для подзарядки, дождался когда она вольёт толику своего резерва в него и благодарно кивнул. Пока не восстановится моя собственная магия, придется пользоваться помощью девчонок.

— Две минуты! — я крутанул кистью руки в воздухе, давая сигнал к быстрым сборам и мы бегом бросились к спешно сворачивающим масксеть Эльзе и Мерв. А затем, все вместе рванули в направлении границы, наплевав на скрытность, теперь решала только скорость.

* * *

Эту тактику придумали мы с Вигиром и Глушаковым, тоже спешно перебравшимся с эльфийского направления сюда, на юго-западный фронт.

Отбросив вампиров обратно имперская армия вновь заняла опустошенные приграничные крепости и принялась наращивать мощь для нанесения сокрушительного удара по засевшей в обороне нелюди.

Сидеть на месте и ждать, когда верховное командование даст отмашку к наступлению, никто не хотел, руки чесались пустить кровь кровососам, поэтому, обозвав всё это спецоперацией инквизиции, с молчаливого одобрения самой инквизиции, решили применить известную по Земле, тактику малых групп. Собственно три такие группы, вооруженные калашами мы и организовали, соответственно каждую возглавив, и принялись ходить в рейды по ближней приграничной зоне противника, уничтожая патрули и небольшие отряды кинжальным огнём.

О том, что мы уже на своей стороне, стало понятно по ожившей зелени. На территории вампиров всё: трава, кусты, даже деревья были какими-то пожухлыми, словно больными, даже цвет растений был не зеленый, а какой-то болотный.

Расслабляться, впрочем, тоже не стоило, безопасно станет только когда доберёмся до своих войск.

— Стоять! — прозвучал резкий окрик, и из кустов вокруг нас полезли солдаты патруля, только уже нашего, с знаками различия семнадцатого легиона, входящего в ведомую генералом Тибериусом вторую наступательную армию.

— Свои, — ответил я, останавливаясь, жадно вдыхая раскрытым ртом воздух, после почти часа безостановочного бега. Девчонки были чуть пободрее, их поддерживала магия, а мне, без нормально функционирующего эфирного тела, приходилось рассчитывать лишь на природную выносливость.

Смахнув пот с разгорячённого лица, поискал взглядом старшего.

— Особая группа инквизиции, командир группы — старший инквизитор Ширяев, — я показал кольцо и десятник, которого можно было отличить по шлему немного другой формы и более крепкой броне, ещё раз внимательно оглядев всю группу, отдельно задержав взгляд на необычном оружии, нехотя кивнул.

— Проходите.

Перейдя на шаг, здесь, за линией патрулей можно было уже немного сбавить темп, мы за час дошли до передового лагеря, окружённого земляными валами и частоколом поверху. Пройдя мимо тренирующейся возле ворот полусотни, добрались до отдельно стоящих палаток инквизиции и зайдя внутрь штабной, я, наконец, выдохнул, оставалось отчитаться и пойти отдыхать.

Сидевший за столом и что-то царапающий в большом талмуде писец, увидев меня, коротко кивнул, не отрываясь от основного занятия, а сидевший за соседним столом Вигир, тоже уже успевший вернуться, крепко пожал руку.

— Сколько? — спросил я у него, садясь за соседний стол и выгружая из сумки срезанные вампирские нашивки.

— Семнадцать, — ответил парень, — только нашивки были у десяти, остальным пришлось отрезать уши.

— Это что, — хмыкнул я, — они своим уже форму не выдают?

— Не, — покачал головой тот, — патруль в форме был, а лагерь этих семерых мы почти случайно накрыли, буквально в километре от границы. Хорошо, сволочи, замаскировались, если бы мы чуть стороной шли, не заметили бы.

Это было что-то новенькое, и особенно тревожило, что они слишком близко расположились возле нашей территории.

— Как думаешь, — спросил я, после недолгих размышлений, — что они там забыли?

— Парочка из них была заметно сильнее, скорее всего умели оборачиваться. Думаю или разведка, или диверсии на нашей стороне.

Поджав губы, я пару минут посидел, навалившись на чуть скрипнувшую столешницу, обдумывая сказанное. Затем вновь посмотрел на Вигира, — Думаешь это ответ на наши действия?

— Возможно, — ответил тот, — а может и нет, но для для диверсионной работы группа слишком слабая, всего двое опытных, а остальные молодняк не старше ста лет. Правда, было такое ощущение, что изначально их было больше в лагере.

— Значит разведка, — я посмотрел на писца, который скрупулёзно записывал всю поступающую по армии информацию, ведя, своего рода, журнал боевых действий, с указанием происшествий, потерь, хода наступления, пополнения и убыли личного состава. — Сангвин, — обратился я к нему, отвлекая на секунду от работы, — ты не помнишь, были за последнее время случаи пропажи легионеров?

— Дезертиры бывают, — произнёс тот скрипучим голосом, — за неделю три случая зафиксировано.

— А расследование было? — уточнил я.

— Должно было быть, сотником или полутысяцким проводится.

— А где?

Полистав журнал, тот ответил, — легионер Цитус — восьмая манипула третьего легиона, легионер Накрас, — первая манипула третьего легиона, десятник Бодрик — десятая манипула семнадцатого легиона.

— Стоп, — произнёс я, — семнадцатый легион это же здесь?

— Здесь третья и четвёртая манипулы, — ответил за писца Вигир, — десятая где-то правее по фронту, но не далеко, километров пятнадцать отсюда.

— Что-то мне не очень верится, что десятник решил ударится в бега.

— Всякое бывает, — дёрнул плечом юный глава Караула Смерти, — семнадцатый в авангарде идет, самые тяжелые потери в нём будут, при начала наступления. Мог и не выдержать.

— Всё-равно, — ответил я задумчиво, — проверить стоит. Надо бы туда съездить и поговорить.

— Думаешь, сбежал к вампирам?

— Могли и выкрасть. Часть разведчиков осталась на месте, а остальные языка к своим на допрос увели.

— Если хочешь, — ответил Вигир, — могу с тобой поехать.

— Давай, сейчас только отчёт заполню, — благодарно кивнул я.

Но сразу выехать не получилось. Сначала задержали какие-то бытовые вопросы, затем вернулся Глушаков со своими, а там уже и темнеть начало. Отправляться в ночь, вблизи вампирской границы, когда противник наиболее силён, было глупо, поэтому решили выдвигаться на следующее утро.

Вернувшись в палатку, с облегчением скинул броню, разделся, оставшись в одних подштанниках, снаружи хорошенько сполоснулся в большой бочке.